— Если лупит, значит, любит, — уверяла сестра, — не делай из него монстра! Просто любимый мой… Вспыльчивый и ревнивый.
— Аллочка, беги от него, — умоляла младшую сестру Вера, — я тебя очень прошу! Неужели ты не понимаешь, что он намеренно тебя уничтожает! Алла, он же тиран! Я работала в кризисном центре, я знаю, что говорю. Нельзя тебе за него замуж!
***
Алла крутилась перед зеркалом и любовалась своим отражением. Даже огромный, на пол-лица синяк, как ни странно, не мог омрачить ее приподнятое настроение. Через три недели свадьба! Три недели до того момента, когда она станет женой Романа.
Жених Аллы не был идеальным. Скорее, наоборот: ревновал ее к каждому столбу, регулярно устраивал разносы, орал по любому поводу и частенько поднимал на нее руку. Аллочка на все недостатки закрывала глаза — своего Рому она любила без памяти. Да и взрывной характер она недостатком не считала — наоборот, приступы ревности молодой девушке очень льстили. Не зря ведь Рома ее ревнует. Если бы не любил бы, то не боялся бы потерять!
Ни старшая сестра Аллы, ни ее мама не разделяли ее выбора, но к их мнению Аллочка не прислушивалась. Синяк под глазом, кстати, был результатом недавней вспышки ревности. Поссорились, по сути, из-за пустяка: Алла несколько дней назад улыбнулась соседу, когда протянула пенсионеру оброненные им ключи. Для Романа это стало сигналом к скандалу. Отметелил он свою невесту знатно.
Вера, увидев синяк, ахнула и затараторила:
— Алла, да что же это такое?! Ты что, собираешься жить, как мученица? Он же тебя пришибет когда-нибудь!
Алла лишь отмахнулась, стараясь скрыть досаду. Ей не хотелось обсуждать это досадное недоразумение с Верой. Сестра, как обычно, все преувеличивала.
— Вера, ты же знаешь Рому. Он просто очень любит меня, вот и вспылил. Зато потом так извинялся! Обещал, что больше никогда…
— Обещал? — скептически усмехнулась Вера, — Алла, да он тебе это каждый раз будет обещать, после каждой пощечины! Неужели ты не понимаешь, что это ненормально?
Мать, сидевшая в кресле и до этого молча наблюдавшая за перепалкой, вздохнула и добавила:
— Дочка, я не понимаю, что ты в нем нашла? Он же грубый, неотесанный… У него даже образования толком нет! Ты достойна большего!
Алла резко развернулась к матери.
— Мама, ну хватит! Это моя жизнь, и я сама буду решать, с кем мне ее строить! Рома — настоящий мужчина, он сильный, он защитит меня. А образование… Что в нем толку? Разве вы с Верой счастливы со своими образованными мужьями?
В комнате повисла тишина. Вопрос Аллы был болезненным, задевающим самые уязвимые места. Вера развелась два года назад, не выдержав бесконечных командировок и эмоциональной холодности своего мужа-профессора. А мать… Мать всю жизнь прожила с отцом, который, хоть и был уважаемым врачом, так и не смог понять и поддержать ее творческую натуру.
Алла смягчила тон.
— Простите, я не хотела вас обидеть. Просто… просто я люблю Рому. И он меня любит, по-своему, конечно. Но любит.
В этот момент зазвонил телефон. Алла схватила трубку, на ее лице расцвела улыбка.
— Рома! Привет, любимый! Да, я помню. Через час буду готова.
Она положила трубку и, обращаясь к Вере и матери, заявила:
— Он за мной приедет. Мы едем выбирать обручальные кольца!
Вера покачала головой.
— Ты такую ощибку совершаешь… Я надеюсь, ты когда-нибудь откроешь глаза.
Алла проигнорировала ее слова. Она снова посмотрела в зеркало, поправила платье и легонько припудрила синяк. Нужно было выглядеть безупречно. Ведь сегодня — особенный день. Сегодня они будут выбирать кольца — до свадьбы осталось совсем чуть-чуть. Под окном гуднула машина, Алла подхватила сумочку и, улыбнувшись сестре, выбежала из квартиры.
Роман ждал ее у подъезда. Он был одет в свою любимую кожаную куртку и джинсы. Увидев невесту, мужчина скривился:
— Чего так долго копалась? — буркнул он, открывая дверцу машины.
— Прости, Ром, с мамой заболталась.
Ехали в тишине. Алла чувствовала его напряжение — она знала, что он все еще зол из-за недавнего инцидента с соседом.
— Ром, может, хватит дуться? Я же уже сто раз извинилась.
Он молчал.
— Ну, Рома…
Он резко затормозил. Машина остановилась у обочины.
— Послушай, Алла. Я не хочу, чтобы ты заигрывала с другими мужиками. Ты — моя. И только моя. Поняла?
Алла кивнула. Она знала, что спорить с ним бесполезно.
— И еще… Я слышал, как ты разговаривала вчера с сестрой по телефону. Она что-то говорила про мой характер… И про синяк…
Алла похолодела.
— Рома, я… я ничего не говорила.
— Не ври мне! Я знаю, что ты ей жаловалась. Я не позволю, чтобы кто-то лез в наши отношения. Поняла?
Алла шумно сглотнула.
— Поняла, Ром.
Он снова тронулся с места. Алла отвернулась к окну — она боялась лишний раз жениху перечить. Когда доехали, Роман вышел из машины и грубо схватил Аллу за руку.
— Пошли. Выберем тебе кольцо, чтобы все знали, что ты — моя.
В магазине их встретила приветливая продавщица. Она с улыбкой предложила им присесть и посмотреть каталог.
— Какое кольцо вы хотите выбрать, для жениха или для невесты? — спросила она.
Роман презрительно фыркнул.
— Конечно, для невесты! Я что, девочка-припевочка, чтобы колечки какие-то таскать? Женские покажите!
Продавщица слегка растерялась, но быстро взяла себя в руки. Она начала показывать Алле разные модели. Алла внимательно рассматривала каждое кольцо. Ей хотелось, чтобы оно было особенным, но Роман не давал ей это сделать — постоянно торопил ее.
— Выбирай быстрее! У меня нет времени на эти глупости.
Алла остановила свой выбор на изящном кольце с небольшим бриллиантом.
— Вот это, — сказала она, указывая на кольцо.
Роман взглянул на кольцо и нахмурился.
— Слишком простое. Ты достойна лучшего.
Он выхватил у продавщицы каталог и начал листать его, ища что-то более дорогое и вычурное. Алла чувствовала, как ее радость улетучивается. Ей было неприятно давление будущего супруга. Роман остановил свой выбор на кольце с огромной искусственной стекляшкой. Оно Алле совершенно не шло.
— Вот! Это то, что нужно! Все теперь будут знать, что ты — моя!
Алла взглянула внимательнее на кольцо и скуксилась:
— Ром, я… Я не хочу это кольцо. Мне больше нравится то, которое я выбрала.
Роман впился в нее взглядом.
— Ты что, споришь со мной? Я тебе говорю, что ты будешь носить это кольцо. И точка, Алла!
Она почувствовала, что не выдержит — ее глаза наполнились слезами.
— Рома, пожалуйста…
Рома коротким жестом попросил невесту замолчать. Он повернулся к продавщице и заявил:
— Вот это кольцо. Мы его берем.
Продавщица, чувствуя напряжение в воздухе, быстро выполнила его просьбу. Она упаковала кольцо в красивую коробочку и протянула Роману. Он грубо схватил коробочку и грубо потянул Аллу за собой.
— Пошли. Нечего тут больше делать.
Они вышли из магазина. Алла плелась за женихом, низко опустив голову. А в машине разревелась. Роман молча смотрел на дорогу. Он знал, что она расстроена, но не собирался извиняться. Он считал, что сделал все правильно. Он — мужчина, он решает, что носить жене.
***
Вера стояла у окна, наблюдая, как сестра садится в машину к Роману. Сердце её сжималось от тревоги.
— Ну почему она такая упрямая? — пронеслось в голове, — неужели она не понимает, что Рома этот просто над ней издевается?
Вера была категорически против этой свадьбы, и её неприязнь к Роману с каждым днём росла.
Несколько лет работы в кризисном центре оставили неизгладимый след в душе Веры. Она видела своими глазами истории сломанных судеб, изуродованных жизней. Женщины, попавшие в сети абьюзеров, тиранов, садистов… Они приходили к ней избитые, униженные, сломленные, с потухшими глазами и полной потерей веры в себя. Вера знала эту кухню изнутри, знала все признаки надвигающейся беды. И она видела эти симптомы в отношениях Аллы и Романа.
— Неужели она не понимает, во что ввязывается? — шептала Вера, глядя, как машина отъезжает от дома, — Рома — классический абьюзер. Он её контролирует, ревнует, унижает… А этот синяк! Как можно закрывать на это глаза?
Её отношения с зятем были хуже некуда. Вера не скрывала своей неприязни к Роману, и он отвечал ей тем же. Она помнила их последнюю встречу, которая произошла всего пару дней назад. Роман пришёл к ним в гости, чтобы познакомиться поближе с семьёй невесты. Вера сразу почувствовала его враждебность.
— Сестрёнка у вас красавица, глаз не оторвать, — вякнул Роман, с ухмылкой глядя на неё, — мужики обзавидуются! Обещаю, что буду о ней заботиться.
— Заботиться? — скептически переспросила Вера, — интересно, в какой форме будет выражаться эта забота?
— А что, есть сомнения? — нахмурился Роман, — я люблю Аллу и сделаю всё, чтобы она была счастлива.
— Любовь — это не только слова, Роман. Любовь — это поступки. И я пока не вижу в ваших поступках ничего, кроме желания контролировать Аллу.
Роман побагровел.
— Вы меня не знаете, Вера. Не судите, да не судимы будете.
— Я достаточно видела, чтобы составить своё мнение о вас, — отрезала Вера, — и моё мнение таково: вы не пара для моей сестры.
— Алла сама решит, кто ей пара, а кто нет, — огрызнулся Роман, — и я думаю, она сделала правильный выбор.
Алла умоляюще посмотрела на сестру, и Вера замолчала. Разговор закончился ничем. Пришлось и Вере, и ее матери весь вечер выслушивать дифирамбы в адрес Романа.
Теперь, стоя у окна, она вспоминала этот разговор и чувствовала, как беспокойство с новой силой захлёстывает её. Вера понимала, что должна что-то предпринять. Она не могла просто сидеть сложа руки и наблюдать, как жизнь её сестры катится в пропасть.
Вера взяла телефон и набрала номер своей подруги, психолога, работавшей в том же кризисном центре.
— Привет, Катя. Мне нужна твоя помощь… Дело в Алле… Я очень боюсь за неё. Она собирается выйти замуж за человека, который, на мой взгляд, опасен для неё… Что мне делать?
Голос Кати был спокойным и рассудительным.
— Вера, я понимаю твои опасения. Но ты должна помнить, что Алла — взрослая женщина, и она сама принимает решения. Ты не можешь заставить её разлюбить Романа или отменить свадьбу. Но ты можешь быть рядом с ней, поддерживать её и говорить о своих опасениях. Не дави на неё, не критикуй её выбор, просто оставайся её сестрой и другом.
— А что, если он её ударит снова? Что, если он ей что-нибудь сломает? — спросила Вера.
— Есть люди, которые предпочитают учиться на своих ошибках. Видать, Алла твоя из их числа. Вер, если ты начнешь на нее давить, то Алка твоя просто взбрыкнет и вычеркнет тебя из своей жизни. И Романа этого она не бросит. А ты останешься без сестры.
Вера решила действовать осторожно. Она начала чаще встречаться с Аллой, старалась проводить с ней больше времени, чтобы лучше понимать, что происходит в её жизни. Она рассказывала ей истории из своей работы в кризисном центре, истории о женщинах, которые стали жертвами домашнего насилия. Она делала это ненавязчиво, стараясь не напугать Аллу, а заставить её задуматься.
Как-то Вера пригласила Аллу на ужин в ресторан.
— Как дела с подготовкой к свадьбе? — спросила Вера, стараясь говорить непринуждённо.
— Всё идёт по плану, — ответила Алла, но в её голосе слышалась какая-то усталость.
— Ты выглядишь немного уставшей. Всё в порядке? — спросила Вера, внимательно глядя на сестру.
— Да, всё нормально. Просто много хлопот.
Вера не поверила ей. Она заметила, как Алла нервно теребит салфетку.
— Алла, я хочу, чтобы ты знала, что я всегда буду рядом с тобой. Если тебе нужна будет моя помощь, просто скажи.
— Спасибо, дорогая, — тихо сказала Алла.
Наступила пауза. Вера чувствовала, что Алла хочет что-то сказать, но не решается.
— Алла, я хочу, чтобы ты знала, что я не одобряю твой выбор. Я считаю, что Роман не подходит тебе. Но это твоя жизнь, и ты сама должна принимать решения. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.
Алла молча кивнула. В ее душе в тот момент боролось два чувства: отчаяние и любовь. Головой она понимала, что ничего хорошего рядом с Ромой ее не ждет, а вот сердцем… Любила своего жениха она настолько сильно, что готова была ему простить абсолютно все.
***
Бракосочетание Аллы и Романа прошло на удивление спокойно. Вера, конечно, не расслаблялась ни на минуту, зорко следя за каждым движением Романа. Её напряжение передавалось матери, которая то и дело бросала на дочь сочувственные взгляды. Но, к счастью, обошлось без эксцессов. Роман был сама любезность, улыбался, произносил тосты, клялся в вечной любви. Вера не верила ни единому его слову, но старалась не показывать своего скепсиса. Она понимала, что сейчас любое её слово может обернуться против Аллы.
После свадьбы Алла переехала к мужу в его небольшую, но уютную квартиру. Первые несколько месяцев, как это часто бывает, они жили душа в душу. Роман, казалось, пылинки с Аллы сдувал, баловал её, говорил комплименты. Вера немного успокоилась, но бдительность не теряла. Она понимала, что тишина перед бурей — самое опасное время.
Алла часто звонила Вере, рассказывала о своей счастливой жизни. Она говорила, что Роман изменился, что он стал заботливым и внимательным. Вера слушала её сдержанно, стараясь не высказывать ни восторга, ни сомнений. Она просто радовалась за сестру, надеясь, что её опасения окажутся напрасными.
Затем Аллочка забеременела. Весть о будущем ребёнке, казалось, окончательно укрепила их брак. Роман был вне себя от радости, он говорил, что всегда мечтал о детях. Вера поздравила сестру, но в душе её зародилась тревога. Она знала, что беременность — это тяжёлое испытание для женщины, и что поведение мужчины в этот период может многое рассказать о его истинной сущности.
И её опасения, к сожалению, подтвердились. После нескольких месяцев относительного затишья в семье Аллы и Романа начался настоящий кошмар. Роман стал раздражительным, придирчивым, взрывным. Он постоянно цеплялся к Алле по мелочам, устраивал скандалы на пустом месте, упрекал её в том, что она испортила его жизнь.
Вера довольно долго не подозревала о том, что в семье сестры происходит что-то страшное. Алла старалась скрывать от неё свои проблемы — не хотела её волновать. Она говорила, что всё в порядке, что это просто гормоны, что Рома устаёт на работе, поэтому порой они и ссорятся.
Вера как-то приехала навестить беременную сестру без предупреждения. Она хотела сделать ей сюрприз — привезти её любимые пирожные. И попала в самый эпицентр скандала. Вера сразу заметила, что дверь открыта. Она легонько толкнула ее, прошла в прихожую, и её тут же оглушил крик Аллы. Вера рванула в комнату и замерла от ужаса. Роман стоял над Аллой, сидящей на диване, с ремнем в руках.
— Что здесь происходит?! — закричала Вера, — ты что творишь, гад?!
Роман обернулся и рявкнул:
— Не лезь не в своё дело! Пшла вон отсюда, жаба!
— Как это не в своё? Это моя сестра! Что ты с ней сделал? — Вера подбежала к Алле и обняла её.
— Вечно ноет, вечно недовольна! Я больше не могу это терпеть! — кричал Роман, размахивая ремнем, — я что, тряпка какая, чтобы ее истерики терпеть?
— Замолкни! — закричала Вера, — ты разве человек? Ты — животное! Как ты можешь так относиться к беременной женщине?
Роман сделал шаг к Алле.
— Аааа, жалуешься, значит?! Я тебе сейчас…
Вера, не раздумывая ни секунды, выскочила в коридор, открыла шкаф и схватила стоявшую в углу швабру. Старую, крепкую швабру с деревянным древком. Она крепко сжала её в руках и бросилась на Романа.
— Не трогай её! — закричала Вера, размахивая шваброй, — не смей поганые руки свои распускать! Ты что, думал, что за Аллу заступиться некому? Я тебе за нее голову откручу, понял?!
Роман попытался увернуться, но в Веру как будто бeс вселился. Она колотила его шваброй по спине, по плечам, по голове. Она лупила его со всей силы, вкладывая в каждый yдaр всю ненависть, которую она испытывала к зятю. Она отходила Романа по горбу так, что тот, наконец, сдался — он с воплем выбежал из квартиры, бросив на пороге:
— Я ещё вернусь! Я вам устрою!
Вера, как только за зятем захлопнулась дверь, подбежала к Алле и обняла её.
— Всё хорошо, Аллочка. Всё хорошо. Я с тобой.
Вера помогла Алле подняться и отвела её в спальню. Она, увидев отчаяние в глазах сестры, не выдержала: она опустилась перед плачущей Аллой на колени, взяла её дрожащие руки в свои.
— Аллочка, пожалуйста, послушай меня, — взмолилась она, — беги! Он же тебя когда-нибудь покалечит, погубит и тебя, и ребёнка.
Алла, обнимая свой округлившийся живот, рыдала в голос. Слёзы ручьями текли по её лицу, оставляя мокрые дорожки на щеках.
— Я не могу, Вер, — всхлипывала она, — я же люблю Рому, я не могу его бросить. Ребёнок должен расти с отцом.
— Отцом? — возмутилась Вера, — ты называешь его отцом? Он же руки на тебя поднимает! Какой это отец, Алла? Он cадиcт, тиран, он опасен для вас обоих!
— Нет, Вера, ты не понимаешь, — Алла покачала головой, — он очень хороший, просто иногда срывается. Я сама виновата. Нужно было не ложиться спать в обед, а вовремя приготовить ему еду. Он голодный был, вот и вспылил.
Вера с ужасом смотрела на сестру. Неужели Алла действительно верит в эти оправдания? Неужели она настолько запуталась, что не видит очевидного?
— Аллочка, о чём ты говоришь? — Вера крепче сжала её руки, — ты ни в чём не виновата. Он просто срывает на тебе свою злость, вымещает свои комплексы. Он делает это, чтобы почувствовать себя сильным, чтобы унизить тебя.
— Нет, Вера, ты не права, — Алла продолжала плакать, — он меня любит, просто не умеет выражать свои чувства. Он всегда потом просит прощения, говорит, что больше никогда так не сделает.
— Алла, сколько раз он это говорил? — Вера подняла глаза к потолку, стараясь сдержать гнев, — и что, он перестал тебя колошматить? Нет! Он будет продолжать это делать, пока ты будешь ему это позволять. Пойми, это не любовь, это — зависимость!
Вера уговаривала Аллу, как могла. Она рассказывала ей истории из своей работы в кризисном центре, истории о женщинах, которые годами терпели насилие от своих мужей и в итоге потеряли всё — здоровье, самоуважение, веру в себя.
— Аллочка, пожалуйста, не повторяй их ошибок, — умоляла Вера, — не жертвуй собой ради этого человека. Ты заслуживаешь лучшего. Ты заслуживаешь любви и уважения, а не побоев и унижений.
Вера объясняла Алле, что они вдвоём справятся, что они вместе поднимут малыша. Она говорила, что родители помогут, что они всегда будут рядом.
— Мы не оставим тебя одну, Аллочка, — говорила Вера, — мы все тебя любим и хотим тебе только добра. Пожалуйста, поверь мне, уходи от него. Это единственный способ спасти себя и ребёнка.
Но Алла оставалась непреклонной. Она продолжала рыдать, обнимая живот, и повторять, что любит Рому, что не может оставить его, что ребёнок должен расти с отцом.
— Я не могу, Вера, — всхлипывала она, — я его люблю. Я верю, что он изменится. Я не могу разрушить свою семью.
Вера чувствовала, как отчаяние захлёстывает её с головой. Вот как с ней разговаривать?!
***
Алла решилась на побег после того, как Роман перешёл все границы. После очередного воспитательного процесса, когда он поколотил её прямо на глазах у маленького сына, до нее наконец дошло, что дальше так продолжаться не может. Тот ужас, который она увидела в глазах своего ребёнка, перевесил чашу весов.
Вера, узнав о случившемся, чуть не сорвалась с места. Она уже вышла замуж за иностранца и переехала в другую страну, но расстояние не уменьшило её беспокойства за сестру. Звонок Аллы стал для неё громом среди ясного неба.
— Вера… — голос Аллы дрожал, — он… он снова это сделал… На глазах у Мишки… Я больше не могу…
Вера слушала, как сердце её разрывалось на части. Она слышала отголоски детского плача в трубке. Слёзы душили её, но она старалась говорить спокойно и убедительно.
— Аллочка, это конец. Уходи. Немедленно! Я приеду и заберу вас.
— Вер, не нужно. Я сама справлюсь. Просто… просто мне страшно.
— Я понимаю, родная. Не бойся, ты не одна. Я всегда буду рядом. У тебя есть папа, у тебя есть я, мама. Мы поможем!
Вера просила Аллу уехать к отцу. Старик, несмотря на мягкий характер, пользовался авторитетом в семье. Роман его побаивался, помнил суровый взгляд и крепкую руку тестя. Вера была уверена, что в присутствии отца Роман не рискнул бы поднять руку на Аллу.
— Пожалуйста, Аллочка, послушай меня, — умоляла Вера, — поезжай к папе. Там ты будешь в безопасности. Мы всё обсудим, всё решим. Главное — уехать от этого чудовища.
— Я подумаю, Верочка… Спасибо тебе.
Вера обрадовалась: наконец-то! Сколько лет она ждала этого момента, сколько слёз пролила, сколько нервов потратила, пытаясь убедить Аллу уйти от мужа-тирана. Теперь, когда Алла сама приняла это решение, она была готова на всё, чтобы помочь ей начать новую жизнь.
Алла поступила по-своему. Вопреки всем уговорам и просьбам, она взяла сына и переехала в соседнюю область. Она решила жить самостоятельно, начать всё с чистого листа. Вера была в ужасе.
— Зачем, Алла? Зачем ты это сделала? — кричала она в трубку, — ты же знаешь, что он тебя найдёт! Ты же не сможешь одна с ним справиться!
— Я должна попробовать, Вера, — ответила Алла, — я должна научиться жить самостоятельно. Я не могу всю жизнь прятаться за папиной спиной или жить под твоей опекой. Я должна быть сильной ради Мишки.
— Но это же безумие, Алла! Ты подвергаешь себя опасности! Ты не понимаешь, на что идёшь!
— Я понимаю, Вер. Я должна доказать себе, что я могу быть счастливой, несмотря ни на что.
Конечно, Вера, очень переживала и за сестру, и за племянника, но все же верила в то, что все обойдется. Роман же не идиот, чтобы вредить своей бывшей? Отвечать ведь придется. Как она ошибалась…
***
Алла шла с работы домой. В руках несла пакеты с продуктами, предвкушая тихий вечер с сыном. Два месяца назад состоялся её долгожданный развод с Романом. Суд, несмотря на яростные требования бывшего, оставил Мишку с Аллой. Это было небольшое, но важное для Аллы достижение.
Роман, несмотря на решение суда, не давал ей покоя. Он часто названивал бывшей жене, требовал, чтобы она отдала ему сына. Угрожал, говорил, что жизни не даст. Алла поначалу пугалась его звонков, но со временем научилась отключать эмоции и не обращать внимания на его слова. Она понимала, что это — его способ манипулировать ею, и не позволяла ему этого делать.
Разведенная женщина старалась жить обычной жизнью, работала, воспитывала сына, строила планы на будущее. Она мечтала о том дне, когда Роман оставит её в покое и позволит ей жить своей жизнью.
Рому она заметила издалека. Сначала сердце ёкнуло от страха, всё внутри похолодело. Она остановилась, озираясь по сторонам. Куда бежать? На мгновение ей показалось, что это — галлюцинация, что она просто слишком много думает о нём, вот ей и мерещится. Но силуэт становился всё отчётливее, и Алла узнала его по походке, по манере держать руки в карманах. Это точно был Роман.
Алла очень испугалась, но потом взяла себя в руки и двинулась вперёд. Она думала, что просто пройдет мимо, забежит в подъезд и спрячется в своей квартире. А потом позвонит воспитательнице, объяснит ситуацию, попросит пока Мишку забрать к себе — пару раз, когда Алле нужно было выйти в ночную смену, воспитательница ее уже выручала. В общем, Алла придумает что-нибудь. Главное — добраться до дома и закрыться на все замки.
Она шла, стараясь держать спину прямо и смотреть вперёд. Внутри всё дрожало, но внешне она старалась сохранять спокойствие. Она видела, как Роман приближается — расстояние сокращалось стремительно.
Когда между Ромой и Аллой оставалось метров пятнадцать, бывший муж неожиданно расстегнул куртку и достал из-под неё… обрез. Время словно остановилось. Алла замерла на месте, не в силах пошевелиться. Она видела, как Роман направляет на неё дуло, как его палец ложится на курок.
В голове промелькнула мысль о сыне, о том, что он останется один. Без мамы. Она почему-то сразу поняла, что своего любимого сынишку она больше не увидит. Алла вспомнила его улыбку, его звонкий смех и закрыла глаза. Бежать было бесполезно.
Роман что-то крикнул, но Алла не слышала его слов. В ушах звенело, в глазах темнело. Она видела только дуло обреза, направленное на неё. Раздался оглушительный выстрел, живот обожгло. Ноги Аллы подкосились, она упала на асфальт. Пакеты с продуктами вылетели из рук, содержимое рассыпалось по тротуару.
Алла лежала на земле, глядя в серое небо. Бывший муж над ней склонился, что-то сказал. Алла последний раз улыбнулась и прошептала:
— Мишка… Сыночек… Я так тебя люблю…
***
Аллу похоронили рядом с бабушкой. Роман получил заслуженный срок — он долго скрывался, но правоохранителям все же удалось его задержать. Мишка живет в детском доме — Вере его не отдали. Родители покойной Аллы не смогли забрать внука. Вера винит в случившемся себя. Вот если бы она проявила настойчивость, если бы она…
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк, подписка и поддержка канала. А чтобы не пропустить новые публикации, просто включите уведомления ;)
(Все слова синим цветом кликабельны)