Все в деревне знали, что баба Шура - ведьма. Побаивались ее односельчане, однако, если беда какая надвигалась или хворь нападала, многие к ней за помощью обращались.
И хоть с виду злая и суровая была баба Шура, но в помощи тем, кому она действительно необходима, никогда не отказывала. Не раз тех, кто на грани жизни и смерти был она спасала, или беду страшную от дома отводила. После визита к бабе Шуре любая проблема буквально улетучивалась.
Хоть и жила она в этой деревне всю свою жизнь, а в деревнях все про всех все знают, но про бабу Шуру никто ничего толком рассказать не мог. Жила она одна. Ни с кем без надобности не разговаривала. Жила скромно. Из хозяйства лишь куры да коза.
Редко можно было увидеть ее идущей по деревенской улице. Даже свет в окнах ее домишка зажигался очень редко.
Много о ней слухов разных ходило – говорили, что ночами она в кошку оборачивается, гуляет по лесу, с лешим и водяным дружбу водит. И, что мертвых видит, слышит и говорить с ними может. А еще, якобы, помощник у нее есть. И помощник этот – сам нечистый.
Однако, никто подтвердить этих слухов не мог. Баба Шура жила затворницей. Тех, кто к ней за помощью приходил, дальше сеней не пускала.
Так и жила она много – много лет одна – одинешенька. Все к этому привыкли, и одинокий дом деревенской ведьмы воспринимался как само собой разумеющееся.
Но с некоторых пор, к всеобщему удивлению, стали замечать бабу Шуру, гуляющую с маленькой девочкой. Обычно гуляла она с ней в своем саду, или в лесу. Все соседи стали гадать – откуда же в доме старухи ребенку взяться? Кто – что говорил: и что якобы, внучка ее отыскалась, и что цыгане ребенка подкинули, и даже, что сама баба Шура в свои – то годы родить ухитрилась (хотя было ей лет сто – не меньше). Думали – гадали, а ответ на этот вопрос найти так не смогли.
Лишь одна баба Шура правду знала. Пришла к ней однажды совсем юная девица, из далека пришла, на сносях уже. Да только не успела старая ведьма ей помочь. Прямо в ее саду родила несчастная, и померла. У девицы той из родни только бабушка старая имелась. Не поднять ей дитя, самой- то всего год – другой жить осталось. В приют младенца везти далеко. Никогда баба Шура за пределы родной деревни не выходила, да и не хотела. Поразмыслив, решила старая ведьма оставить девочку у себя. Ведь своих – то детей и внуков у нее не было. Хотя и чувствовала – принесет та ей еще неприятностей.
Назвала девочку Ульяной. А когда малышка подросла, сказала, что родной бабкой ей приходится.
Росла девочка жуткой непоседой и хулиганкой. Часто влетало ей от суровой ведьмы, да только с Ули все, как с гуся вода. Постоит в угу, поплачет, и снова думает, где бы еще напакостить.
Старуха ни с кем из ребят местных Ульяне водиться не разрешала, да и вообще выходить из дома без ее ведома. А еще Уле категорически запрещено было подниматься на чердак.
Вот только едва девчонка чуть подросла, как стала выискивать нужный момент: бабка в лес, а Улька – на улицу. Сдружилась она с Марусей, что на другом конце деревни с матерью жила. Мать Маруси категорически против их дружбы была. Не хотела она, чтобы дочка с ведьминой внучкой водилась. Ругала она Марусю, и дома запирала, вот только девчонки все равно как – то ухитрялись украдкой видеться.
Шло время. Обе девчонки быстро росли. Маруся пошла в школу. Затем поступила в медицинское училище и уехала в город. Мать Маруси тогда даже вздохнула с облегчением. Уж больно она бабу Шуру боялась, что узнает та про дружбу Ульяны с Марусей, и обрушатся на них с дочкой несчастья да беды.
А Ульяна, как жила в избе старой ведьмы, так и продолжала жить. В школе она не училась, едва читать и писать ее старуха научила. Кроме своего огорода, да леса густого ничего девочка не видела. Скучно было Ульяне. Иногда удавалось ей сбежать от бабки к ребятам местным. Только никто, кроме Маруси, дружбу с ней завести так и не решился.
Много раз Ульяна бабу Шуру просила отправить ее в школу.
- Ни к чему тебе это, - отвечала та, - Я всю жизнь не ученая, а могу то, чего профессора не могут. Вот и ты учись у меня, и никакая школа тебе не нужна будет.
Кое- чему Ульяна и правда у бабы Шуры научилась. В травах разбираться стала. Могла зуб заговорить или грыжу. Сглаз с человека снять. Порой, когда к бабе Шуре приходили, она звала Ульянку, когда несложную проблему решить нужно было, и та вместо нее человеку помогала.
Но все равно было Уле жутко скучно, и она с нетерпением ждала, когда Маруся в родную деревню на каникулы приедет. День за днем в календарике числа зачеркивала.
Наконец, сдав сессию, теплым июньским днем Маруся вернулась в деревню.
Дождалась Ульяна, когда бабка в поле отправится травы собирать, и бросилась скорее к подруге. Маруся стала рассказывать Ульяне про жизнь в городе. Что и в музеях она бывает, и в театре, и даже на фабрику мороженого на экскурсию ездила. Улька слушала, слушала, и обидно ей стало, что Маруся много чего повидала, а потому и проговорила со злостью: - А мне ни к чему учеба твоя, музеи и театры. Я скоро смогу все, как и бабушка моя, что вы обычные люди не можете. Захочу - урожай ваш погублю, захочу - хворь напущу, с любимым рассорю. И все вы, ученые, будете умолять, чтобы я над вами сжалилась и пощадила вас.
- С чего это ты взяла, что как бабушка станешь? – вдруг спросила Маруся, - Да, и бабушку твою хоть и побаиваются, но не припомню я, чтобы она беды какие напускала на соседей своих.
- Ну, бабушка может и не напускает, а я другой совсем ведьмой буду. И уж тогда несдобровать вам всем у меня!
- Чтобы настоящий ведьмой быть - дар иметь надо. Иначе, ничего не получится.
- Неужто ты думаешь, что это бабка Шура такая одаренная? – усмехнулась Ульяна, - Не сама она все делает. Помощник у нее имеется, - сказав это, она многозначительно посмотрела на подругу.
- И ты знаешь, что это за помощник? – шепотом спросила Маруся, - Я от людей слышала, что сам нечистый бабке Шуре помогает.
- Если честно, нечистый или кто еще не знаю. А вот прячется он на нашем чердаке.
- Неужто правда на чердаке прячется? – поразилась Маруся.
- Угу! Хочешь, на него посмотреть?
- Страшно, Ульяна.
- Ну, бабка - то с ним каждую ночь разговаривает. Думает я сплю, а я все слышу. Она не боится, что же мы - хуже? К тому же, может, увидев меня, он мне тоже помогать станет. Ух, я тогда и разгуляюсь!
Маруся с сомнением смотрела на подругу. Боязно было ей в дом к старой ведьме идти. Ведь с детства к нему строго-настрого приближаться мать запрещала. А уж сколько историй она от старух и баб местных про ведьму наслушалась!
Долго не соглашалась Маруся, а Ульяна все уговаривала и уговаривала. Убеждала, что ничего страшного не случится, если они, пока ее бабка домой не вернулась, поднимутся на чердак, и на того, кто старой ведьме помогает посмотрят.
В конце концов, уговорила озорница Ульяна подругу свою, и обе девушки бегом помчались к дому старой ведьмы. Первой в дом заглянула Ульяна, убедилась, что бабка домой не вернулась, а следом за ней прошмыгнула Маруся. Стали они на чердак поднимать. Лестница ветхая под ними скрипит, шатается ужасно, но все же забрались девушки на чердак. Сморят – а там комната чистая, светлая. А на стене зеркало в человеческий рост, завешенное темной тканью висит. Ульяна и Маруся смотрели- смотрели по сторонам - никого кроме них на чердаке нет, ничего подозрительного тоже. Вот только зеркало это, завешенное черным.
- Пойдем отсюда? – предложила Маруся. Она очень нервничала, что старая ведьма может вернуться и застать их здесь.
- Сейчас, погоди, - ответила Ульяна, а затем подошла к зеркалу и решительно сдернула с него черное покрывало.
И тут на чердаке в миг стало темно, словно глубокой ночью. Так темно, что ничего вокруг не видно.
- Уля, что происходит! – испуганно воскликнула Маруся, и схватила подругу за руку.
И тут снизу послышались тяжелые шаги. Один, два, три, четыре…
- Это бабушка твоя вернулась! – шепнула Маруся Ульяне.
- Бабушка моя не так ступает, - дрожащим голосом прошептала в ответ Ульяна.
Увидев того, кто вошел у обеих похолодела кровь: во всем черном, с черным капюшоном на голове, а в глазах бездна, страшная, пустая бездна. На голове рога, вместо зубов – клыки, вместо ног – копыта.
У Маруси от ужаса в миг разорвалось сердце, и упала она тотчас замертво.
А Ульяна, дико закричала: - Бабушка Шура! Спасите!
И тут жуткое существо схватило девушку, и что есть силы сбросило с чердака.
Ульяна упала, больно ударившись, но она была настолько напугана, что даже не заметила этого.
Она хотела броситься прочь из дома, как вдруг увидела бабу Шуру. Та лежала на кровати и была бледная как, мел.
- Ба-бушка, спа-сите! – губы Ульяны едва слушались.
Старая ведьма жестом поманила ее к себе.
- Что же ты, глупая девка, натворила! Мать твоя померла, только успев тебя родить, а я тебя, как родную внучку вырастила, души в тебе не чаяла. А ты все загубила! И подругу свою, и меня, и себя тоже! Строго-настрого тебе запрещено было на чердак бегать, а ты не послушалась. Нельзя было зеркало открывать и в него смотреться! Пока он под покрывалом был, то давал лишь дельные советы, никому зла не причиняя. А теперь что же будет!!! Не видать тебе даже такой жизни, что я прожила. Я - хотя бы людям на благо жила, а ты теперь будешь только зло нести.
- Бабушка, я ничего не понимаю.
- А чего же тут не понять? Раз ты на него посмотрела – настала моя смерть. Никому его видеть нельзя было! Не залезь вы с Манькой на чердак, так и жила бы я себе еще сотни лет, и ты бы жила. А теперь помру я, а ты останешься – с ним, - она показала пальцем наверх.
- Нет, бабушка. Умоляю вас, нет! – в истерике закричала Ульяна.
- Поздно уже! – старуха тяжело опустилась на подушку, - Помру я, а ты даже без дома останешься. Станешь теперь лесной ведьмой. Злой и всеми ненавидимой. Будешь урожаи губить, разные беды и хвори на людей напускать. Разве не этого ты хотела?
- Бабушка! Я обзавидовалась Марусе, вот так и сказала. А на самом деле, я вовсе этого не хочу! – заплакала девушка.
- Поздно. Теперь пора, уходи скорее, - тихо проговорила старуха, и тут же померла.
Тут в доме запахло гарью. С чердака повалил дым. До последнего Ульяна не хотела отпускать руку мертвой ведьмы. Рыдала и умоляла ее о прощении. Да только напрасно все.
Когда огонь до первого этажа добрался – то увидела она снова обитателя чердака.
Тот лишь взглянул на нее своими бездонными жуткими глазами, как девушка выпрыгнула из окна горящего дома.
Хотела было броситься Ульяна к людям, да только словно неведомая сила не пускала ее туда больше.
Страшный пожар обрушился на деревню. Много домов и людей сгорело. Пришлось Уле бежать, спасаться в лес. Да так и осталась она там жить. Построила себе избу ветхую, притащила с пепелища зеркало бабы Шуры, и стала лесной ведьмой.
Озверела она от одиночества, и чем сильнее к людям ей хотелось, тем больше зла она им причиняла. А по ночам говорила лишь с отражением в зеркале.
Копирование, распространение или любое иное использование размещенных здесь публикаций запрещено!
Напоминаю: в "Одноклассниках" есть группа, в которую переносятся все мои публикации с этого канала https://ok.ru/group/70000013666820
Если кому - то удобнее читать там, то добро пожаловать!
Кроме того, у меня есть сообщество "В контакте" https://vk.com/club226329211
А так же канал в Телеграмм https://t.me/+CcGdu1H_0a04MDUy , который я планирую развивать. Часть новых рассказов появится там, а часть здесь.
Еще есть группа https://t.me/+JFvPBhapsEAzOGJi , в которой я с большим удовольствием общаюсь с читателями.
Подписывайтесь, с радостью жду каждого из вас