Всем привет! Эх, не люблю я писать к определенным датам. Не мое это. И приурочивать эту статью к дню рождения Гарри Поттера и его мамы Джоан я не хочу.
Мир Гарри Поттера давно стал всем нам почти родным. Ну или почти всем…
А недавно я задумалась – а что читают сами волшебники? И как у них вообще обстоят дела с искусством? Оно у них вообще есть?
К построению своего мира, надо сказать, Джоан Роулинг подошла более чем серьезно. Он должен был максимально отличаться от обычного – именно поэтому у волшебников такие странные сладости, как леденцы Барти Бортс и шоколадные лягушки.
Но как обстоят дела у волшебников с искусством?
Точно существует музыка – хотя знаменитый хор из третьей части появился только в фильмах, но вполне вписывается в мир. Да и в книге Гарри и его друзья нередко слушают музыку по радио (интересно, откуда появилось в их мире радио? Позаимствовали у магглов или изобрели независимо?). В том числе попсовые песенки.
Существует живопись, которая в волшебном мире имеет дополнительные оттенки – «живые портреты», которые не только двигаются, но и сохраняют часть личности своих владельцев (у нас, магглов, эту функцию уже взяла на себя нейросеть). Хотя если задуматься, то здесь можно провести отдельную сюжетную линию – ведь кроме портретов людей можно рисовать и пейзажи. Причем любые. А поскольку в седьмой книге Гарри, Рон и Гермиона прошли в Хогвартс через портрет Арианы Дамблдор – картины могут стать в волшебном мире вполне отдельными мирами…
Нет ни малейшего упоминания о театре или балете. Существуют вейлы – аналог наших чирлидирш.
А как быть с литературой?
Книги в серии упоминаются довольно часто – в первую очередь, когда герои идут в библиотеку за той или иной информацией.
В первую очередь это, конечно, учебники по магии. «История магии» Батильды Бэгшток и «Фантастические твари» Ньюта Саламандра. И, конечно, «Основы наитемнейшего колдовства», из которой будущий Волан-де-морт получил всю нужную информацию о крестражах.
Другое – это, конечно, биографии знаменитых волшебников прошлого. Есть фальшивые журналистские расследования аля Рита Скитер «Жизнь и обманы Альбуса Дамблдора», выдаваемые за реальность.
Кстати, на протяжении серии мы встретили одного знаменитого писателя – Злотопуста Локонса, который писал о том, как побеждал тех или иных чудовищ. Но опять же – выдавая это за собственные приключения.
А как обстоят дела с художественной литературой? То есть с литературой, которая по определению является вымыслом?
В общем, я предлагаю поразмыслить о том, какие жанры литературы могли бы существовать в волшебном мире, а какие нет.
Фэнтези
Думаю, здесь все понятно. Ведь фэнтези – это книги о волшебниках, единорогах и прочем. То есть о том, что для волшебников в этом мире является обыденной реальностью.
С другой стороны, даже если ты живешь в волшебном мире, ты можешь пофантазировать о том, как выглядело бы волшебство в других мирах.
Научная фантастика
Здесь, я думаю, тоже ясно. Научная фантастика основывается на техническом прогрессе, к которому волшебники равнодушны. Космос тоже, кажется, оставляет их равнодушными – никакого желания начать контакты с инопланетянами волшебники не проявляют.
Хотя если задуматься, космос мог бы быть для волшебников неплохим выходом.
Вся жизнь волшебников проходит в постоянной необходимости скрываться. Следить, как бы магглы тебя не заметили, окружать себя множеством антимаггловских чар. Тесниться вместе с магглами на крошечном острове.
И это притом, что существуют две территории, которые магглы если и освоят, то неизвестно когда – мировой океан и космос. А второй кроме этого еще и поистине безграничен.
Хорошо, волшебников может пугать Дальний Космос. Но остаются планеты Солнечной системы. С помощью магии можно было бы привести климат и атмосферу на любой планете к мало-мальски приемлимому – на том же Марсе, до которого если и доберется Илон Маск, то все равно на его полноценное заселение уйдут столетия. И кроме Марса есть и другие планеты Солнечной системы.
Однако никто из волшебников не только не высказывает таких идей, но и даже не фантазирует на эту тему. Да и вообще звездное небо оставляет их равнодушными – если не считать астрологии…
Вот здесь, как мне кажется, кроется главная причина, по которой у волшебников нет собственной научной фантастики (и не только потому что нет науки как таковой). Научная фантастика – движение вперед. А волшебники по своей природе консерваторы. Они чтят свое прошлое и крайне неохотно отказываются от традиций – если вообще отказываются. Чего стоит главный конфликт всей серии – чистокровные и магглорожденные, которых первые презрительно называют «грязнокровками». Даже простая идея, что в браках между ними нет ничего дурного, вызывает в магическом обществе отторжение.
А вторая причина, как мне кажется – в отсутствии…потребности.
Человечество веками ломало голову, как преодолеть силу тяготения – от неуправляемых воздушных шаров к дирижаблям и от дирижаблей к реактивным истребителям и космическим ракетам. Веками думало, как победить ночную темноту, пока не додумалось до электрической лампочки. И столько же думало, как передавать сообщения на расстоянии.
А у волшебников такой потребности…просто нет. Темно? Люмос! Очень темно? Люмос максима! Захотел полетать – ну на, держи метлу. Или летающую машину (кстати, интересно, как они придумали автомобиль? Все-таки тоже позаимствовали у магглов? Так-то автомобиль все же комфортнее метлы). Драконы, гиппогрифы, фестралы – к услугам волшебников множество существ. А некоторые – как Волан-де-морт, могут летать и сами.
А если не хочешь летать или нужно быстро – можно телепортироваться.
То есть большинство бытовых проблем для волшебников уже решены. А желания изучать что-то новое ради самого нового они не испытывают (смотрите выше абзац о том, что волшебники консерваторы).
Ужасы и триллеры
Вот здесь все несколько сложнее. Ужасы — это столкновение героя с непостижимой угрозой. Чаще всего – мистического свойства. Проклятые вещи, призраки, ведьмы…Злые, разумеется.
И тут двояко. Темная магия в волшебном мире существует. Существуют проклятия, злые колдуны и ведьмы. В конце концов можно придумать несуществующих в волшебном мире проклятий.
Можно выдумать какую-нибудь древнюю темную колдунью, которая хочет возродиться (а после появления Волан-де-морта такие образы просто обязаны были появиться).
Но…В таких произведениях герой чаще всего беспомощен против непостижимой угрозы. Персонаж такого произведения, написанного волшебником, скорее всего не был бы магглом (хотя бы потому что о магглах волшебники почти ничего не знают). И борьба персонажа-волшебника против пусть даже сильного темного мага уже будет восприниматься не так, как такие же истории воспринимаем мы…
Детективы
Здесь уже ближе к тому, что могло бы существовать в волшебном мире. В этом мире существуют драгоценности, передающиеся из поколения в поколение – а помимо этого магические артефакты и ценные книги. Значит, истории о расследовании краж существовать просто обязаны.
И насколько хитер должен быть преступник, чтобы обмануть легильменцию и сыворотку правды?
Тем более, что мы знаем, как работает официальная правоохранительная система в волшебном мире, и что обмануть ее на самом деле не так трудно. Волан-де-морту не составляло труда отправить других в Азкабан за свои преступления. Домовую эльфийку за убийство Хазбибы Смит, своего дядю Морфина Мракса – за убийство семьи Реддлов, Хагрида – за девочку, ставшую Плаксой Миртл. Так что талантливый сыщик в таком мире существовать просто обязан.
Другая проблема – хорошие детективы строятся на построении логических цепочек. А что можно сказать о способностях волшебников к логике, если задачу, которая должна была задержать желающих добраться до философского камня и составленную взрослыми, одиннадцатилетняя Гермиона решила без особого труда?
Любовные романы
Вот здесь гораздо ближе. Любовь – она и в волшебном мире любовь. Истории в стиле «Ромео и Джульетты» о любви парня и девушки из враждующих семей вполне могут существовать.
Договорные браки, запреты жениться и выходить замуж чистокровным с магглорожденными, перспектива в случае ослушания быть сожженной с семейного древа, как случилось с Андромедой Блэк. Да и какое отношение к разводам в магической Британии мы тоже не знаем. Но мы знаем, что замужняя Беллатрисса Лейстрейдж была влюблена в Темного Лорда.
Следовательно, романтическая литература в волшебном мире существовать просто обязана. Потому что…есть проблема.
Да, литература всегда поднимает проблемы – психологические, социальные и многие другие. Неудовлетворенные проблемы.
Кстати, об этом. Да, может, волшебников не интересует фэнтези и научная фантастика, но как быть с серьезной литературой? С общечеловеческими проблемами? Внутренние конфликты, социальные проблемы? Тем более, социальных проблем в волшебном мире хватает. Например, положение домовых эльфов..
Но об этом я писала – большинство волшебников все устраивает. Только магглорожденная Гермиона, которой есть, с чем сравнивать, понимает, что держать в рабстве разумных существ – отвратительно.
Волшебники не привыкли подвергать сомнению устройство своего мира.
Что касается внутренних конфликтов…То, возможно, произведения такого рода и вправду есть…Или могут появиться в волшебном мире в будущем.
Не стоит забывать, что магический мир сравнительно молодой. Волшебники отделились от магглов не раньше как в семнадцатом веке. То есть их миру чуть больше трехсот лет. Их мир построен на багаже европейского Средневековья – перья и пергамент, мантии и так далее.
Кроме этого, волшебников также сравнительно…мало. Так что среди них, вполне возможно, просто не успели отсеяться именно писатели. Но, возможно, все впереди.
P.S. Одно художественное произведение в волшебном мире я все-таки нашла. «Сказки Барда Бидля».