Николай Заболоцкий создал содружество поэтов-философов ОБЭРИУ, переписывался с Константином Циолковским и называл себя «поэтом голых конкретных фигур, придвинутых вплотную к глазам зрителя». В 1938 году Заболоцкого обвинили в создании «контрреволюционной организации» и приговорили к пяти годам лагерей. Произведения поэта мало публиковали в то время: журналы с его стихотворениями изымали, а сборники снимали с печати. Но Заболоцкий продолжал писать даже в ссылке: в Караганде он закончил знаменитый перевод «Слова о полку Игореве» с древнерусского языка.
«Намерение сделаться писателем окрепло во мне»
Николай Заболоцкий родился в 1903 году на ферме недалеко от Казани. Его отец, Алексей Заболоцкий, работал агрономом, управлял частным хозяйством и внедрял новые методы земледелия, чтобы увеличить урожаи. В 1905 году он открыл курсы для пчеловодов, где сам же преподавал. Мать будущего поэта, Лидия Дьяконова, преподавала в сельской школе. После замужества она оставила работу и воспитывала шестерых детей. Николай Заболоцкий был старшим из них.
В доме было много книг. Заболоцкий вспоминал: «С 1900 г. отец выписывал «Ниву», и понемногу из приложений к этому журналу у него составилось порядочное собрание русской классики, которое он старательно переплетал и приумножал случайными покупками. Этот отцовский шкаф с раннего детства стал моим любимым наставником и воспитателем». Дети много времени проводили на свежем воздухе. Отец часто брал Николая Заболоцкого в поле, показывал, как правильно сажать растения и ухаживать за ними.
В 1910 году отец нашел новую работу, и семья переехала в село Сернур Уржумского уезда (сейчас это территория Республики Марий Эл). Поэт писал: «Мои первые неизгладимые впечатления природы связаны с этими местами. Вдоволь наслушался я там соловьев, вдоволь насмотрелся закатов и всей целомудренной прелести растительного мира». В семь лет Николай Заболоцкий сочинил первое стихотворение, а вскоре решил стать писателем. Он много читал, а потом пересказывал сюжет книги друзьям в селе. В 1912 году, когда в России праздновали 100-летие победы в Отечественной войне, будущий поэт рассказывал о жизни Наполеона, полководцев Михаила Кутузова и Михаила Барклая-де-Толли. Поэт вспоминал: «Мы, дети, очень увлекались рассказами об этой войне. Летом мы целыми днями играли в войну: наделали себе из бумаги треуголок, из палок — сабель, пик, ружей, и храбро сражались с крапивой, которая изображала собой французов».
В 1913 году Николай Заболоцкий поступил в Уржумское реальное училище. Его любимыми предметами стали история, рисование и химия: с разрешения отца будущий поэт по выходным проводил опыты в сарае. Не бросал Заболоцкий и литературу: много читал и писал сам. Особенно увлекали его стихотворения Александра Блока и Константина Бальмонта. На старших курсах он сочинил поэму «Уржумиада» о жизни в селе Сернур. В 1917 году, когда началась революция, в уезд приехали агитировать за советскую власть представители столичной интеллигенции: музыканты, учителя, актеры. Заболоцкий вспоминал: «Некоторые из них поощряли мои литературные опыты, советовали больше работать, ехать в центр. Намерение сделаться писателем окрепло во мне».
«Хроническое безденежье» и учеба за паек
В 1920 году Заболоцкий окончил реальное училище и поехал поступать в Москву на историко-филологический факультет Первого Московского университета (сейчас — МГУ). Его приняли в число студентов, однако «сказали, что кормить не будут». Первокурсникам полагались продуктовые карточки, но купить на них еду в условиях дефицита было невозможно. Зато большие хлебные пайки выдавали студентам медицинских факультетов. Тогда Николай Заболоцкий решил подать документы еще и во Второй Московский университет (сейчас — Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова) и совмещать учебу на двух направлениях сразу.
Сокурсник Заболоцкого по медицинскому факультету Михаил Касьянов вспоминал: «Жили мы от пайка до пайка, который, в том числе и печеный хлеб, выдавался раз в месяц. В день получения пайка каждому из нас давали по полтора больших солдатских каравая хлеба, сливочное масло, сахарный песок, селедку или воблу… Никакие пирожные никогда впоследствии не доставляли мне такого ярого наслаждения». По вечерам Николай Заболоцкий ходил в Политехнический музей на выступления Владимира Маяковского и в кафе поэтов «Домино» на Тверской, а когда хватало денег — покупал билет в Театр Мейерхольда. В январе 1921 года паек студентам-медиками отменили: Гражданская война закончилась, и острая потребность во врачах исчезла. Тогда Николай Заболоцкий бросил Второй Московский университет и попытался сконцентрироваться на занятиях по истории, однако вскоре понял, что с сентября пропустил слишком много, и забрал документы.
В 1921 году Николай Заболоцкий переехал в Петроград, где поступил на факультет русского языка Третьего Петроградского педагогического института им. Герцена (сегодня — Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена). Свое студенчество он вспоминал как «хроническое безденежье и полуголодное существование». Чтобы заработать денег, Заболоцкий разгружал корабли в портах, устраивался разнорабочим. На старших курсах он посещал собрания литературного кружка «Мастерская слова», где увлекся поэзией Велимира Хлебникова и Осипа Мандельштама. Заболоцкий продолжал сочинять и собственные стихи. В автобиографии он писал: «В 1925 году я окончил институт. За моей душой была объемистая тетрадь плохих стихов, мое имущество легко укладывалось в маленькую корзинку».
Знакомство с Хармсом, кружок поэтов ОБЭРИУ и первый сборник «Столбцы»
После института Николая Заболоцкого призвали в армию. Во время службы он написал стихотворения «Часовой», «Движение», «Лицо коня» и другие. Через два года поэт вернулся в Ленинград и устроился автором в отдел детской книги Объединения государственных книжно-журнальных издательств (ОГИЗ), руководителем которого был известный писатель Самуил Маршак. Там же работали литераторы Евгений Шварц, Лидия Чуковская, Борис Житков. Отдел выпускал не только книги, но и два детских журнала — «Чиж» и «Еж», где публиковались поэты Даниил Хармс, Александр Введенский. Драматург Нина Гернет вспоминала: «Редакция была веселая. Писатели и художники приходили, как домой, сидели весь день, рассказывали, читали, придумывали, устраивали литературные розыгрыши и мистификации… …Мы ловили стихи, темы, мысли, которые могли пригодиться журналу; работали, когда проголодавшиеся писатели уходили обедать».
Николай Заболоцкий быстро подружился с коллегами — Александром Введенским и Даниилом Хармсом — и часто бывал у них в гостях. Они вместе сочиняли стихи, обсуждали проблемы философии и искусства. В 1927 году трое друзей вместе с писателями Николаем Олейниковым, Борисом Левиным, Игорем Бахтеревым и Константином Вагиновым создали «Объединение реального искусства» — ОБЭРИУ. В 1928 году была опубликована декларация философско-поэтического кружка.Обэриуты, как называли себя члены объединения, считали, что мир хаотичен и фрагментирован, и единственный способ выжить в нем — говорить. Литераторы отказывались от традиционных форм в искусстве в пользу гротеска и поэтического абсурда. В этом же году Николай Заболоцкий написал статью «Поэзия обэриутов», где назвал себя «поэтом голых конкретных фигур, придвинутых вплотную к глазам зрителя» и предлагал слушать и читать свои стихи «более глазами и пальцами, нежели ушами».
В 1929 году у Николая Заболоцкого вышел первый сборник стихотворений «Столбцы». Это была сатира на обывателей, которые сохранили старые привычки в новой стране. В книгу вошло 22 стихотворения: «Игра в снежки», «Народный быт», «Белая ночь», «Рыбная лавка», «Ивановы» и другие. Тираж разошелся в несколько дней. После выхода сборника Заболоцкий писал: «Книжка вызвала в литературе порядочный скандал, и я был причислен к лику нечестивых». В 1930 году поэт перевел для детей поэму грузинского писателя Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре».
Столбцы научили меня присматриваться к внешнему миру, пробудили во мне интерес к вещам, развили во мне способность пластически изображать явления.
Николай Заболоцкий. Из доклада на дискуссии о формализме, 1936 год
В этом же году Заболоцкий женился на своей знакомой Екатерине Клыковой.
Поэма «Торжество земледелия» и переписка с Циолковским
В 1931 году у поэта произошла размолвка с Александром Введенским, и Заболоцкий перестал бывать на встречах ОБЭРИУ. В это же время он увлекся физикой и строением Вселенной, начал переписываться с изобретателем Константином Циолковским. Заболоцкий отмечал: «Ваши мысли о будущем Земли, человечества, животных и растений глубоко волнуют меня, и они очень близки мне. В моих ненапечатанных поэмах и стихах я, как мог, разрешал их». В конце 1931 года литератор сочинил поэму «Безумный волк» — философскую притчу о познании. По форме она напоминала древнегреческую трагедию: помимо главных действующих лиц — медведя и волка, автор включил в текст реплики хора.
В 1933 году Николай Заболоцкий опубликовал в журнале «Звезда» поэму «Торжество земледелия». Он писал жене 26 мая этого же года: «В Москве шум из-за «Торжества земледелия». Говорят, что «Звезда» впервые за все время ее существования на столах у всех москвичей; одни хвалят и очень, другие в бешенстве, третьи злорадствуют — мол, до чего докатились». По замыслу автора поэма должна была показать победу нового порядка над укладом дореволюционной деревни. Крестьянин не только стал свободным сам, но и освободил от труда животных: теперь он пахал и возил тяжести на тракторе, а не на лошадях или быках. В разгар коллективизации критики сочли «Торжество земледелия» насмешкой. Журналист газеты «Литературный критик» Елена Усиевич назвала поэму «злобной сатирой на социализм» и «пасквилем на коллективизацию». Тираж журнала изъяли, произведение запретили. А через несколько месяцев Заболоцкому не разрешили напечатать новый сборник «Стихотворения 1926–1932».
В конце 1930-х годов Заболоцкий занимался переводами, чтобы заработать на жизнь. Он пересказал для детей произведения «Гаргантюа и Пантагрюэль» Франсуа Рабле, «Путешествие Гулливера» Джонатана Свифта и «Легенда о Тиле Уленшпигеле» Шарля де Костера. Писатель Вениамин Каверин вспоминал: «Все, что перевел Заболоцкий, стало фактом русской поэзии, как это в свое время произошло с переводами Лермонтова, Жуковского». В 1937 году Николай Заболоцкий выпустил сборник «Вторая книга», куда вошло 18 стихотворений.
Арест, ссылка и первые месяцы после возвращения
В 1938 году Заболоцкого арестовали и обвинили в создании контрреволюционной писательской организации. В книге «История моего заключения» писатель вспоминал: «Начался допрос, который продолжался около четырех суток без перерыва… Первые дни меня не били, стараясь разложить меня морально и измотать физически. Мне не давали пищи. Не разрешали спать… За стеной, в соседнем кабинете, по временам слышались чьи-то неистовые вопли. Ноги мои стали отекать, и на третьи сутки мне пришлось разорвать ботинки, так как я не мог более переносить боли в стопах». Поэт не признал вину даже после пыток, но его все равно осудили и приговорили к пяти годам лагерей. Сначала он отбывал наказание в «Востоклаге» в Хабаровском крае, затем Заболоцкого перевели в исправительно-трудовой лагерь в Алтайском крае.
Последнее время каждую ночь вижу вас во сне, милые мои. Сознание, что ничем не могу вам помочь, тяготит меня. Но душа моя всегда только с вами. Хочется думать, что пересмотр моего дела не затянется слишком долго. Но гадать трудно, будучи оторванным от жизни. Тысяча вопросов о вашей жизни теснятся в голове… Обо мне думать особенно нечего — здоровье я пока сохранил — все остальное зависит не от нас с тобою.
Николай Заболоцкий. Из письма жене от 13 августа 1939 года
В марте 1944 года Заболоцкий вышел на свободу, однако еще почти два года он не мог добиться разрешения вернуться в Москву. Все это время он жил в Караганде. Там писатель перевел с древнерусского языка «Слово о полку Игореве».
В 1946 году Заболоцкий наконец переехал в столицу. На первое время его приютил литературовед Николай Степанов, который позже вспоминал: «Н.А. пришлось спать на обеденном столе, так как на полу было холодно. Да и сами мы спали на каких-то ящиках. Н.А. педантично складывал на ночь свою одежду, а рано утром был уже такой же чистый, вымытый и розовый, как всегда». Следующие несколько месяцев Заболоцкий жил на даче у философа Эвальда Ильенкова, потом у писателя Вениамина Каверина. В 1946 году Заболоцкий написал стихотворение «В этой роще березовой», в следующем — «Творцы дорог», «Город в степи» и «Я не ищу гармонии в природе».
Вообще в нем в то время жило страстное желание уюта, покоя, мира, счастья. Он не знал, кончились ли уже его испытания, и не позволял себе в это верить. Он не смел надеяться, но надежда на счастье росла в нем бурно, неудержимо. Жил он на втором этаже, в самой маленькой комнатке дачи, почти чулане, где ничего не было, кроме стола, кровати и стула.
Николай Чуковский. «О том, что видел: Воспоминания, письма»
«Совершенно пушкинские по блеску стихи»
В 1948 году Николай Заболоцкий подготовил третий сборник стихотворений, куда вошли «Некрасивая девочка», «Портрет» и другие произведения. Книга выходила в год 70-летнего юбилея Сталина. Чтобы увеличить шансы на ее печать, поэт включил в издание много стихотворений о Грузии — родине вождя: «Горийскую симфонию», «Тбилисские ночи», «Казбек», «Греми». Сборник прошел незамеченным критиками. Однако поэт вспоминал: «Для писателя, имеющего судимость и живущего под агентурным надзором госбезопасности, и такое издание книги было большим достижением».
Вскоре Заболоцкий выпустил еще одну книгу — «Заметки переводчика». Он писал: «Успех перевода зависит от того, насколько удачно переводчик сочетал меру точности с мерой естественности». В начале 1950-х годов Заболоцкий переводил стихи грузинских поэтов: Григола Орбелиани, Ильи Чавчавадзе, Акакия Церетели и Давида Гурамишвили. В это же время он задумал составить «Свод русских былин», однако не реализовал его: в 1954 году у Заболоцкого случился инфаркт.
Поэт долго восстанавливал здоровье и вернулся к творчеству уже в 1956 году. Осенью этого же года от него ушла жена Екатерина Клыкова. Заболоцкий стал жить с Натальей Роскиной, которой посвятил стихотворение «Признание». Но уже в 1957 году они расстались. Вскоре к Заболоцкому вернулась первая супруга. Эти переживания поэт описал в цикле 1956–1957 годов «Поздняя любовь». Он состоял из 10 стихотворений: «Чертополох», «Морская прогулка», «Последняя любовь», «Голос в телефоне», «Можжевеловый куст», «Старость» и других.
Лето 1957 года Николай Заболоцкий провел на съемной даче в городе Тарусе Калужской области. В письме поэту Алексею Крутецкому 15 августа 1957 года он рассказывал: «Я второй месяц живу на Оке, в старом захолустном городке Тарусе, который когда-то даже князей собственных имел и был выжжен монголами. Теперь это захолустье, прекрасные холмы и рощи, великолепная Ока». За несколько месяцев поэт написал около 30 стихотворений: «Не позволяй душе лениться», «Во многом знании — немалая печаль», «Медленно земля поворотилась», «Гроза идет».
Здесь летом жил Заболоцкий. Чудесный, удивительный человек. На днях приходил, читал свои новые стихи — очень горькие, совершенно пушкинские по блеску, силе поэтического напряжения и глубине.
Константин Паустовский, писатель
В 1957 году вышла последняя прижизненная книга поэта «Стихотворения» — сборник из 64 произведений. В издание Заболоцкий включил и отредактированный перевод поэмы Шота Руставели «Витязь в тигровой шкуре». Вскоре поэта наградили орденом Трудового Красного Знамени «за выдающиеся заслуги в развитии грузинского искусства и литературы».
14 октября 1958 года Николай Заболоцкий скончался от второго инфаркта. В 1963 году его посмертно реабилитировали по заявлению жены.
Спасибо, что дочитали до конца!
Подписывайтесь, дальше интересней!