Бегут года, стареет кожа,
И рожа далеко не та,похоже.
Морщины сетью оплетают лоб,
И в теле чувствуется озноб. Где юности румянец, где задор?
Лишь памяти далёкий разговор.
В зеркальном отражении – печаль,
Как осени увядшая вуаль. Пусть седина виски запорошила,
И тело прыть былую позабыло,
Зато душа, как выдержанное вино,
Богаче стала, всем врагам назло. В ней отстояться, силу обрести,
И радость жизни глубже пронести.
Так что же старость? Лишь другой этап,
Где мудрость – компас, опыт – верный штаб. И пусть бегут года, как горный поток,
Я принимаю каждый жизни срок.
Ведь главное – не внешность, а нутро,
В котором вера, нежность и добро!
Бегут года, стареет кожа,
И рожа далеко не та,похоже.
Морщины сетью оплетают лоб,
И в теле чувствуется озноб.
Где юности румянец, где задор?
Лишь памяти далёкий разговор.
В зеркальном отражении – печаль,
Как осени увядшая вуаль.
Пусть седина виски запорошила,
И тело прыть былую позабыло,
Зато душа, как выдержанное вино,
Богаче стала, всем врагам назло.
В ней отстояться, силу обрести,
И радость жизни глубже пронести.
Так что же старость? Лишь другой этап,
Где мудрость – компас, опыт – верный штаб.
И пусть бегут года, как горный поток,
Я принимаю каждый жизни срок.
Ведь главное – не внешность, а нутро,
В котором вера, нежность и добро!