Найти в Дзене
Аля Брагина

Жена хотела суши — я сварил пельмени

Америка научила нас многому. Например, что «хочу суши» — это не просьба, а стратегический вызов. Особенно, если ты — муж, эмигрант и единственное, что ты умеешь готовить, — это пельмени из Costco. Вечер пятницы. Жена смотрит YouTube, где какой-то улыбающийся японец превращает рис в искусство. Она поворачивается и говорит: — Давай закажем суши? А в холодильнике — только пельмени и половина банки сметаны. В России всё было просто: хочешь суши — иди в ТЦ, найди роллы за 250 рублей и потом неделю лечи желудок. В Америке же — каждый заказ как тест на выживание. Или на кредитную историю. Я открываю Uber Eats. Цены будто кто-то переводил в йены, а потом умножил на курс евро. Один ролл — $18. За эти деньги в Саратове можно было купить кастрюлю. С газом. Я закрыл приложение. Пошёл к плите. И сварил пельмени. Красиво, с лавровым листом, сметаной и зеленью. Подал их, как суши: три пельмешки на деревянной доске, соевый соус (из Kikkoman) и васаби — из тюбика хрена. Жена посмотрела. Помолчала. Взя

Америка научила нас многому. Например, что «хочу суши» — это не просьба, а

стратегический вызов. Особенно, если ты — муж, эмигрант и единственное, что ты

умеешь готовить, — это пельмени из Costco.

Вечер пятницы. Жена смотрит YouTube, где какой-то улыбающийся японец

превращает рис в искусство. Она поворачивается и говорит:

— Давай закажем суши?

А в холодильнике — только пельмени и половина банки сметаны.

В России всё было просто: хочешь суши — иди в ТЦ, найди роллы за 250 рублей и

потом неделю лечи желудок. В Америке же — каждый заказ как тест на

выживание. Или на кредитную историю.

Я открываю Uber Eats. Цены будто кто-то переводил в йены, а потом умножил на

курс евро. Один ролл — $18. За эти деньги в Саратове можно было купить

кастрюлю. С газом.

Я закрыл приложение. Пошёл к плите. И сварил пельмени. Красиво, с лавровым

листом, сметаной и зеленью. Подал их, как суши: три пельмешки на деревянной

доске, соевый соус (из Kikkoman) и васаби — из тюбика хрена.

Жена посмотрела. Помолчала. Взяла палочки.

— Это... фьюжн?

— Это любовь, — сказал я.

И мы ели. Она — со сметаной. Я — с гордостью. Потому что иногда, чтобы

удивить, не нужно рисовать лосося на рисе. Нужно просто сварить пельмени с

душой.

Теперь у нас дома есть новая традиция: каждую пятницу — фейковая Япония. Я

делаю «суши-пельмени», она — включает фоновый шум токийского метро. И

кажется, это и есть мультикультура. По-нашему.

Америка, ты великая. Но пельмени — вечны.

А вы бы выбрали суши или пельмени? Делитесь своими кулинарными

историями эмиграции в комментариях!