Ах, какая прелестная история приключилась с двумя горе-геодезистами!
Вот представьте: сидишь такой в офисе, чертишь карты, а потом бац – и отправляют тебя в тайгу! Ну как в тайгу... Ну да, в самую что ни на есть тайгу с медведями. Хотя местные упорно называют её лесом. И вот топаем мы как два пингвина на прогулке, два молодых геодезиста, по посёлку – в сапогах, с оборудованием, рюкзаки как у альпинистов. Картина, скажу я вам, та ещё! Городские орлы решили, что им просто так, одним махом, удастся найти дорогу до заброшенного леспромхоза! Ага, щас.
Ходили мы по посёлку, как по музею, выспрашивали у каждого встречного:
Не проводите ли до леспромхоза?
Люди, живущие своим трудом – добывающие пропитание из реки, леса и огорода – смотрели на них с недоумением и вежливо, но настойчиво и не церемонясь, отправляли нас куда подальше. То к бабушке Агафье, то к какому-то Кузьме Петровичу, а один особенно остроумный даже к чёртовой матери посоветовал заглянуть! Ну, сами понимаете, когда идёт заготовка, всем не до тебя, у них зима впереди.
Идите, – говорят, – к Кузьме Петровичу, он не обременён работой, и лес для него что дом родной!
Ну что ж, раз у него свободного времени много – значит, точно согласится нас провести! Искали мы этого Кузьму Петровича по всему этому посёлку, как в каком-то детективном романе. И нашли! Посреди огорода стоит фигура, одетая весьма необычно: в телогрейке, спортивных штанах и кедах. Голову покрывает армейская шапка без знаков различия, а талию стягивает офицерский ремень, к которому прикреплена кобура!
Вот это картина! – подумали мы. – Серьёзный человек, раз с оружием, наверняка знает, что делает!
За тысячу, – думаем, – учитывая его серьёзность, маловероятно, что он даст согласие.
И предложили мы ему две тысячи рублей – так он только презрительно фыркнул. После долгих переговоров он всё-таки согласился, но запросил три тысячи. И то с условием – чтобы мы его беспрекословно слушались, иначе, дескать, за наши жизни не отвечает.
А знаете почему? – говорит, – причина в том, что неделю назад медведь напал на геологов возле посёлка, профессора из столицы тоже не избежал участи, а тракториста съел без остатка! Виной всему - период размножения у медведей – им всё равно кого есть, хоть геодезистов, хоть геологов! А пока переночуете у меня.
И вот представьте себе картину: утро, солнышко светит, птички поют, а мы такие выхрдим на крылечко, потягиваемся. А тут уже Кузьма Петрович выдаёт нам музыкальные инструменты! Одному достались тарелки, это те в которые в оркестрах бьют. Товарищу повесил барабан на шею, очень похожий на те что были в детстве. А себе достал из мешка пионерский горн!
Смотрите, – говорит, – как я в горн затрублю, ты тарелками звякай, а ты в барабан стучи, можешь хоть им как бубном об голову, да чтоб звук низким был! И вот вам, панамы и красные галстуки. На голову живо одевайте и галстуки как пионеры повязывайте, медведи оно вона что, они красного боятся.
И в таком составе мы двинулись в лес – впереди Кузьма Петрович с горном, за ним мы с тарелками и барабаном, да ещё и в красных панамах с галстуками. В лесу кто-то ворочался (наверное, медведи), но наша троица так наяривала – "туру-ту-ту", "дзынь", "ба-ба-ба-ба-ба" – что даже медведь бы перекрестился и убежал. И вот представьте себе эту картину: идём мы по лесу, как какой-то пионерский отряд, в красных панамках, бьём в барабан и тарелки, а Кузьма Петрович в горн дудит словно в пионерском лагере! Со стороны глянешь, умрёшь со смеху.
В таком составе мы прибыли на место заброшенного лесхоза. Там спокойно сделали свою работу, и двинулись обратно такимже образом.
Когда вернулись в посёлок, все уже нас ждали как родных. Стоят, ждут, улыбаются. Мы аж расправили плечи – думаем, встречают как героев, которые медведей распугали. И давай ещё громче стучать – один тарелками, другой в барабан колотить, Кузьма Петрович на горне наяривал как первый горнист в Артеке.
И тут один из местных, вежливо так:
Мужики, вы блин, пионеры недоделаные, вы не охренели в барабан так лупить? Ладно Кузька, он у нас малахольный, с детства медведей деревянным пистолетом пугает, а вы-то куда?
Опс, занавес.
Спасибо: аплодисментов не надо, и цветов на сцену не кидайте.
А тут ещё, словно из-под земли, вырастает девчонка, явно недовольная:
Дядя Вася, ну вечно вы торопитесь им правду рассказать! А я опять пропустила момент для своего YouTube-канала! Мужчины, может, ещё разок? Ну пожалуйста, для меня...
До сих пор, когда вспоминаю этот день, меня разбирает дикий смех как мы весь посёлок развлекали своим пионерским отрядом.