19 июля
На картинках о вреде пьянства и алкоголизма, которые с молодости засели в моей памяти, пьяницы и алкоголики изображались с большими носами пурпурно-синюшного цвета. Наверное, в этом есть природный смысл, иначе чего ради алкоголиков в народе иногда зовут «синяками»?
Как в анекдоте:
— Мама, а что, дяди пьют пиво с раками?
— Нет, сынок, это у них рожи такие.
Поскольку мы любим вино и общий тоннаж выпитого в рамках моего более умудренного годами возраста превышает Анин, я периодически в зеркало поглядываю. Но пока что при тех пантонах[1], что есть в моем распоряжении, каких-то фундаментальных тональных сдвигов я не наблюдал. Нос вроде выглядит как нормальный нос, хотя, если честно, есть небольшой риск, что «мартышка в старости слаба глазами стала[2]». Однако мне не потребовалась таблица цветности, чтобы удостовериться в том, что большой палец на правой ноге начал выглядеть именно так, как выглядели носы у алкоголиков из моих детских воспоминаний. И всего-то для этого мне нужно было неудачно пнуть по камню в Санторини 3 дня назад. По 10-балльной шкале я расцениваю градус своей ипохондрии на 6. И этим очень горжусь. С одной стороны, я не измеряю температуру, пульс и давление по восемь раз на дню. С другой — когда, например, большой палец на ноге приобретает цвет спелого инжира, я начинаю просчитывать варианты. А если при этом он еще и болит, в эти варианты начинают попадать весьма серьезные темы типа подагры. Возраст у меня всё дальше отходит от возраста Христа и всё ближе заходит в область, в которой приняты такие описания, как «разбитый подагрой старик». Кроме трансформации цвета, палец еще и болел, заставляя меня очень осторожно на него ступать. В общем утром 19 июля я слегка грустил. Но так совпало, что именно в этот день мы решили поехать в Эдипсос.
Мы с самого начала не планировали сидеть всю неделю в «Клабмеде» Греголимано, считая часы и минуты после завтрака, когда же начнется обед, а потом когда же начнется ужин. Эдипсос заявлен в Трипадвайзоре как самое интересное место в этой части Греции. Поэтому даже если бы мой палец не мог освещать ночью путь, как волшебный фонарь, мы бы всё равно туда поехали. Но здесь как будто сама природа и вместе с ней добрые духи и прочие потусторонние силы призвали нас к этому. Почему? Да потому, что в Эдипсосе находятся самые знаменитые в Греции природные источники целебных вод, которые регулярно борются за право быть самыми знаменитыми природными источниками в мире, соревнуясь в этом с Баден-Баденом, Боржоми и иже с ними. Шутка ли, античная легенда гласит, что эти источники, зарождающиеся на глубине 3 километра, были созданы богами для того, чтобы Геракл мог восстановить здесь свои силы. Про них писал еще Аристотель. В Древнем Риме был правитель Сулла. Личность была весьма яркая и нестандартная. Возглавлял Рим он на стыке республики и цезарства. В рамках республики, став консулом, он фактически взял на себя неограниченную власть. Сулла ввел в обиход практику «проскрипций». Это когда по доносу человека в быстром порядке могли лишить всего имущества, а потом еще и казнить. Начал он с личных врагов, а продолжил тогдашними олигархами. Он мог спокойно провозгласить себя кем угодно, поскольку с врагами расправился довольно решительно. Вместо этого в какой-то момент Сулла взял и отказался от власти, став простым сенатором. Более того, он очень самоуверенно ходил по городу без всякой охраны. Так вот, этот самый Сулла болел различными кожными болезнями. По легенде, всё лицо его было в красных пятнах. А как выглядело то, что было под одеждой, легенды умалчивают. Возможно, тоже не так, как выглядит у моделей «Плейбоя». Узнав про целебные воды Эдипсоса, Сулла приехал туда, разгромив по дороге Афины и казнив всю местную знать. Ну а потом в Эдипсосе основал первые регулярные термы, или римские бани. С римскими банями у меня свои «счеты». Я впервые попал в картинную галерею в возрасте около шести лет. Там было много всяких разных картин. Я еще не мог соотносить масштабы с реальностью — я еще не был в Эрмитаже. Пермская картинная галерея показалась мне гигантской. Но больше всего меня поразила картина «Римские бани» художника Бронникова. Она была большая — полтора на два метра. И посередине нее стояла задом совершенно голая тетя, при этом в голубых тапочках. Я тогда был в смятении. Во мне боролись зарождающиеся эмоции при виде голых теть и с детства аналитический ум, задававший вопрос, почему, если тетя совсем голая, на ней голубые тапочки?
Такие или нет, Сулла основал термы в Эдипсосе, и с тех пор и до наших дней это место целебных водных процедур.
Я прочитал в Трипадвайзоре отзывы про источники. Да, они заявлены как главная местная достопримечательность. При этом было много критики, особенно по поводу того, что, поскольку место бесплатное, количество людей здесь можно сопоставить с ульем или муравейником. Десятки страждущих (многие в весьма неэстетичном состоянии) ищут здесь исцеления подобно тому, что мы видели в советском классическом фильме «Праздник святого Йоргена». Конечно, перспектива столкнуться с безрукими (и даже с Безруковым[3]) людьми, а также посидеть в водичке рядом с покрытыми язвами, подобно Сулле, стариками слегка смущала. Но палец требовал дать ему шанс, и мы дали.
Сдав детей в «Миниклаб», мы в районе 10:30 направились на машине в Эдипсос. Сообщили на выезде номер своей комнаты и поехали прямиком к целебным источникам. И сразу же окружающая природа задала нам легкое и восторженное настроение. Идеальная температура +30. Мы ехали, открыв все окна. Безумно красивые пейзажи. Я чувствовал себя Гераклом, который наконец-то придет к заслуженной компенсации за все свои подвиги. Последняя часть дороги проходила в нескольких метрах от пляжа. Можно было остановиться в любом месте и с головой броситься в теплое и ласковое море. Но я помнил, что у нас миссия.
И вот мы доехали. В 100 метрах от источников — бесплатная парковка. Мы оставляем автомобиль и идем, куда нас ведет «Гугл».
Подходим к краю. Что-то непонятное. Какие-то трубы, где-то вдалеке плавают люди. Где источники?
Проходим еще сколько-то метров. По-видимому, это оно. Собравшиеся внизу люди на гераклов не похожи, но по крайней мере они не выглядят очень больными.
Переодеваемся и присоединяемся к принимающим здесь процедуры. В центре пляжа оранжевая плита, посередине которой пузырится вода, стекая тонкой струйкой в море.
Её можно потрогать — она горячая!
На плите никого нет, поэтому Анна ложится прямо под стекающую в море горячую струйку. Подоспевшим старцам ничего не остается как примоститься сбоку.
Ну а я, как законный супруг, ложусь в непосредственной близости, подставив тому, что вытекает по желобу, сперва спину, ну а потом, перевернувшись, и это главное, свой освещающей округу таинственным фиолетовым светом палец на ноге.
Пока мы лежим на плите, я изучаю местность. Здесь есть три «станции». Первая — центральная, которую мы заняли. Есть еще две, одна слева, другая справа. На станции слева со скалы стекает три струйки — место для трех компаний. На станции справа струйка одна, и она занята пожилым греком, который осуществляет под ней целый лечебный ритуал. Всего на пляже человек двадцать. Десять, включая нас, размещены на станциях. Еще десять просто сидят или просто плавают, вдыхая целебный, мощно пахнущий сероводородом воздух.
Я уже готов сдаться, поскольку ни люди слева, не дедушка справа уходить со своих станций не хотят. Может, они тут целый день сидят, а у нас есть еще своя жизнь, есть еще дети, наконец. Но тут правая станция освобождается, и мы, не дав опомниться конкурентам, молодо и энергично туда подгребаем. Рыже-зеленая скала говорит о наличии в воде серы, меди и железа. Наверное, их грамотное сочетание и является залогом успеха, восстанавливавшим жизненные силы Геракла. Не знаю — мы просто наслаждаемся отвоеванным званием «Хозяин правой станции».
Начинают прибывать люди. Они смотрят на «хозяев правой станции» со смешанным чувством зависти и вожделения. А мы, улыбаясь в ответ, даем понять, что к этой горячей, дурно пахнущей струйке мы шли всю жизнь и, дойдя наконец-то никому ее без боя не уступим. Но в какой-то момент мы с Анной делаем друг другу «дай пять» и с громким криком «enough is enough![4]» освобождаем станцию для прочих соискателей. Забавно, что победителями оказывается семья, занимавшая до этого левую станцию. Они шли от нее по пояс в воде и дошли до рыжей плиты, чтобы выйти. Но, поняв, что мы освобождаем правую станцию, «на ходу переобулись» и ринулись всем кагалом туда, оставив в дураках готовившихся к прыжку конкурентов.
Мы же переоделись и пошли посмотреть, что еще интересного есть в Эдипсосе. Отойдя от берега и при этом не потеряв в носу буйство сероводорода, мы поняли, что от нас конкретно пахнет. Мы с Анной поспорили. Она считала, что этот запах соответствует благородному амбре римских патрициев. Я же возражал, что он ближе к тривиальной вони потомственных маргиналов. Не придя к согласию, мы решили расслабиться и пока что ничего не предпринимать. Но по возвращении в «Клабмед» сразу же пойти в душ.
По Трипадвайзору главными достопримечательностями Эдипсоса после горячих источников являются три церкви. Две из них находятся недалеко от нас, и мы идем на них посмотреть. «Agios Fanourios» — симпатичная православная церковь, утопающая в зелени, перед которой, по-видимому, очень древние камни.
Если пройти немного вперед, будет другая. Похоже, что это католическая церковь Святого Анаргирона.
Мы не заходим в церкви — от нас дурно пахнет, и мы не хотим, чтобы нас приняли за юродивых. Вместо этого мы ищем еще одну местную достопримечательность — пещеру Суллы, в которой он принимал бальнеологические ванны и откуда пошли организованные водные процедуры в Эдипсосе. Найти ее непросто: на мапс.ми такой достопримечательности нет, как и на «Гугле». Ну а Трипадвайзор привел нас в какой-то маленький магазинчик, где продавец, ни слова не говорящий по-английски, так и не понял, что нам нужно. Но мы не привыкли сдаваться и пещеру все же нашли. Перед ней надпись на латыни. О чем — без понятия, скорее всего, о том, как здесь купался Сулла, залечивая свои язвы.
Сама пещера — ничего особенно. Это вам не Кунгурская ледяная. Но здесь был Сулла, и галочку мы поставили.
К машине мы возвращались другой дорогой. И увидели странное сооружение.
Какой-то подозрительный бассейн, какие-то подозрительные цистерны. Трубы, насосы…постойте, постойте. А не здесь ли «бодяжат» знаменитую, дурно пахнущую воду для «целебных источников» и по трубам спускают ее в море? Вот вам и Геракл и в придачу к нему Сулла со своей пещерой. Нет, надеюсь, что такого грандиозного фейка все-таки быть не может и предназначение у этого сооружения не такое откровенно циничное.
Программу в Эдипсосе на сегодня мы выполнили. Есть еще одна церковь Святого Пантелеймона. Она считается самой знаменитой не только в Эдипсосе, но и во всей Эвбее. В ней находится икона покровителя Эвбеи. Но пешком до нее идти больше километра. Мы решили пропустить.
[1] Цветовая гамма Pantone®.
[2] Из басни И. Крылова «Мартышка и очки».
[3] Известный актер театра и кино.
[4] С нас хватит!