Егор закинул в автобус рюкзак с ноутбуком и утёр пот со лба. Всё. Решение принято. Три месяца в деревенской глуши — и роман будет дописан.
— Ты точно уверен? — София стояла у автобусной остановки, кутаясь в весеннюю куртку. — Может, ещё подумаешь?
— Соф, мы же всё обговорили. Мне нужно побыть одному. Сосредоточиться. В городе я не могу писать, ты знаешь.
— Знаю, — она отвернулась. — Просто... три месяца это долго.
— Пролетят незаметно. И я вернусь. Обещаю.
Он попытался её обнять, но София отстранилась:
— Езжай уже. Опоздаешь.
В автобусе было полупусто — будний день, середина недели. Егор занял место у окна. София уже уходила, не оборачиваясь.
— Ох, милок, подсоби-ка старой!
Егор поднял голову. В проходе стояла старушка с огромным клетчатым баулом — маленькая, сухонькая, в выцветшем платке.
— Конечно, давайте помогу.
Он поднял баул на багажную полку — неожиданно тяжёлый — и помог старушке устроиться на соседнем сиденье.
— Спасибо, сынок. Золотое у тебя сердце, — она улыбнулась беззубым ртом. — Я Федосьевна. А ты?
— Егор.
— Хорошее имя. Мужское. Небось в Каменку едешь? Лица-то все в нашем автобусе знакомые, а ты новенький.
— В Каменку, да. Дом там снял на лето.
— Вона как! — старушка оживилась. — И какой же? Не Палычеву ли избу?
— Точно, у Палыча. Вы знаете?
— Как не знать-то! Вся деревня знает. Пустует изба-то третий год, с тех пор как Палыч помер. Наследников нету, вот внучатый племянник и сдаёт. Ты, стало быть, писатель? Они там только писателей селят да художников всяких.
Егор усмехнулся:
— Угадали. Пытаюсь им быть.
— Ох, милок, нет в деревне-то нашей вдохновения никакого! — Федосьевна покачала головой. — Тоска одна. Молодёжь вся разъехалась, старики доживают.
Она вздохнула.
— А я вот в район ездила, продуктов накупила, — старушка похлопала по баулу. — У нас-то магазин один на всю деревню, да и тот — одно название. Хлеб чёрствый, молоко прокисшее... А мне дочка из города двоих пострелят подкинула на лето. Растут парни, едят — не наедятся...
Она принялась рассказывать про внуков — Димочку и Павлика, семь и десять лет, сорванцы, но золотые дети. Про то, как старший младшего защищает, как вместе на речку бегают, рыбу ловят.
Егор слушал вполуха, думая о своём. Правильно ли он поступил? София обиделась, хоть и не показывала. Но что поделать — роман застрял на середине, а срок сдачи поджимал.
Автобус остановился посреди дороги.
— Всё, дальше не поеду! — крикнул водитель. — Мост размыло после дождей. Кому в Каменку — выходите, через поле дойдёте!
— Ох, батюшки! — запричитала Федосьевна. — И как же я с баулом-то?
— Давайте помогу, — предложил Егор. — Мне всё равно туда же.
Они вышли из автобуса. Дорога к деревне вела через поле, мимо старого кладбища. Серое небо, мокрая трава, ветер — весна выдалась холодной.
— Вот тут мой муж лежит, — Федосьевна кивнула на кладбище. — Царствие ему небесное. Пять лет уж как помер. Я к нему зайду ненадолго, ты иди, милок. Баул-то оставь, я потом заберу.
— Может, подождать вас?
— Не надо. Ступай. Палычева изба — как в деревню войдёшь, налево, потом прямо. Увидишь — она одна такая, с мезонином, и веранда резная.
Егор поставил баул у ограды кладбища и направился к деревне. Обернулся — а старушка куда-то исчезла. Пожал он плечами, и пошёл дальше.
В Каменке он быстро нашёл нужный дом. Изба и правда была хороша — крепкая, с резными наличниками. Внутри чисто, печь исправна, даже старый письменный стол у окна.
— То что надо, — пробормотал Егор, выгружая рюкзак.
К вечеру он уже обустроился. Установил ноутбук, заварил чай. Сел за стол, открыл файл с рукописью. Тишина стояла такая, что звенело в ушах.
«Глава двенадцатая», — напечатал он и задумался.
В дверь постучали. Егор удивился — кто бы это мог быть? Открыл — на пороге стояла полная женщина с банкой молока.
— Здравствуйте! Я Николавна, соседка ваша. Вот, молочка принесла парного, с дороги-то.
— Спасибо, очень мило.
— Как добрались-то? Говорят, мост размыло?
— Да, пешком пришлось. Вместе с бабушкой одной из автобуса — Федосьевной.
Женщина побледнела. Молоко выплеснулось из банки.
— С какой... Федосьевной?
— Ну, старушка такая, маленькая. С большим клетчатым баулом ехала, продукты внукам везла.
Соседка перекрестилась:
— Господи Исусе...Расскажу я вам...
⏭️ Часть 2 рассказа читать здесь:
© Михаил Вяземский. Все права защищены. При цитировании или
копировании данного материала обязательно указание авторства и
размещение активной ссылки на оригинальный источник. Незаконное
использование публикации будет преследоваться в соответствии с
действующим законодательством.