Что если реальность — это всего лишь легкий жар? Что если мир, который ты видишь, слегка искажен температурой, воспоминанием или тоской? Что, если нужно просто заболеть, чтобы наконец начать жить?
Так и начинается путешествие в странный, дышащий паром, мир романа Алексея Сальникова «Петровы в гриппе и вокруг него» — книги, которая не объясняет, а проживает. Не рассказывает, а вызывает лихорадочные видения. Это не просто история про семью с обыденной фамилией, это — удар током, затянувшийся новогодний бред, сладковатый привкус советского детства и ощущение, будто под ногами нет земли.
Короткие обзоры и книжные подборки каждую неделю в моем Telegram канале.
О чём книга?
Формально — о семье. Он — автослесарь. Она — библиотекарь. Есть сын. Кажется, разведены. Кажется, Новый год. Кажется, болеют. Кажется, реальность.
Но это только кажется.
На деле же — это история о том, как грипп снимает слой за слоем привычную оболочку повседневности и обнажает под ней нечто куда более глубокое и тревожное. Вирус становится катализатором, температурой начинает плавиться время, события прошлого прорастают в настоящее, и читатель, вместе с героями, попадает в мир, где комиксы становятся метафорами, автобусные поездки — порталами, а утренники — червоточинами в ткань памяти.
Что делает эту книгу особенной?
Сальников пишет «как никто другой сегодня». Его язык — это не просто способ рассказать историю, это отдельный живой организм, жаркий, пластичный, местами бьющий током. Это не просто текст, это — температура. Цитируя одного из критиков: «Пишет Сальников как, пожалуй, никто другой сегодня, а именно — свежо, как первый день творения».
Другой критик точно подмечает: «Грипп — это не болезнь. Это пауза. Мир начинает плыть, а реальность меняет очертания…» И в этом ощущении зыбкости — вся суть книги. Она как воздух над раскалённым асфальтом: дрожит, колеблется, мерцает.
Это роман о внутреннем раздвоении, о жизни, которую ты вроде бы живешь, но не узнаешь в ней себя. О пути, который выбрал — или не выбрал. О тоске по несбывшемуся и постоянной попытке переиграть прошлое. Это глубоко человеческая книга. Даже не о Петровых. О нас.
Сильные стороны
- Атмосфера. «Петровы» — это не просто сюжет, это состояние. Текст медленно затягивает, как лихорадка. Снег, подъезды, запах мандаринов, Новый год, слёзы без причины — всё работает на общее настроение, которое проникает под кожу.
- Язык. Многослойный, точный, с бытовым тоном и вспышками почти поэтического абсурда. В нём одновременно и Мамлеев, и Булгаков, и чуть-чуть Пелевина. Это язык, который дышит, пьёт чай, чихает, матерится и вдруг начинает пророчествовать.
- Герои. Без громких имён и титулов. Просто люди. Простые и очень знакомые. Но именно в этой обыденности — невероятная глубина. Как заметил один читатель, «жизнь идёт, и однажды ты смотришь в зеркало и не узнаёшь человека напротив».
- Мистика и реальность. Что здесь настоящее, а что бред? А нужно ли вообще различать? Эта книга — гимн неясности, и в этом её сила.
А есть ли слабости?
Может показаться, что в тексте присутствует затянутость, медлительность, чрезмерная детализация. Да, роман не спешит — он как сон во время болезни: тянется, путается, возвращается к одной и той же сцене с разных сторон. Но для кого-то это минус, а для других — часть магии.
Личное впечатление
Читая «Петровых», я всё время ловил себя на ощущении, будто живу внутри комка старых VHS-записей из 90-х: тёплое, мутное, знакомое. Будто стал ребёнком на утреннике, зажатым в костюм зайца, но уже с сознанием взрослого, уставшего человека, который потерял половину мечт по дороге.
Меня особенно тронул образ Петрова, который когда-то рисовал комиксы. Это так пронзительно: как много в нас тех, кто когда-то хотел чего-то другого — стать писателем, артистом, учёным… а стал тем, кем «надо». Сальников берёт этих потерянных людей — и возвращает их нам. Горько, но бережно.
Вердикт
Кому стоит читать «Петровых в гриппе и вокруг него»?
- Тем, кто любит литературу, заставляющую думать и чувствовать.
- Тем, кто не боится текста, где больше вопросов, чем ответов.
- Тем, кому близки «Мастер и Маргарита», «Москва-Петушки» или поздний Лимонов.
- Тем, кто готов «переболеть» этой книгой — чтобы выйти из неё немного другим человеком.
Это не просто роман. Это опыт. Вспышка. Горячка. Грипп.
А главное — напоминание, что под слоем серых дней, среди ёлок, пластмассовых игрушек и мандаринов, всегда есть шанс — вспомнить, кем ты был. И кем всё ещё можешь стать.
Короткие обзоры и книжные подборки каждую неделю в моем Telegram канале.