Говорят, великие не боятся. Но в походной палатке Наполеона всегда скрипели петли — хотя дверей там не было. Странно? А если я скажу, что сам император требовал это скрипение? Потому что если петли молчат — значит, зашли без стука. А он этого боялся больше пуль. У нас в голове — Наполеон как железная машина войны: марширует, побеждает, выносит всё. Четыре часа сна, и обратно в седло. Герой, не человек. Но если копнуть чуть глубже, под китель — проступают трещины. Император спал мало — да. Но не потому, что был сверхчеловеком. А потому что боялся спать. Боялся, что проснётся — и его уже нет. Ни трона, ни власти, ни имени. Только комнатка, где кто-то вошёл тихо, без скрипа. Кто-то, кто уже решил, как закончится его история. Он терпеть не мог закрытых дверей. Это не поэтика — это факт. В Малмезоне он велел снять защёлки и оставлять створки приоткрытыми. В армии — двери должны были оставаться не запертыми, а открытыми настежь. Даже в холод. Даже в опасности. Почему? Он боялся, что их закро