– Мне жаль, что даже в условиях изоляции российского футбола мы не уделяем особое внимание детскому футболу. И в плане финансов, и в плане единой методики.
Не так давно я видел какую-то программу от Адидаса – там, например, было понятие «стартовая выносливость». Я задал вопрос: «Что это такое?» Мне никто не смог ответить. Скорее всего, кто-то неправильно перевел какой-то термин – и все пошло вот так.
Нам презентуют какие-то западные программы, потому что мы перестали уважать себя, похоронили то, что нарабатывали Лобановский, Базилевич, Бесков.
Наши ученые – Верхошанский, Матвеев, Платонов – доказывали какие-то вещи с точки зрения физиологических, биохимических, биомеханических воздействий. Мы это все отдали Европе, а сегодня Европа продает это нам в качестве тренеров по физподготовке, реабилитологов, нутрициологов.
Мы не уважаем себя. Сегодня в европейских школах делают то, что мы делали в советских дворах. У нас была четкая система: в этот день занимаемся этим, в этот – этим. Все было одинаково во всем СССР.
Сегодня, получая игрока из академии, видим: отбирать не может, строить профиль по отношению к воротам, чтобы играть быстрее, не может, несамостоятельный ментально, потому что мы постоянно что-то советуем. Отсюда игрок приходит: «Тренер, а сколько здесь касаний сделать?». А откуда я знаю, не зная, что предположит соперник?
Поэтому у нас в последнее время были такие результаты в еврокубках, часто возникали проблемы с выходом из группы на ЧМ и Евро. Конечно, мы футбольная держава. Но держава, к сожалению, утерявшая традиции.
– Насколько актуально то, чему учили в СССР?
– Физиологически ничего не изменилось.
Процессы внутри игрока никогда не поменяются, может поменяться воздействие на них. Могут появляться новые системы контроля и анализа. Но база осталась той же.
– Есть ли что-то хорошее на Западе, что мы переняли?
– Наверняка. Интенсивность у них другая – они в основном играют, принимают решения. Тренировка, например, длится час пятнадцать – час, из нее игроки решают, что им делать на поле. У нас по-другому.
Тренер может останавливать занятие по несколько раз и что-то объяснять по три минуты. Например, испанцы, работавшие в «Ростове», удивлялись, почему мы столько внимания уделяем объяснениям, а не футболу.
А потом мы выходим на международные матчи и с 60-й минуты движемся будто по камере замедленного действия, – сказал в интервью Спортсу’‘ главный тренер «Акрона» Заур Тедеев.
Интервью Заура Тедеева: как сделал «Акрон» главной сенсацией РПЛ и привел Дзюбу к рекордам
