Михаил Ефремов, едва покинув стены колонии, уже диктует свои условия киношникам. Первая роль после освобождения принесёт ему 13 миллионов рублей, но, как оказалось, актёр чуть не сорвал сделку, торгуясь за каждый рубль. Ефремов, едва вдохнув воздух свободы, сразу взялся за старое — не за бутылку, а за переговоры. Семь дней он изводил продюсеров, требуя увеличить гонорар за свою первую роль после колонии. Изначально ему предлагали 6 миллионов рублей с авансом в миллион, но Михаил Олегович, видимо, решил, что его талант стоит дороже.
— Шесть миллионов? — пересказывал знакомый из кинематографических кругов. — Он чуть не рассмеялся. Сказал, что за такую сумму даже не встанет с дивана.
— А сколько хотел? — спросил я.
— Миллионов двадцать, не меньше, — хмыкнул собеседник. — Мол, роль главная, все ждут его триумфа. В итоге, после недели споров и созвонов, стороны сошлись на 13 миллионах за весь проект. Ефремов, похоже, посчитал это своей маленькой победой.
— Ну, хоть не шесть, — буркнул он, п