— Когда он появился на пороге, я была в такой ярости, что сняла с ноги босоножку и стукнула его по лбу острым каблуком! — делилась Уралова. — Визбор молча собрал вещи и... захламил квартиру своей барышни лыжами, рюкзаками, палатками... А вдобавок привел к ней дочь Таню.
Какие страсти бушевали между актрисой Евгенией и Ураловой и автором-исполнителем песен Юрием Визбором! Евгения утверждала, что любила его безумно. Они прожили вместе 10 лет, и все же актриса выставила барда за дверь. Что случилось, и почему Уралова не приняла Визбора обратно, хотя он умолял об этом?
О первых двух браках актрисы Евгении Ураловой:
«Сева, я полюбила другого человека. Извини»
Однажды Евгения вместе с Марленом Хуциевым смотрела пробы актеров на «Мосфильме» в просмотровом зале. Она уже была утверждена на главную роль в фильме «Июльский дождь».
— Вдруг на экране появляется пожилой человек, лысый, грустный, некрасивый — толстый нос, глаза немного навыкате, с гитарой в руках. Самое смешное, что Юре в тот момент был всего 31 год! — вспоминала актриса.
Ее словно током прошибло, она тут же расспросила Хуциева, кто это. Но почему Визбор произвел сильнейшее впечатление на Уралову?
— Это был человек из другой жизни! Я с такими никогда не встречалась. Это было ни на что не похоже! Человек с экрана лишил меня покоя, хотя внешне он мне совершенно не понравился. Но от него шла мощнейшая мужская энергетика... — объясняла актриса.
Хуциев пригласил Визбора сняться в небольшой роли в «Июльском дожде». Когда Женя увидела Юрия вживую на «Мосфильме», кинулась к нему знакомиться, и через пару минут разговора ощутила: «родной мне человек!» Вскоре съемочная группа отправилась на автобусе в Витинево.
— Я, естественно, кидаюсь к самому близкому человеку — Визбору, — вспоминала Евгения. — Мы садимся рядом и всю дорогу щебечем. Он был в ударе! Сыпал байками, прибаутками, историями. Я отметила про себя, как он бедно одет — заношенная рубашка, стоптанные башмаки. «Бард!» — уважительно подумала я.
Днем актеры снимались, а вечером все собрались за столом. Визбор, конечно же, пел под гитару, а потом Евгения обнаружила себя гуляющей с бардом в ночи...
— Всю ночь целовались под моросящим дождем. И никого уже вокруг не существовало! Помню, я спросила у Юры: «Ты женат?» Он ответил: «Нет. Разведен. Но у меня есть дочь». С тех пор мы каждую ночь гуляли вокруг озера и целовались, целовались. Все две недели... — вспоминала актриса. — Все были уверены, что у нас серьезный роман. А этого и в помине не было! Мы лишь невинно целовались до одури, кружа у залива.
Актриса была замужем за актером Всеволодом Шиловским. Ему тут же «доложили» о романе его жены, он примчался в Витинево, но расспрашивать Евгению ни о чем не стал, думал, может быть, она сама что-то скажет. Но Уралова промолчала. Как-то она приехала в Москву на репетицию в спектакле. Шиловский там присутствовал и подскочил к ней у театра.
— Ты так ужасно репетировала, я сидел в зале и все видел! Что случилось? Ты с ума сошла! Ведь решается твоя карьера! Первая роль в Москве! — переживал супруг.
— Сева, я полюбила другого человека. Извини, — неожиданно для себя выпалила Уралова.
«В двухкомнатной квартире ни газа, ни электричества, а ванна забита цементом»
Она села в машину и уехала сниматься дальше, а Шиловский так и остался стоять столбом, не веря, что его семейная жизнь рушится. В Витинево Уралову ждал неприятный сюрприз. Продолжался ее роман с Визбором, как вдруг через пару дней ему принесли телеграмму.
— Мне надо в Ленинград, — объявил бард.
— Да? — растерялась Евгения. — А зачем?
— У меня там невеста. Я должен жениться, — развел руками Юрий.
Это был удар для актрисы, ведь она уже сказала супругу, что уходит. Но делать нечего, пришлось ей со съемок вернуться к Шиловскому. Состоялось бурное объяснение. Всеволод и кричал, и взывал к ее разуму, и пытался объяснить, что такие как Визбор — бабники, и отношения закончатся болезненным разрывом.
— Да не волнуйся.., — вздохнула Уралова. — У него невеста в Ленинграде.
— Вот как? Ладно... Я тебя прощаю! — супруг был готов к примирению.
И в это время раздался телефонный звонок. Евгения рванулась к телефону.
— Я возвращаюсь... Встречаемся на набережной, — раздался в трубке голос Визбора.
Всеволод переменился в лице, увидев, как загорелись глаза супруги.
— Это ... он?!
— Да!
— И что?
— Я ухожу от те...
Уралова не договорила, муж влепил ей звонкую пощечину такой силы, что она отлетела в угол. На том разговор и закончился. Актриса покидала вещи в сумку и убежала в новую жизнь.
Со своей первой супругой, поэтессой и музыкантом Адой Якушевой, родившей в браке дочь Татьяну, Визбор действительно был разведен. У него была новенькая кооперативная квартира, которую Юрий до сих не обставил, и перед тем, как везти туда Евгению, заехал к матери.
— Мама выдала Юре ватное одеяло, простыню, маленький матрасик и раскладушку. В Черемушках, в первом доме Радиокомитета, еще никто не жил. Мы поднялись на одиннадцатый этаж пешком: лифт не работал. В двухкомнатной квартире ни газа, ни электричества, а ванна забита цементом. Но с милым рай и в шалаше! — улыбалась актриса. — Это была наша первая ночь...
«Юра ведь сразу же заявил: «Никакой ревности!»
А как же невеста из Ленинграда? История с ней не была закончена. Как-то Визбор сказал Жене, что Тамара приезжает к нему. Что было делать Евгении? Ее приютила коллега из театра, актриса Александра Назарова, жившая в коммуналке. Муж Александры договорился с соседями, и Ураловой освободили пустовавшую комнатку, фактически кладовку, где жильцы хранили свой хлам.
Около двух недель она прожила у Назаровой. Съездила к Шиловскому за своими вещами и ужаснулась: он с момента расставания похудел на 17 килограммов. Супруг больше не унижался и не просил Женю вернуться.
— Смотри, отольются кошке мышкины слезы! — напутствовал он бросившую его жену.
И все-таки Визбор выбрал Евгению, а Тамара отправилась в Ленинград. В квартире Юрия женской рукой был наведен уют, даже новое постельное белье куплено, что резонно: не спать же на простынях, которые согревала соперница своим телом... И опять Уралова не посмела задать ни одного вопроса про невесту.
— Юра ведь сразу же заявил: «Никакой ревности!», а подчинялась я ему беспрекословно, — объясняла Евгения. — Делать это не составляло большого труда, хотя Юра был старше меня всего на шесть лет. Зрелостью он опережал меня намного: словно я в детском саду, а он академик! К тому же чувство абсолютного счастья делало меня слепой, и я тогда ни о чем не жалела!
Вскоре Евгения обнаружила, что забеременела. Юрий обрадовался этой новости. Кстати, съемки в «Июльском дожде» продолжались. Визбор ездил в командировки по стране от журнала «Кругозор» и писал туда песни-репортажи. Платили мало, как казалось Ураловой. Но ведь часть дохода сжирали 30 рублей алиментов, а кроме того выплата долга Тамаре: как оказалось, Юрий перед свадьбой взял у нее часть денег на квартиру, в которой они собирались жить вместе долго и счастливо.
Обиженная девушка не могла смириться с разрывом. Как-то она приехала и долго звонила в квартиру ночью, а потом попыталась поджечь дверь. Перепуганная Евгения попросила Юрия разобраться наконец с невестой. Он окатил Тамару водой из ведра и увел ее.
— Меня всю ночь колотило от страха, я не сомкнула глаз, — вспоминала Уралова. — Появился Юра только вечером: «Не волнуйся, я ее отправил в Ленинград. Больше она здесь не появится». И действительно, больше я Тамару не видела.
Евгения родила дочь Анну. Счастливый отец купил ребенку все необходимое, дожидаясь Уралову из роддома, а через пять дней после выписки уехал. Визбор не собирался отказываться от поездки в горы. Лыжный сезон заканчивался, Чегет звал барда к себе.
— Горы — это всегда было святое. Костер, водка, друзья, гитара и... девушки, — усмехалась Уралова. — Я осталась одна с новорожденной дочерью в чужом городе, незарегистрированная жена, без прописки, в метрике дочери — моя фамилия. Когда через десять дней меня приехала проведать Этти, она пришла в ужас, я буквально качалась от недосыпания и голода. Я съела все запасы, а молоко и хлеб мне приносила патронажная сестра.
Но тогда актрисе и в голову не пришло взбунтоваться, она так любила Юрия, что считала все это нормальным: «нужно Юрочке отдохнуть в горах — значит нужно!» Брак они зарегистрировали через пару лет, а вот в горы Визбор супругу никогда не брал. Сначала предлагал, а когда Евгения вдруг согласилась, пошел на попятную, дескать, тяжело там жить.
— Так я ни разу не побывала там, «где лучше гор могут быть только горы». На Чегете я оказалась только после его смерти. Услышала легенды о Юрии Визборе, который частенько сиживал в баре с гитарой, а вокруг роились влюбленные романтические барышни... Вот еще один знак, мимо которого я прошла. Наверное, мне нужно было собрать чемодан и уйти. Но я его сильно любила.
Зарабатывала в семье Уралова, по ее словам. Визбора то запрещали, то не печатали, как она говорила. Аня была болезненным ребенком, из яслей ее по этой причине забрали и присматривали за ней сами.
— Если Юра выкраивал время и оставался с Аней, я выскакивала на съемки. Возвращаюсь, а в комнате дым коромыслом, все запасы на неделю съедены, Юра с гитарой в компании друзей поет. С тех пор Аня никогда не отмечает свой день рождения. Настолько ее травмировали эти дружеские посиделки, — утверждала Евгения.
В последнее время с ними жила и дочь Визбора Татьяна.
— Юра сразу же мне сказал, что Таню нужно забрать от бывшей жены, что ей там плохо, — вспоминала Уралова. — Так что когда мы переехали в новую трехкомнатную квартиру, она стала с нами жить. Что он там сказал ее матери Аде, не знаю, но Таня поселилась у нас. Ада справлялась о дочери в основном по телефону, у нее была новая семья, двое детей.
Татьяна три года прожила с отцом и Ураловой, и мачеху всегда вспоминала добрым словом.
— У Жени все было по строгому распорядку: завтрак, обед, ужин. Отбой ровно в девять, как у маленькой Анюты, — рассказывала дочь Визбора Татьяна. — Мне это казалось таким несправедливым! Однако все протесты мягко, но неумолимо пресекались: «Тебе завтра в школу, нужно хорошенько отдохнуть. И сестренка без тебя не уснет». На выходные я уезжала к маме и уж там отрывалась на полную катушку. Потом я поняла, что в это подростковый порядок именно такая женщина, как Женя была мне необходима. И я ей очень благодарна за ее заботу и любовь.
«Я сняла с ноги босоножку и стукнула его по лбу острым каблуком!»
Как-то летом Уралова уехала на съемки в Молдавию, а вернувшись увидела у мужа новенький кожаный «дипломат», подаренный какой-то загадочной знакомой. А потом начались странные звонки: женский голос просил, чтобы Юрий Иосифович перезвонил по такому-то телефону. Женщина звонила каждый день, Евгению это стало удивлять.
— Потом смотрю, в его дневнике, который лежал открытым на столе, появилась запись на английском. Помню, я еще удивилась: «Ты что, стал песни на английском писать?» — рассказывала Уралова. — «Да-да...» — отвечает и уезжает в поход на байдарках. Снова звонит эта барышня и снова настойчиво просит перезвонить. Тут на меня озарение нашло! Набираю этот номер и прошу: «Позовите Юрия Иосифовича». Он тут же подходит к телефону. Оказывается, эта дама так настойчиво звонила, чтобы я наконец все поняла... «Юра, — говорю, — появись дома, надо объясниться».
Евгения, схватив словарь, перевела на русский язык записи в дневнике мужа. Он описывал романтические свидания с некоей Татьяной... Через день Визбор пришел домой и, потупившись, начал уговаривать жену перетерпеть, просто перетерпеть. И тут у Ураловой не выдержали нервы.
— Я взорвалась: «Что! Терпеть?! Вооон!» Мне казалось, что нас соединили на небе, такая была любовь, а он меня предал...
Юрий ушел к Татьяне с дочерью.
— Я так привязалась к Жене и Анюте, — рассказывала дочь Визбора. — И вдруг папа объявил: «Собирай свои вещи — мы уходим». Каким ударом это стало для Жени, даже описывать не берусь. О чем говорить, если я сама рыдала чуть не сутки — от жалости к себе и к ней, от неловкости, стыда. А моя мама только что родила дочку, уходу за которой отдавала все силы.
Евгения, сравнивая себя с бульдозером, вытащила гору вещей Юрия в коридор: лыжи, печатные машинки, рюкзаки... И позвонила мужу, велев все это забрать немедленно. Она была настроена решительно, сходя с ума от обиды.
— Когда он появился на пороге, я была в такой ярости, что сняла с ноги босоножку и стукнула его по лбу острым каблуком! — делилась Уралова. — Визбор молча собрал вещи и... захламил квартиру своей барышни лыжами, рюкзаками, палатками... А вдобавок привел к ней дочь Таню.
В «барышню» по имени Татьяна Визбор сильно влюбился, как утверждала его дочь. Он женился в третий раз, хотя биографы упускают этот факт, ведь брак продлился всего восемь месяцев.
— Папа любил третью жену сумасшедшей, немыслимой любовью, — вспоминала дочь Визбора Татьяна. — Впоследствии выяснилось, что уже через полгода после свадьбы Татьяна завела себе богатого «друга» и Визбор сразу стал не нужен. После того, как она выставила нас, отец отвез меня к маме, а сам жил у друзей. Таким раздавленным Визбора еще никто не видел: его никогда не бросали женщины, бросал всегда он.
Юрий очень хотел тогда вернуться к Ураловой, с которой вместе прожил десять лет. Но она не приняла его.
— После развода Юра прожил всего десять лет. Я все сделала, чтобы от него отгородиться. Виделась с ним вынужденно, когда он приходил к Анечке. Когда у Юры случился инфаркт, он попросил нас с Анечкой к нему приехать. Увидев меня, взял за руку и с болью сказал: «Ты не знаешь, как я тебя люблю...» Что делать? Он был так устроен — в вечной погоне за чувствами, за любовью. Его никто не смог бы переделать. Нужно было просто перетерпеть...
Последней женой Визбора стала Нина Тихонова, а Евгения Уралова больше замуж не выходила. Боль и обида с годами прошли, а о разрыве с Визбором, своим самым любимым мужчиной, актриса сожалела всю жизнь.
— Мама Юрочки считала: «Вот ты увела его от Тамары, за это он тебя и бросил!» Так что хочу попросить у всех брошенных мною или оставленных из-за меня прощения. Этот грех совершен только по большой любви, а не по злому умыслу. Я и у Юры хочу попросить прощения, потому что не простила ему его увлечения... Из-за гордыни разрушила семью, — сокрушалась Евгения. —Да еще подруги-советчицы все подзуживали: «Неужели простишь? Да гони ты его в шею!»
Юрий Визбор ушел из жизни в 50 лет из-за рака на последней стадии, обнаруженного случайно.
— Я сыграла много ролей в кино и в театре, стала заслуженной артисткой, но это ничего не изменило... Думала: ну вот развелась — и освободилась от него. Ничего подобного! Умер — думала: ну все, теперь меня отпустит. Ничего подобного! Не отпустил... Были поклонники, были женихи, но никто не перебил мою единственную сумасшедшую любовь... — говорила Евгения Уралова.