Одной из самых острых и системных проблем в сфере российского образования является его управленческая структура. Особенно тревожит ситуация с кадрами, отвечающими за руководство в этой отрасли. На протяжении многих лет сложилась устойчивая, крайне негативная практика: в отделы народного образования зачастую попадали те, кто не смог реализовать себя в педагогике, либо те, кто стремился избежать тяжелой и низкооплачиваемой работы в школе. Также эти структуры традиционно служили «теплым местом» для родственников, знакомых и прочих «близких» — так называемых кумовьев, зятьев и невесток, которых нужно было где-то «пристроить».
Недавно в центре внимания оказался депутат Заксобрания Алтайского края от КПРФ Александр Волобуев, вынужденно уволившийся из барнаульской школы №3. Формально он написал заявление по собственному желанию, но по факту решение стало результатом давления, оказанного на руководство учебного заведения со стороны властных структур.
Будучи преподавателем географии, Волобуев открыто говорил о вопиющем несоответствии между объемом работы учителей и уровнем их оплаты, особенно в период проведения выпускных экзаменов. Он подчеркнул, что выплаты педагогам за участие в организации и проведении ЕГЭ и ОГЭ в Алтайском крае одни из самых низких по стране, что абсолютно не отражает ту ответственность и нагрузку, которую они несут. В частности, за организацию экзамена ему выплатили всего 108 рублей.
В своём телеграм-канале Волобуев объяснил причины своего ухода:
«Я понимал, что, подняв острые вопросы, столкнусь с давлением. Но шаг, который предпринял комитет по образованию мэрии Барнаула, оказался не просто неожиданным — он был убийственным. Мне предложили либо уволиться самому, либо оставить школу без директора, которому попросту не продлили бы контракт. А это означало бы назначение нового руководителя — вероятно, управляемого и лояльного. Мы уже наблюдали подобную ситуацию в школе №75, где за два года сменился почти весь коллектив — до 70% сотрудников ушли».
Он добавил, что не хочет становиться причиной дестабилизации в коллективе, ради принципа — да, он готов защищать свою позицию, но не ценой школы и ее сотрудников, к которым относится с уважением.
Такая модель управления, как отметил Волобуев, не решает корневые проблемы, не работает с причинами недовольства — вместо этого она просто устраняет тех, кто осмеливается говорить правду и пытаться изменить ситуацию.
«Неудивительно, что молодежь не стремится идти в школу, а те, кто все же решается — быстро разочаровываются и уходят», — отметил он.
Важно напомнить, что депутатская деятельность на уровне муниципалитета или региона, как правило, не предполагает заработка — это общественная работа, которую народные избранники выполняют без вознаграждения из бюджета.
В начале 2024 года Александр Волобуев устроился на временную работу в барнаульскую школу №10, чтобы изнутри понять и показать обществу, с какими трудностями сталкиваются обычные российские учителя. По итогам 43 рабочих дней ему начислили 37 732 рубля 62 копейки, из которых почти 5 тысяч рублей были удержаны в виде налога на доходы физических лиц.
Стоит напомнить и о других вопиющих случаях, демонстрирующих низкий уровень профессионализма со стороны управленцев в сфере образования. В частности, в Барнауле, накануне Дня Победы, министерство образования разместило на фасаде здания плакат, на котором изображен солдат с шестью пальцами в форме армии США времён Второй мировой войны. Оказалось, что изображение было создано с помощью нейросети, поскольку чиновники не смогли (или не захотели) найти подходящее фото в доступных источниках.
А в Саратове произошёл не менее тревожный инцидент: местные чиновники буквально травили школьную учительницу, организовавшую патриотический спектакль по повести Валентина Катаева «Сын полка». В одной из сцен спектакля немецкая переводчица с изображением свастики на рукаве допрашивает мальчика-сироту Ваню Солнцева. Этот фрагмент вызвал бурную реакцию в департаменте образования. Как рассказал супруг учительницы Веры Башковой, чиновница Лариса Сорокина не только в грубой форме отчитала педагога, но и потребовала снять с груди Георгиевскую ленточку, произнеся фразу «понацепили», после чего настояла на увольнении учителя.
Примером аналогичной некомпетентности стал и инцидент на федеральном уровне: министерство просвещения России возглавляемое г-ном Кравцовым ко Дню космонавтики опубликовало на своём сайте изображение, где мужчина в скафандре с закрытым забралом держит девочку на руках — прямо на стартовой площадке, где, очевидно, дети оказаться не могли. Этот абсурд снова вызвал волну критики и недоумения.
Все эти случаи — только верхушка айсберга. Глубинный кризис в системе образования лишь усугубляется: стыд и боль за происходящее не только не ослабевают, но становятся все более ощутимыми и непереносимыми.