Оля замерла с чашкой кофе в руках, услышав цифру, которую озвучил Артем.
— Сколько? — переспросила она, надеясь, что ослышалась.
— Двадцать тысяч, — муж не поднимал глаз от телефона. — В месяц. Мама посчитала — на продукты, лекарства, коммунальные услуги. Плюс иногда на такси, когда к врачу ездить.
Оля поставила чашку на стол так резко, что кофе плеснул на скатерть.
— Артем, ты понимаешь, что говоришь? Двадцать тысяч с моей зарплаты? А ты что будешь делать?
— При чем здесь я? — Артем наконец оторвался от экрана. — У тебя зарплата в два раза больше моей. Логично же, что ты и будешь помогать.
Оля работала ведущим аналитиком в IT-компании, зарабатывала действительно неплохо. Артему же после сокращения в строительной фирме пришлось устроиться менеджером в автосалон — зарплата скромная, но работа близко к дому.
— Логично? — Оля села напротив мужа. — Артем, это твоя мать. Твоя ответственность.
— Ах, понятно! — он отложил телефон и посмотрел на жену с обидой. — Значит, когда у меня было больше денег, я содержал нас обоих. А теперь, когда у тебя больше, ты жадничаешь!
— Я не жадничаю! — возмутилась Оля. — Но давай честно: твоя мама всю жизнь работала, у нее есть пенсия...
— Пенсия! — фыркнул Артем. — Двадцать тысяч! На что ей жить?
— На то же, на что живут миллионы пенсионеров! Артем, у нас ипотека, кредит за машину...
— Вот именно! — он стукнул ладонью по столу. — У НАС! А маме что, пухнуть с голоду?
Оля глубоко вдохнула. Они были женаты четыре года, и свекровь всегда находила способ влезть в их жизнь. То попросит денег на "срочный ремонт", то намекнет, что неплохо бы внучков завести, чтобы было кому в старости стакан воды подать.
— Слушай, — Оля попыталась говорить спокойно, — давай разберемся с цифрами. Двадцать тысяч в месяц — это двести сорок в год. Почти четверть моей зарплаты!
— И что? — Артем пожал плечами. — У тебя еще три четверти остается. А у мамы вообще ничего не остается!
— Ничего не остается? — Оля не поверила своим ушам. — Артем, твоя мама ездит в отпуск на море каждый год! Покупает себе золотые украшения! Только на прошлой неделе хвасталась новой шубой!
— Это все накопленное! — защищался муж. — Она всю жизнь откладывала!
— Так пусть эти накопления и тратит! — Оля встала из-за стола. — Почему я должна содержать твою маму, когда у неё самой есть деньги?
Артем тоже поднялся, и Оля увидела в его глазах что-то новое. Что-то неприятное.
— Знаешь что, Оля, — голос у него стал тихим и холодным, — я думал, ты другая. Думал, семья для тебя что-то значит.
— Семья? — она не поверила своим ушам. — А я тебе кто?
— Ты моя жена. А мама — тоже семья. И если ты не готова о ней заботиться...
Он не договорил, но угроза повисла в воздухе. Оля почувствовала, как внутри всё закипает.
— Договаривай, — тихо сказала она. — Если я не готова содержать твою маму на свою зарплату, то что?
Артем усмехнулся, и эта усмешка была хуже любых слов.
***
— То подумаю, нужна ли мне такая жена, — Артем произнес это так спокойно, словно обсуждал погоду.
Оля отступила на шаг. За четыре года брака они ссорились, конечно, но никогда — никогда! — Артем не позволял себе подобных угроз.
— Ты сейчас серьезно? — прошептала она.
— Абсолютно, — он снова взял телефон, словно разговор был окончен. — Мама права. Она говорила: покажи женщине деньги, и увидишь ее истинное лицо.
— Ее истинное лицо? — голос Оли дрожал от ярости. — Артем, это твоя мамочка мне лицо показывает! Каждый раз, когда ей что-то нужно, она идет не к тебе — к твоей жене!
— Потому что знает, у кого деньги есть, — буркнул он.
— Отлично! — Оля прошлась по кухне. — Значит, теперь я банкомат для твоей семьи? А сам ты что будешь делать?
— Я работаю, — обиделся Артем. — Просто зарабатываю меньше.
— Ты работаешь? — Оля остановилась перед мужем. — А кто каждую неделю ходит с друзьями в бар? Кто купил себе новые кроссовки за восемь тысяч? Кто...
— Это мои деньги! — перебил он.
— Твои деньги! — она засмеялась, но смех получился злой. — А на маму денег у тебя нет! Удивительно!
— Не передергивай! У меня есть на маму, но недостаточно!
— А у меня что, слишком много? — Оля села напротив мужа. — Артем, давай откровенно. Сколько ты тратишь в месяц на себя?
— При чем здесь это?
— При том! Отвечай!
Артем замялся. Оля взяла калькулятор из ящика.
— Бар с друзьями — пять тысяч в месяц, минимум. Сигареты — три тысячи. Твои хобби, игры, всякая ерунда — еще тысяч пять. Итого тринадцать тысяч на развлечения. А на маму денег нет!
— Это разные вещи! — возмутился он.
— Разные? — Оля наклонилась ближе. — Объясни мне, чем отличается бар с друзьями от лекарств для твоей мамы?
Артем отвернулся к окну.
— Ты не понимаешь. Мужчина должен иметь право...
— Какое право? — перебила Оля. — Право спускать деньги на ерунду, а содержание родителей перевешивать на жену?
— Не ерунда! Это моя социальная жизнь!
— А двадцать тысяч в месяц на твою маму — это моя социальная ответственность?
Они смотрели друг на друга через стол, и Оля вдруг поняла: она впервые видит настоящего Артема. Не того обаятельного парня, за которого выходила замуж, а того, кем он стал, когда его интересы столкнулись с чужими деньгами.
— Оля, — он попытался взять ее за руку, но она отдернулась. — Ну что ты как маленькая? Двадцать тысяч для тебя — копейки!
— Копейки? — она встала из-за стола. — За год посчитай сколько выходит! Ты понимаешь, что говоришь?
— Понимаю. Говорю, что жена должна помогать семье мужа.
— А муж? — голос Оли стал опасно тихим. — Муж что должен?
Артем пожал плечами.
— Муж работает по мере возможности.
— По мере возможности, — повторила Оля. — А жена — по максимуму?
— У кого больше возможностей, тот больше и дает, — философски заметил он.
Оля поняла: разговор бесполезен. Более того — он опасен. Потому что каждое слово мужа открывало ей глаза на то, кем она живет четыре года.
— Хорошо, — сказала она наконец. — У меня есть предложение.
Артем оживился.
— Вот и отлично! Я знал, ты поймешь...
— Я съезжаю от тебя, — спокойно произнесла Оля. — Тогда у тебя будет больше денег на маму.
Тишина в кухне стала такой плотной, что можно было резать ножом.
***
Артем уставился на жену так, словно она говорила на китайском языке.
— Что... что ты несешь? — наконец выдавил он.
— Съезжаю, — Оля спокойно допила остывший кофе. — И тогда у тебя точно появится стимул найти деньги на маму.
— Оля, ты что, с ума сошла? — Артем вскочил. — Если ты съедешь, мне придется одному всю ипотеку платить! Всю коммуналку!
— Вот именно, — она посмотрела на него внимательно. — И тогда ты быстро поймешь, чего стоят деньги. И сколько стоит жена, которая половину расходов берет на себя.
— Но я же не смогу! — у него в голосе появились панические нотки. — У меня не хватит на все!
— Не хватит? — Оля наклонила голову. — Ничего. Сократишь расходы на социальную жизнь?
Артем открыл рот, но слова не нашлись.
— Понимаешь, — продолжала Оля, — пока я плачу за половину жизни, ты можешь позволить себе содержать маму и веселиться с друзьями. А когда платить придется тебе одному, посмотрим, какие у тебя останутся приоритеты.
— Оля, это же глупо! — он попытался взять ее за руки. — Зачем рушить семью? Давай просто... ну, поможем маме поменьше!
— Поменьше? — она отстранилась. — А час назад ты готов был со мной развестись, если я не соглашусь на двадцать тысяч. Помнишь? «Подумаю, нужна ли мне такая жена»?
Лицо Артема покраснело.
— Я погорячился...
— Нет, ты показал истинное отношение, — Оля направилась к двери. — Пока деньги мои — я плохая жена. А как деньги понадобились — я снова хорошая. Удобно.
— Куда ты идешь?
— Собирать вещи. — Она остановилась на пороге. — Знаешь, что самое смешное? Когда сам начнешь платить за ипотеку, коммуналку и продукты — твоих денег как раз хватит только на это. И никаких баров, никаких подарков маме. Зато честно.
— Оля! — голос стал жалким. — Ну что ты! Я же не хотел...
— Хотел, — спокойно сказала она. — Ты хотел, чтобы я содержала твою маму, пока ты тратишь свои деньги на развлечения. Хотел иметь жену-банкомат. Но здесь жена-человек, так что живи один.
Она прошла в спальню. Артем плелся следом, лихорадочно соображая.
— Слушай, а если я откажусь от баров? И маме поменьше давать буду?
Оля достала сумку и начала складывать вещи.
— Артем, дело не в сумме, — сказала она, не оборачиваясь. — Дело в том, что ты считаешь нормальным распоряжаться моими деньгами. И шантажировать разводом, когда я не согласна.
— Но мы же семья! Семья должна помогать друг другу!
— Должна, — она повернулась к нему. — А ты мне чем помогаешь? Кроме того, что позволяешь платить за себя?
Молчание.
— Вот именно, — Оля застегнула сумку. — Я помогаю семье деньгами, домашним хозяйством, заботой. А ты помогаешь тем, что великодушно разрешаешь мне это делать.
В прихожей она обернулась:
— У тебя есть месяц, чтобы найти соседа или съехать в меньшую квартиру. Дальше за ипотеку не плачу.
— Оля, постой! — он бросился за ней. — Давай еще раз обсудим!
— Нечего обсуждать, — она открыла дверь. — Ты сам сказал: «подумаю, нужна ли мне такая жена». Думай. Только теперь уже я не думаю, что мне нужен такой муж.