Хотите найти самую главную деталь статуи Славы в Летнем саду? Забудьте про обелиск и лавровый венок. Всмотритесь в... кудряшки! Но обо всем по порядку.
Наша мраморная дама держит обелиск. Почему? Европейцы долго путали обелиски с пирамидами, считая их разными фасонами одного египетского «декора». Результат? Царские собачки получили элитное жилье: левретка Земира – под пирамидой Екатерины II, а лайка Камчатка (кобель с женским именем – вот вам и первый абсурд!) – под обелиском Александра III. Так обелиск стал символом вечного собачьего сна, что дико веселило бы настоящих египтян: для них обелиск – это солнечный луч, а не памятник псу!
Но наша статуя – не про смерть. Как и другие городские обелиски (в Царском, у Академии Художеств, на пл. Восстания). С XVI века у них появилось новое CV – Слава! И все благодаря... одной потерянной античной монете с Адрианом и дамой у пирамиды. Значение стерлось вместе с монетой, но философы вроде Чезаре Рипы решили: «Раз не смерть – значит Слава! Пирамида – же топовое чудо света!». Логика железная. Теперь обелиск – это инсталляция #Слава.
Лавровый венок – тоже атрибут Славы, доставшийся от римских триумфаторов. Они красили лица в красный (древний бодиарт!), а лавровый венок носили как знак отличия даже после парада. Настолько стильный аксессуар, что его копировали в золоте – гламурно и не вянет!
А теперь главный лайфхак от Чезаре Рипы (его «Иконология» – библия художников): изображая Славу Правителей, делайте ей кудрявые светлые волосы! Почему? Потому что эти локоны – не что иное, как визуализация «magnanimi e gloriosi pensieri» – великодушных и славных мыслей, вечно кипящих в головах власть имущих! Получается, пышность прически прямо пропорциональна величию государственных идей. Вот и выходит, что кудри на голове у нашей мраморной тётечки – самая важная деталь. Это же генератор царского гения!