«Весёлая наука», этот образ, придуманный Ницше, не раз и не два поминает Илья Виницкий в своей книге «О чём поют кабиасы».
Образованный филолог. Давно уже работает в американском престижном университете. Надоело ему писать так, как пишут аспиранты: «Бильярдным кием. А понятия круглыми боками бьются друг о друга, как шары».
Словно бы он услышал язвительную шутку автора вышеприведенной цитаты: «Литературоведение - это плохие тексты, написанные о текстах хороших», выдумал себе «второе я», как Гари Ажара, как Синявский Терца, как Самуил Лурье С. Гедройца, лихого филолога, Виктора Щебня (на самом деле, Щ'Ебня, но почему у Виктора такая фамилия, вы узнаете, если прочтёте книгу).
И доверил ему писать абсолютно свободно с одним условием: чтобы было интересно.
Занимательность поставил выше научности. Не рискнул пойти до конца в игре в другого, не поставил на титуле автора: Виктор Щебень (уж тем более Щ'Ебень). Учёный всё же человек, до такого хулиганства себя не допустил, хоть и рассказал в предисловии про alter ego. Результат – восхитительный.
Учёность (научность) никуда не делась (куда ж её денешь-то, если она есть?), но читать исследования о великолепном знании лермонтовской княжны Мэри алгебры, о забытом поэте конца XVIII, Патрикеиче (Ямщикове), с его очаровательными стихами: «Склонись, дражайшая! На мой унылый глас: / Согласие твоё мне будет слаще нежели ананас!», о «Смерти пионерки» Багрицкого, Остапе Бендере Ильфа/Петрова, городской легенде Принстона о сбежавших из зоопарка бабуинах захватчиво (как написал бы Солженицын), будто читаешь детектив. Филологический.
Абсолютным шедевром детективности и филологичности в сборнике я почитаю исследование мистического рассказа Юрия Казакова, прикинувшегося юмореской: «Кабиасы». Виницкий/Щебень по всей видимости тоже считает этот текст лучшим, потому-то на обложке его название «О чём поют кабиасы».
Виницкий Илья. О чём поют кабиасы. Записки свободного комментатора / Виктор Щебень. – Спб., 2025. – 640 с.