Набиуллина неоднократно говорила, что если правительство будет наращивать гос. расходы, вкл. и субсидирование % ставки банковских кредитов, то она будет повышать % ставку ЦБ для обуздания инфляции: https://rutube.ru/video/5d58e199127f0be73a7b8a5c89871b6e/ - Форум ВТБ “Россия зовёт”, 2023 (1:33:50-1:34:40) и https://rutube.ru/video/9db2e7acd81dabb38d306ad443b1ebe8/ - ПМЭФ’23, секция “Как будет развиваться российская экономика” (1:08:20-1:09:10). Но она не может не знать, что наращивание гос. расходов идёт для увеличения объёмов производства ВПК в условиях войны. Чтобы понять, права ли она, следует рассмотреть эту тему подробнее.
Наращивание гос. расходов в целях увеличения военного производства означает перераспределение ресурсов между производящими отраслями в сторону производящих военную продукцию путём передачи последним бОльших денежных объёмов, на которые она может купить бОльший объём ресурсов, лишив части ресурсов все остальные отрасли. Естественно, это приведёт к росту цен на ресурсы, падению производства в остальных отраслях, не связанных или слабо связанных с военными производствами, и росту цен на их продукцию. Если раньше мы производили больше машин, телевизоров и одежды, то теперь часть задействованных в этом ресурсов и производственных мощностей пойдёт на производство доп. танков и снарядов (порох тоже делается из хлопка). В этом ничего страшного нет, т.к. ресурсы, в т.ч. и производственные, любой страны ограничены, и при необходимости государство может перераспределять их между отраслями. И рост гос. расходов для ВПК является рыночным инструментом осуществления такого перераспределения, а возникающая при этом инфляция никакой угрозы экономике не несёт, это обычная практика воюющих стран.
А в случае такой активно и всё подряд экспортирующей страны, как Россия, рост гос. расходов на оборону может привести к изъятию недостающих ресурсов для ВПК не столько из гражданского сектора экономики, сколько из экспорта. Мне скажут, что это не так, ведь экспорт идёт за валюту (или цена рассчитывается на основе курса иностр. валюты, как было с трубопроводным газом для ЕС), и заинтересованные в валютной выручке экспортёры (а таких у нас полно) прекрасно знают, что рост их рублёвой выручки от продажи внутри страны ранее экспортируемого сырья за счёт роста гос. расходов приведёт к сокращению притока валюты из-за рубежа и невозможности для них обменять свой выросший рублёвый доход на бОльший объём долларов, чем при экспорте. И поэтому экспортёры, видя падающий рубль, продолжат экспортировать ресурсы. В нашем случае это не так: в 2022 после сильных ограничений по импорту и прекращения скупки доллара ЦБ-м и Минфином курс рубля стал сильно расти, и когда он в мае достиг менее 60 руб. за бакс, то и министр финансов, и министр экономич. развития завопили о том, что нужно опускать курс рубля, т.к. высокий рубль уменьшает рублёвый доход бюджета и ставит под вопрос выполнение соц. обязательств - https://www.gazeta.ru/business/2022/06/15/14994230.shtml и https://www.rbc.ru/newspaper/2022/06/30/62bc12339a79470004d250bc . В результате Минфин стал закупать валюту “дружественных” стран, а ЦБ стал проводить “зеркальные операции”, т.е. если Минфин закупает, то и ЦБ на ту же сумму, если Минфин продаёт, то и ЦБ. Более того, ЦБ уже в мае 2022 стал через посредников скупать валюту для опускания курса рубля: https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2022/05/22/923103-tsb-vernulsya-zakupkam-valyuti .
Получается, ЦБ и Минфин выбрасывают на валютную биржу огромные объёмы рублей лишь для поднятия курса доллара, что делает экспорт более выгодным и разгоняет инфляцию в стране. Вместо этого можно было отправить эти же деньги на поддержку нашего ВПК, который уже сам в целях увеличения выпускаемой продукции стал бы скупать ранее идущие на экспорт ресурсы (напр., металлы). В таком случае и доллар рос бы куда медленнее (или не рос вовсе), и продажа ресурсов внутри страны была бы выгоднее их экспорта. Тогда бы и рост военного производства шёл бы с минимальными оттягиванием ресурсов от гражд. сектора и инфляцией.