В любой семье наступает момент,
когда один начинает идти внутрь.
В сердце. В боль. В тишину. В Бога. И вот здесь всё становится либо обетованием, либо катастрофой.
Либо вы поворачиваетесь друг к другу,
слушаете, держите пространство, дышите вместе,
либо один идёт — а второго сдувает. Это не бытовуха, не выживание, не “мы просто вместе”.
Это пространство, где можно разложить душу на части — и тебя соберут.
Где ты не боишься исповедаться,
где нет стыда быть настоящим,
где можно сказать: “Мне больно.
Мне страшно.
Я не знаю, как дальше.”
— и тебя не отвергнут. А обнимут. Это командная работа по исцелению сердец.
Это пространство, где любовь не прикусывается, а разворачивается в полную мощь. Начинается перекос. Неравноценность. Разрушение. Ты очищаешь сердце,
а она бережёт свои обиды,
ты открываешь душу,
а она сжимается,
ты хочешь света,
а в ответ — тишина, стена, уклон. В такой связи невозможно заниматься любовью.
Есть секс, есть прикосновение тел —
но там нет душ.
И тогда это не любовь.
Э