В XIX веке Мексика пережила масштабную территориальную потерю, повлиявшую на национальную идентичность и отношения с Соединёнными Штатами. Аннексия Техаса, а затем война 1846–1848 годов, завершившаяся передачей Калифорнии, Нью-Мексико и других земель, оставила глубокий след в исторической памяти мексиканского общества.
Территориальные изменения начались с провозглашения независимости Техаса в 1836 году. Мексиканское правительство, ослабленное внутренними конфликтами, не смогло удержать контроль над регионом, где преобладали американские колонисты. Несмотря на победу в битве за Аламо, мексиканские войска потерпели поражение при Сан-Хасинто, и Техас стал самопровозглашённой республикой. Мексика отказалась признать его независимость, рассматривая эти события как мятеж, поддержанный США. В 1845 году Техас был аннексирован Соединёнными Штатами, что обострило отношения между двумя странами. Мексика расценила данный шаг как нарушение суверенитета, поскольку официально продолжала считать Техас своей территорией. Пограничные споры, особенно вокруг реки Рио-Гранде, привели к вооружённым столкновениям, а в 1846 году США объявили Мексике войну.
Военный конфликт 1846–1848 годов стал катастрофой для Мексики. Американская армия, лучше оснащённая и организованная, заняла столицу, вынудив мексиканское правительство подписать Гуадалупе-Идальгский договор в 1848 году. По его условиям Мексика уступила около половины своей территории: Калифорнию, Нью-Мексико, Аризону, Неваду, Юту и часть Колорадо. Компенсация в 15 миллионов долларов не смягчила последствий, поскольку потерянные земли обладали огромным экономическим и стратегическим потенциалом.
В мексиканском общественном сознании война и аннексия остались символом национального унижения. В школах и официальной историографии события подавались как пример внешней угрозы, способствуя формированию идеи «реконкисты» — символического возврата утраченных земель. Отношение к «потерянным территориям» менялось со временем. В начале XX века, после Мексиканской революции, риторика стала менее конфронтационной, но территориальные претензии периодически всплывали в публичном дискурсе. Например, во время нефтяного кризиса 1938 года, когда Мексика национализировала нефтяную промышленность, антиамериканские настроения усилились.
Во второй половине XX века экономическая миграция в США изменила восприятие «потерянных территорий». Миллионы мексиканцев переселились в бывшие мексиканские земли, особенно в Калифорнию и Техас, где сформировали крупные диаспоры. Культурное влияние Мексики в этих регионах стало настолько значительным, что некоторые публицисты заговорили о «мирной реконкисте» через демографию и язык.
Современная Мексика редко поднимает вопрос о территориальных претензиях, но историческая память об аннексии сохраняется. В дни национальных праздников — 16 сентября (День независимости) или 5 мая (годовщина победы при Пуэбле в 1862 году), политики иногда упоминают о событиях прошлого. Кроме того, в публичных дебатах о миграции или торговых соглашениях с США нередко звучат отсылки к событиям XIX века.
Аннексия Техаса и Калифорнии остаётся частью коллективной памяти Мексики, влияя на национальную идентичность и отношения с северным соседом. Хотя открытых территориальных споров нет, историческая травма продолжает проявляться в культурном и политическом дискурсе.
Литература
- Henderson, Timothy J. A Glorious Defeat: Mexico and Its War with the United States. – New York: Hill and Wang, 2007. – 214 p.
- Vázquez, Josefina Zoraida. México al tiempo de su guerra con Estados Unidos (1846–1848). – México: FCE, 1997. – 320 p.
- Электронный ресурс Библиотеки Конгресса США // The Mexican-American War and the Treaty of Guadalupe Hidalgo. – URL: https://www.loc.gov