Дорогие читатели, не судите, пожалуйста, строго. Я подумала: а что, если написать исторический роман про правление султана Ахмеда?
Я буду продолжать писать дальше, но уже опираясь на историю, но, конечно же, ещё и на основе моих домыслов.
Потому что история правления султана Ахмеда не менее интересна, чем фанфик.
В настоящей истории Кесем не являлась единственной наложницой падишаха, а Махфируз - не была матерью одного шехзаде Османа, все намного интереснее.
Всё остальное Вы уже узнаете в моем историческом романе про правление султана Ахмеда. 😄
Только теперь заголовки в статьях будут не фанфик про правление Султана Ахмеда, а правление Султана Ахмеда.
Всем приятного чтения. 💖💖💖
--------------
Дворец Топкапы.
Махфируз нервно сглотнула и выпрямилась, стараясь не подавать виду, что что-то услышала.
Девушка все время не сводила глаз с довольной валиде Хандан, которая покачивалась в такт музыке.
Как же так? Как валиде смогла так быстро послать повелителю новых наложниц? Задавалась этими вопросами Махфируз.
Хандан заметила на себе пристальный взгляд и повернула голову в сторону Махфируз.
- Махфируз, ты ничего не ешь и так пристально смотришь на меня. Что-то случилось?
Махфируз отвела взгляд, она поняла, что слишком долго смотрела на валиде.
- Простите, валиде. Я… я… задумалась, - выдавила из себя Махфируз и, дабы не показать своей ревности, сжала ложку в руках так, что костяшки пальцев побелели.
Валиде Хандан качнула головой и продолжила наблюдать за танцующими девушками.
Но тут Махфируз решила спросить валиде, ей было интересно знать, что госпожа ответит.
- Валиде, а разве повелитель не придёт на праздник? Как мне кажется, повод же радостный, - спросила девушка, водя ложкой в тарелке с миндалевым супом.
Хандан выпрямилась и сжала губы.
Что ответить? Сказать правду, - тогда Махфируз начнёт переживать.
- Нет, Махфируз. У моего Ахмеда иного дел, ведь он повелитель, - сухо ответила Хандан, не удостоив взглядом наложницу.
Махфируз про себя усмехнулась, - конечно, валиде не скажет правду.
- Как скажете, госпожа, - кивнула головой Махфируз, делая вид, будто удовлетворена ответом, при этом девушка не разжала руку, все время держа ложку в руках.
Кесем-хатун все это время пристально наблюдала за валиде и Махфируз.
Девушка поняла, что валиде-султан что-то скрывает. И, возможно, повелитель не занят делами государства.
Кесем незаметно встала и поспешила покинуть гарем, направляясь в покои султана Ахмеда.
Девушка шла по тёмным коридорам дворца, в них было темно и тихо.
Кесем, прикрывая глаза, прислушалась к своему дыхание, которое слилось вместе с её торопливыми шагами.
Тени прыгали по холодным стенам дворца, будто оживляя их.
Большой коридор дворца, который следовал к покоям султана, едва освещали небольшие свечи.
Девушка остановилась напротив покоев султана. Гордо выпрямившись, она приказала страже:
- Доложите обо мне повелителю.
Стражники молчали, не смея поднять головы.
- В чем дело? – удивлённо спросила Кесем-хатун, переводя взгляд то на одного стражника, то на другого.
Один из стражей все же ответил, не желая испытывать терпение Кесем:
- В покоях повелителя сейчас праздник. Он не один.
Кесем выдохнула. Эти слова – праздник в покоях повелителя, она давно знала.
Это значит, для султана танцуют самые красивые и умные девушки.
Губы девушки задрожали. Кесем поняла, что устраивать скандал не нужно, - Ахмед этого не любит.
Ведь повелитель сразу прогонял из покоев свою мать, едва та была не согласна с его мнением и начинала повышать голос.
Медленно развернувшись, девушка побрела в гарем.
Теперь коридор дворца не был для неё мрачным, точнее она вовсе не обращала на него внимания.
Девушка смотрела в пол, поджав губы, она старалась не плакать, дабы её никто не увидел в таком состоянии.
Кесем-хатун свернула в другой мрачный коридор, который не вёл к гарему.
Прислонившись спиной к холодной стене, она медленно села на пол и запроктнула голову.
Едва Кесем почувствовала холод стены, ей стало немного легче, она прикрыла глаза.
Слезы медленно потекли по её щекам, оставляя мокрые дорожки на щеках, которые блестели на лунном свете.
Просидев так ещё немного времени, Кесем все же взяла себя в руки и направилась в свою комнату…
------------------
Старый Дворец.
Халиме-султан прогуливаясь в саду с Дильрубой.
Халиме с улыбкой на лице наблюдала за дочерью, которая провела ладонью по маленькому бутону розы.
Дильруба полностью выздоровела и окрепла.
Халиме-султан подняла голову к небу и увидела тучи, которые сгущались на небе.
Раздался гром, что-то в сердце Халиме екнуло.
Испуганно вздохнув, она прошептала, едва шевелятся губами:
- Это не к добру. Мустафа, мой львенок!
Халиме-султан тут же подобрала пышные юбки и, приказав служанкам следить за дочерью, стремилась во дворец.
Едва войдя в свои покои, Халиме тут же распахнула дверцы шкафчика.
Взяв чашу, она налила туда воды. Из шкафчика она достала какие-то травы.
Султанша подожгла травы и начала водить ими над чашей, прикрыв глаза, она что-то начала шептать.
Открыв глаза, она увидела, как над чашей сгустился чёрный пар.
Испуганно крикнув, она бросила травы и, немного отойдя, упала на ковёр, разрыдавшись.
- Мустафа! Моему львенку угрожает опасность!
Халиме-султан вытерла слезы и, поднявшись, покинула покои.
На пути ей встретилась Сафие-султан, которая выглядела, как королева.
Огромная корона; волосы, заплетенные в высокий пучок; большие серьги и ожерелье.
Платье было богато расшито золотом; длинные рукава, которые закрывали руки; подол платья, который шуршал, когда госпожа двигалась.
- Халиме, на тебе лица нет. Скажи, наконец, что произошло.
- Я… я… чувствую… Моему львенку угрожает опасность…
Сафие-султан сузила глаза и, подойдя ближе к Халиме, схватила её за локоть.
- Откуда ты знаешь?! Ты вновь начала колдовать?! Что я тебе говорила! Всевышний покарает тебя! – гневно воскликнула Сафие-султан.
Халиме-султан лишь молча опустила голову и прикрыла глаза…
--------------
Вечер следующего дня.
Дворец Топкапы.
Султан Ахмед положил руки на перила и выдохнул.
Сегодня шехзаде Мустафу должны были казнить. Он запер его в кафесе.
Ахмед так не хотел, чтобы убили брата, однако валиде Хандан все время заводил разговор об этом, вынуждая сына принять решение.
Внезапно раздался гром, небо почернело.
- Брат! – крикнул султан Ахмед и тут же устремился в кафес, желая отменить казнь своего единственного брата…
Шехзаде Мустафа сотрясался всем телом, стоя спиной к палачу.
Шехзаде опустил голову, и сжал руки в кулаки.
Палач медленно накинул на шею малыша шёлковый шнурок. Взяв в руки верёвку, он хотел начать душить шехзаде.
За окном все больше гремел гром, небо совсем почернело, не было видно ни одного белого облака.
В кафесе сгущались тени, Мустафа внимательно наблюдал за ними.
Тени прыгали по стенам, тень попала на палача.
Свечи слабо горели, едва освещая помещение, в котором находился мальчик и палач в тёмном.
Мустафа вспомнил, что говорила ему матушка: «Шехзаде, всегда бойся человека в чёрном. Он злой, очень злой и хочет забрать твою душу».
Шехзаде прикрыл глаза и еле слышно прошептал:
- Мамочка…
Внезапно в кафес вбежал султан Ахмед.
Он снял шнурок с шеи мальчика и оттолкнул палача.
Ахмед прижал к себе брата и прикрыл глаза, тяжело дыша.
- Я успел…
- Братик, - сказал шехзаде Мустафа и громко разрыдался в плечо султана Ахмеда…
Кесем-хатун со вздохом разгладила складки на своём платье.
Осмотрев свой внешний вид, она осталась довольна.
Положив руку на живот, она слабо улыбнулась.
Несмотря на то, что живота у Кесем совсем не было, девушка иногда разговаривала со своим ребёнком.
Ночью она тихо пела ему колыбельную, что помнила. Для девушки эта колыбельная была особенная, ведь когда-то ей пела её мать.
Вечерами Кесем могла сидеть в своей комнате и, положив руку на живот, тихо разговаривать.
Девушка очень переживала, ведь два дня назад она узнала, что в покоях султана танцевали девушки, когда она сидела с валиде и Махфируз.
Но евнух Хаджи-ага успокоил её. Когда она пришла к нему и спросила по поводу девушек, евнух ответил:
- Можешь не переживать. Повелитель все равно никого её выбрал. Ни одна девушка не провела ночь в его покоях.
Тогда Кесем, услышав эти слова, не смогла скрыть радостной улыбки.
Девушка убрала руку с живота и выпрямилась.
… Валиде надеется, что Ахмед выберет ещё одну наложницу, однако нет. Ахмед любит меня. Она так со мной не поступит. Махфируз была лишь увлечением…
Кесем-хатун поспешила покинуть комнату, направляясь в гарем к остальным девушкам.
Кесем присела рядом с Фатьмой.
- Фатьма, что случилось? Что обсуждают в гареме?
Глаза Фатьмы расширились, девушка приблизилась ближе к Кесем.
- О, так ты не знаешь. Вчера повелитель должен был казнить шехзаде Мустафу, но неожиданно отменил казнь. Забрал брата прям из-под шелкового шнурка.
Кесем резко встала.
- Куда ты?
- Мне нужно успокоить Ахмеда. Я даже не представляю, что он сейчас чувствует, - на ходу ответила Кесем и поспешила в покои султана Ахмеда...