В своей проповеди схиигумен Гавриил (Виноградов) сказал о вполне вероятных последствиях современной миграционной политики. О том, что миллионы мигрантов, посещающих закрытые бойцовские клубы, являются тайной армией, способной по сигналу муллы (вспомним об озабоченности многих экспертов тем, что российские мусульманские духовные лица во многих местах вытесняются иностранцами, связанными с ИГ и другими радикальными социальными образованиями), начать массовую резню москвичей. А что, после "Крокуса" в этом могут быть какие-то сомнения? Всего несколько среднеазиатов убили 145 человек, включая шестерых детей. А если это будут не полдюжины, а сотня, тысяча террористов? А если десять тысяч? Все в школе математику изучали, помножим навскидку.
Но нам вот, что интересно. Схиигумен совершенно очевидно говорил об угрозе экспансии со стороны двух иностранных государств - Таджикистана и Узбекистана. Чечня является субъектом Российской федерации. Как гражданин РФ Алаутдинов должен не меньше монашествующих лиц быть озабоченным территориальной целостностью России, интересами ее коренных народов. Почему в коллизии, не имеющией прямого отношения к нему, как к чеченцу и гражданину РФ, он занял позицию интересов иностранцев? Какой стране он присягал?
А теперь несколько цитат.
"Какой-то дебил, который натянул на себя рясу".
Рясу невозможно "натянуть на себя". Она дается священноначалием, в данном случае - священноначалием РПЦ. Схимник - высшая степень православного монашества, которое, как известно - чин ангельский. Можно, конечно, по человечески в чем-то не соглашаться с носителем этого чина, но оскорбление облеченного им - это оскорбление Церкви и всех верующих христиан.
Является ли подобное оскорбление предметом статьи 282 УК РФ, а если не является, то - почему?
"Рассказывает двум миллиардам мусульман, что у нас вера неправильная".
Проповедь является проповедью, то есть поучением, адресованным к пастве, а не к иноверцам, тем паче в миллионном их количестве. Вне сомнения, духовное лицо должно правильно наставлять свою паству. А отнюдь не спорить (из страннопонимаемой политкорректности) с томосом Константинопольского собора 1180 года, а также с трудами собственных богословов. Всякая религия вправе самое на себя. Или магометане (из политкорректности) уже признали Святую Троицу?
Другой вопрос, что в правовом государстве расхождения в религиозной сумме могут быть предметом диспута либо цивилизованной проповеди, но отнюдь не оправдывают неправовых действий.
А вот с этим мы наблюдаем изрядную проблему.
"Надо, чтобы кто-то нарушил закон и что-то сделал для того, чтобы такие вот дебилы не говорили таких вещей. И если любой поднимает голову национализма, эту голову надо срубить".
Это что - призыв к ним, противоправным действиям? Это публичная угроза? Угроза схимнику?
Но главный вопрос возникает всё же не к Алаутдинову.
Вы - устрашились сильных мира сего, честные мнихи? А не лучше ли - в особенности для вас - всё же страшиться Господа?
изображения из открытого доступа