- Он сказал мне, что я слишком серьезно к нему отношусь…
- Понимаешь, Светик, сказала ей я — есть люди, которые привыкли, чтобы к ним относились несерьезно. С самого детства. Их воспринимали не всерьез, как что-то неважное, ненужное, нелепое. Может быть даже, их не ждали вовсе в этом мире. Они родились, но не смогли занять свое место. Разве есть оно, если мать и отец не определили его как значимое? Если они, первые и самые важные люди в жизни, не знали, нужен он им или нет?
Трагедия. Огромная трагедия. Что должно быть в душе у этого ребёнка? Что должно быть в душе у взрослого человека, который носит в себе того ненужного, незначимого, неважного ребёнка? Боль. Большая боль.
Предопределенность жизненного сценария. Встречает он тебя, теплую, полную любви, что ему с этой любовью то делать? Он не знает, что это. В своих мечтах и фантазиях, он представляет себя в любви. Но в реальности он не знает, что это такое. Его душа на мели, а ты — океан. Океан, в который может, и хочется нырнуть, но очень страшно. Любовь для него — это боль. Он никому не верит в этой жизни, есть основания, не поспоришь. И тебе верить не будет и не доверится никогда, и дело не в тебе, а в кровавых метках боли, что оставили те, кто не любили и не хотели.
Никогда такого в жизни не было, чтобы его любили, чтобы его считали значимым и нужным, чтобы выделяли для него место — главное, полное любви. Ничего не поделаешь, Светик, любовь можно дать лишь тому, кто готов к ней.