В июне 2015 года у храма в Москве невозможно было протолкнуться: цветы, люди, слёзы, камеры. Прощались с Жанной Фриске — женщиной, которая успела побыть всем: символом глянца, национальным секс-идолом, звездой, мамой, а в финале — трагедией на всю страну. Говорили, умерла от рака. Кто-то сваливал на ЭКО. Кто-то вспоминал: в девяностых на неё напали грабители и сильно били по голове. Мол, травма. Последствия. Эхо лихих.
Но если говорить честно — у всех звёзд 90-х были свои травмы. И почти все они, в отличие от ярких обложек, не поддавались ретуши.
Где деньги, звезда?
В Советском Союзе звезда была почти бюджетником. Артист, пусть даже с аншлагами в «Олимпийском», жил в трёшке, ездил на «Жигулях» и вёл себя примерно. В девяностые всё снесло. Страна перешла на рыночные отношения. Равенство исчезло. Кто успел — тот и съел. Шоу-бизнес стал золотой жилой: пока одни стояли в очереди за макаронами, певцы вывозили с гастролей деньги в мешках. Буквально.
Роман Жуков давал по 10 концертов в день и собирал миллионы. Вячеслав Малежик возил бабки в трусах с потайными карманами. Артисты приезжали в Омск и сразу понимали, где деньги: «12 дворцов спорта, и в каждом — аншлаг». Это был музыкальный конвейер, подкрученный на максимум.
С деньгами пришли пистолеты
Но была одна проблема. Деньги — это магнит. А в девяностые на другой стороне магнита всегда были грабители. Если ты успешен, у тебя не просто завистники — у тебя автоматчики.
Жанну Фриске выследили у родительского дома. Она приехала переодеться между гастролями. Открыла дверь — и получила кастетом в лицо. Среди грабителей был человек, которого она знала. «Где деньги?» — спросили они. Она показала, где лежали пять тысяч долларов. Деньги забрали, на лицо наложили полотенце. Чтобы не опухло. Вежливость по-воровски.
После этого Жанна туда больше не возвращалась. Дом — место боли. А шоу должно продолжаться.
«Найдёшь — молчи, потеряешь — тоже молчи»
Сергей Пенкин тоже попал под раздачу. Возвращался из Казахстана с гастролей, открыл дверь квартиры — и оказался на коленях. Трое вломились, избили его и его девушку-администратора, забрали 15 тысяч долларов. Пенкин говорит: сердце могло не выдержать. И, по-хорошему, тогда в таких случаях никто не жаловался. Мол, сам виноват. Даже мама ему сказала: «Потерял — молчи».
То же — с актрисой Надеждой Румянцевой. Королева бензоколонки, всенародная любимица, открыла дверь — и влетели вооружённые. Муж выбил пистолет у одного, она вцепилась во второго и кричала. Переломы, слёзы, стресс. Потом — рак. Кто-то сказал: не выдержала душа. Кто-то — что это обычная жизнь артиста в девяностые.
«Шапку — с головы, деньги — со счёта»
Уличная преступность тоже не спала. Женщины перестали носить золотые серёжки — вырывали вместе с мочками. Шапки из норки пришивали к голове резинками. Не спасало — дергачи таскали с собой ножи. Слово «пальто» в те годы можно было заменить на «потенциальный риск».
Ограбить могли днём, ночью, в маршрутке, у дома. Воры в форме милиционеров, воры-аквалангисты, воры-соседи. Жертвы — кто угодно, от дикторов до рок-звёзд. Милиция? Смешно. У них не было бензина доехать до вызова. Ни денег, ни машин. Честных ментов убивали. Нечестные — договаривались.
«Я тебе из телевизора, но ты меня бей»
Игорь Саруханов, певец с романтическим голосом, нанял бригаду рабочих. Те ушли в гастроном — а через полчаса в дверь позвонили «грабители». Он им сам открыл. Даже не испугался. Сказал: «Лицо не трогайте, завтра концерт». Ужас в том, что он не пошутил.
Михаила Муромова, звезду «яблок на снегу», обчистили во время его поездки в Италию. Дома были две женщины — костюмер и бэк-вокалистка. Их били, связывали, унижали. Унесли всё. Даже синтезатор.
Адвоката Генриха Падву — одного из самых влиятельных людей эпохи — тоже обокрали. Правда, потом к нему пришли два бандита, вернули деньги и извинились. Видимо, Япончик узнал. И расстроился. Воры — тоже люди с чувствами. Особенно к своим.
Банки не работают, носки — да
Сбербанк вызывал у людей ровно ноль доверия. Всё хранилось дома. В носках, за обоями, в холодильниках. Артист Владимир Захаров прятал деньги в шкафу — просто в старом носке. Воры перевернули всё, но до носка не добрались — ящик заклинило.
Квартиры воровали пачками. Половина первого этажа — потенциальная цель. Иногда крали кастрюли с пельменями. С балкона. Это тоже было нормой.
Шоу-бизнес и братва: симфония на два ствола
Если у тебя угнали машину, надо было не в милицию идти, а к браткам. Потому что милиция максимум поднимет брови. А братки могли вернуть. Особенно если ты — известная рожа с экрана.
Филипп Киркоров, Саша Буйнов, Юрий Антонов — у всех угоняли. Лёвкина из «На-На» вообще вывезли в лес, приковали к дереву, сказали: «Попрощайся». Он выжил, потому что кто-то услышал его песни. Нет, правда — он пел. Чтобы не сойти с ума. И это его спасло.
Знаменитость — это опасно
Все эти истории — не байки. Это портрет десятилетия. Где популярность была одновременно щитом и мишенью. Где «быть звездой» значило «быть в списке». Где грабили, убивали, вымогали, и хорошо, если ушёл целым.
Это было время, когда фанаты кричали: «Я тебя люблю!» — а вечером тебе ломали нос. Когда за концерт получали кэш, но везли его в трусах. Когда у актрисы могли убить сына за куртку. Когда из окна выбрасывались певицы. Когда возвращались из гастролей с одним вопросом: «Я вообще домой доеду или нет?»
Продолжение: