"Странная семейка… Сектанты, что ли?— раздумывала я всякий раз, как эта парочка попадалась мне на глаза.
Мужчина и женщина, в странных одеждах. Таких старых, что поневоле хотелось перейти на старославянский, вспомнить о зипунах, перелицовках и сундуках с маменькиным наследством. Стрижка мужчины напоминала о кукле Петрушке. Честное слово! Волосы подстрижены под линейку и торчат в разные стороны. Брюки, похоже, с чужой задницы, натянуты до подмышек. Пиджак с подвёрнутыми рукавами вполне мог заменить недлинное пальто.
Женщина полная, основательная, в нелепой, вечно перевёрнутой юбке, натянутой аж под грудь. Гладко зачёсанные волосы. Зимой в дурацкой вязаной шапочке. Шапочку она наверняка вязала сама. То ли ниток не хватило, то ли желания вязать, но изделие налезало только на макушку. Смысла в этой шапочке не было никакого. От холода она не защищала.
Я никак не могла подобрать подходящее для этих людей определение. Они не БОМЖи, не люмпены, не антисоциальные. А какие тогда? Дореволюционные? Старорежимные? Или, по-современному, дауншифтеры?
Я пыталась разобраться в своих мыслях и чувствах. Почему эти люди для меня, как заноза? Какое мне до них дело? Они были мне непонятны. Не такие. Другие. Всё непонятное раздражает. Хочется определить наконец, кто это, что это, приклеить ярлычок и поставить по алфавиту на полочку. И успокоиться. Пока не получалось.
Частенько в их руках были огромные сумки с бесплатными газетами. Они дружненько топали по району, заходили в подъезды и разбрасывали свой спам.
"Вроде не инвалиды… Хотя, кто их знает, не всё ж видно, — размышляла я. — Газеты, как дополнительный заработок? Почему бы и нет. Но жить на него невозможно? Или возможно?" Я злилась на себя. Зачем думать о незнакомых мне людях? Своих проблем нет? Вот же, прицепилась! Я старалась выбросить их из головы.
Зачем я пришла в научную библиотеку? В наше-то время всемирной паутины и интернет-знаний? Не помню. Как же я удивилась, увидев эту женщину в интересующем меня отделе. Строгим негромким голосом она что-то выговаривала молодому парню, явно студенту. "О как! Так эта дама библиотекарь! Понятно, зарплата маленькая, разносить бесплатные газеты хоть какой-то хилый, но приработок…" — от души посочувствовала я.
Двор наш был весёлый, много разновозрастной детворы и дети в нашем дворе были хорошие. Отличные дети! Мальчишки гоняли в футбол. Частенько к ним присоединялись ребята постарше, и отцы. Смешно было, когда из подъехавшего джипа вылезал очередной солидный дядька, скидывал пиджак и мчался на поле пару раз пнуть мяч. Или кинуть его в кольцо, если играли в баскетбол. Да мы и сетку волейбольную натягивали! Просили подростков присмотреть за нашими отпрысками и радостно лупили по мячу.
В тот воскресный день двор был полон. Малышня активно возилась в песочнице. Как-то удалось организовать их в общую игру "Строим за́мок". Кто-то аккуратно вёз песок в игрушечном самосвале. Кто-то лопаткой прокладывал очередную дорогу. Кто-то руководил стройкой. Работа кипела. И вдруг… И вдруг появились они. Эти странные люди. Дауншифтеры? Сектанты? Да не вдвоём, как раньше, а с мальчиком. Так же нелепо одетым. Так же небрежно подстриженным. Каким-то диким. "Господи… У них и ребёнок ещё!" — мысленно ахнула я. Остальные на странных людей вообще не обращали внимания, пока их мальчик не зашёл в центр песочницы.
Он встал в аккурат на пути очередного шоссе, по которому самосвал вёз песок для строительства хозпостроек во дворе замка. Наступил на высокую крепостную стену вокруг замка. Детвора ошеломлённо уставилась на новичка.
К нам во двор стекались детишки со всей округи. Именно потому, что у нас было весело. В игру брали всех. С игрушками или без. Быстро знакомились, кто свой, кто чужой — не разбирали. И вдруг вот такой. Пришёл. Сломал. Стоит. Мешает.
— Держи! — один из "строителей" попытался всунуть незнакомцу свободную лопатку. — Иди дорогу делать!
Новенький дорогу делать не хотел. Он хотел яркий самосвал, во-о-он тот, большой! Молча подошёл к "водителю" самосвала и дёрнул игрушку к себе. Песок посыпался на "водителя". Родители захватчика, улыбаясь, наблюдали за ситуацией. "Водитель" встал, отряхнулся, от души стукнул в глаз незваного гостя и отобрал машинку. Гость, ревя, бросился в атаку. Родители гостя не вмешивались. Тогда вмешалась мама "водителя".
— Не смей отбирать! — резко сказала она, пресекая очередную попытку "гоп-стопа".
"Налётчик" огляделся. "Строители" насторожилась. С видом: "Ну, не дали самосвал, тогда я заберу другую машинку!" — он попытался выдернуть из рук другого мальчика пожарную машину. "Пожарный" заревел, но машинку не выпускал.
— Мальчик! Делиться надо! — подала наконец-то голос мама агрессора. — Жадничать некрасиво!
Тут, руки в боки, в песочницу выдвинулась одна мамаш:
— Делиться? — взяла за руку хулигана, и, не обращая внимания на сопротивление, вытащила его из центра строительной площадки и подвела к родителям. — А давайте! Делитесь! Вы с нами чем поделитесь?
Пришлые явно струсили.
— Но, девушка, так же нельзя! Дети должны играть вместе, дружно! — быстро заговорила женщина.
— Наши дети вам ничего не должны! А ваш ребёнок играть не умеет и не хочет! А обижает наших! Так что, забирайте своего сыночку и валите отсюда!
Странные родители одновременно взяли ревущего ребёнка за руки и отправились восвояси. С каждым шагом рёв становился всё громче и громче: их сын не хотел уходить. Он подгибал ноги, пытался ехать на попе и орал. Мать подхватила его на руки:
— Пойдём, сынок! Это плохие люди! Они жадные!
Мы проводили семейку неласковыми взглядами. Ощущение было… неописуемое.
— А что? Мой ребёнок не полигон для социализации! И не магазин игрушек! А то ишь, пришли, дерутся, да ещё и делись с ними! — высказала общее мнение мамаша-руки-в-боки.
Строительство возобновилось с ещё бо́льшим энтузиазмом. Надо было восстановить порушенную стену, да и за́мок требовал доработки.
Я смотрела в след удаляющейся семейке. "Так и не поняла, кто они? Дауншифтеры? Потомственные Маугли? Кто эти люди?"
Все имена, события, выдуманы, совпадения случайны.
Из черновиков к роману "Подслушано в городе N"