Богословие или просто размышления о Боге и о человеке - интереснейшая тема.
Существуют богословские университеты и семинарии, это высшие учебные заведения.
В ВУЗах люди получают знания. Либо научные, либо иные, но тоже знания. Спектр областей человеческого знания велик. И богословие в этом смысле приравнено к другим областям, в которых действует человеческая мысль.
Это интересно, ведь знаний о Боге как таковых нет и не может быть. То есть об'ективных знаний. Во всех других областях мы имеем дело с фактами. В богословии все иначе. Хотя, наверное, я не совсем точен. Философия тоже не всегда оперирует фактами. Это понятия, сущности. Они понимаемы человеком, но фактами не являются. Наверное, богословие можно назвать частью философии, ее разделом. Верующие будут возмущены, наверное. Но как говорить о своей вере или высказать мнение на эту тему, не задев ничьих чувств? Никак. И тут развилка - говорить или не говорить? Многие люди вообще не говорят об этом. Будучи сектантом, я думал, что таким людям просто нечего сказать. Сейчас я так, конечно, не думаю. Мы все разные.
Многих верующих не заботят чувства других вообще. Важность посыла даёт им право говорить, ломая границы. Так они думают. И я такой человек тоже. То, о чем я пишу - мое суб'ективное восприятие. Но я считаю это важным и хочу этим поделиться.
Здесь очень тонкая грань. Если постоянно прибавлять "я думаю", "мое мнение", "как мне видится", то тогда пропадает смысл публикаций. Думающих и предполагающих и чувствующих много. Знающих и могущих привести разные интересные цитаты тоже много. Исходя из этого можно придти к выводу, что лучше молчать. Вывод понятен. Несколько лет назад я знал немногим меньше, чем сейчас, но сказать было нечего, поэтому я и молчал.
Я перестал молчать только потому, что получил откровение.
Для меня, суб'ективно, это знание. Это недоказуемо. Но и все богословие тоже недоказуемо. Тасячелетняя история и высокие чины богословов ничего не значат для тех, кто не верит. А вот для тех, кто верит, значат.
Богословие опирается частично на исторические события, не все из которых являются общепризнанными фактами, а частично на нечто совсем иное. На утверждения. На уже заложенные ранее постулаты веры. И мысль развивается, систематизируется и создаются доктрины или учения. Это учения о Боге, о человеческой душе и, ни много, ни мало, о её вечной участи. Тема серьезная. Ведь она, в отличии от наук и искусств, напрямую касается каждого. Тема настолько серьезная, что некоторая часть людей, к которой отношусь и я, не в состоянии отказаться от размышлений на эту тему. Верующие люди иные, для нас аргументы атеистов, самые логичные и неопровержимые, не имеют определяющего значения. Я был практическим атеистом после разрыва с христианством. Вернее, все же агностиком, старающимся не вспоминать прошлую жизнь. И я многому научился у атеистов. Прежде всего честности с самим собой. Это очень полезно для верующего человека - быть честным с самим собой. Это отделяет свое от чужого. Личные переживания, своя радость и свои страдания - это одно, а доктринальные утверждения религии, адептом которой мы становимся, это другое.
Конструктивную критику своей религии верующий человек воспринимает как нападки на свою личную веру. Иногда он молчит, иногда приводит примеры своих переживаний и чудес, которые он видел или ощущал лично. Эти чудеса тоже ничего не значат для атеиста. Эти чудеса не являются нарушением физических законов. Чаще всего так. Хотя бывают и исцеления от болезней безнадежно больных. Лично я такого не видел, но слышал об этом. Но и чудеса иного рода, то есть маловероятные события - это тоже чудеса. Таким чудом была, например, поимка огромного количества рыбы Петром и его товарищами после того, как Иисус указал им место, куда нужно закинуть сеть. Они за ночь не поймали ничего и не верили, что есть смысл закидывать снова. Но закинули и еле вытащили сеть.
Нарушения физических законов не было, но Петр признал это чудом, бросил сеть, прыгнул в воду и изумлённый прибежал к Иисусу. А ведь он, Петр, и по воде раньше прошёлся немного.
Но он был поражен.
Рыбы в озере было гораздо больше, чем поместилось в эту сеть, и то, что сеть была закинута туда, где оказался косяк в это время, строго говоря, чудом назвать нельзя. Но это было чудом для этих людей.
Такие чудеса случались в моей жизни. И, уверен, не только в моей. И на таких чудесах и строится истинное богословие. Один пастор сказал мне как-то: "Все твое богословие построено на личных переживаниях. Так не должно быть". А я считаю, что только так быть и должно, а все остальное - мусор.
Если человек рассказывает о чуде, то неважно, кто он, какое у него образование, статус и нравственный облик. Если вы несогласны с этим, тогда вы несогласны с самим Богом. Бог избирает людей. Я бы сказал иначе даже. Бог являет чудеса многим и готов благословить каждого, чье сердце откроется и возрадуется и прославит Его. Но сердца молчат и не откликаются.
Можно сказать, что я сам назначил себя пророком. А можно сказать, что Бог меня избрал. Пророк - это не раб и не биоробот с перепрошитыми мозгами. Пророк тот, кто не может молчать о Божьей Любви.
Я уже довольно много писал о своих личных переживаниях и прошлых лет и сегодняшнего дня. В основном в стихах, но кое-что говорил и в прозе. И не хочу сверх этого говорить ничего.
Кроме одного. Я вижу чудеса, происходящие прямо сейчас. И верю, что они никогда не закончатся и произойдут ещё более прекрасные события в моей жизни. Это суть моей веры - Бог любит меня и сотворит здесь, на этой земле, для меня лично мое счастье. Нужное мне счастье, мне лично, а не какое-то чудо, до которого мне нет дела. Вот если сейчас я увижу ангела или пролетающий мимо ковер-самолет с пассажиром или Емелю, проезжающего мимо на печке, мне от этого ни тепло, ни холодно. Это его, Емели, чудо, а не мое. А мне нужно мое чудо. Чудо для меня, для моей души. И оно случится.
И случится многое другое, и не только со мной. И чудеса эти будут прекрасными и слезы радости омоют изнемогающие от боли души.