-Здравствуй. Заходи! Тебя никто не видел? – спросил Павел Афанасьевич у вошедшей в класс посетительницы.
- Нет. Уже все ушли. Я на вахте сказала, что пришла к учителю по личному вопросу. К какому и в какой кабинет – не уточняла,- ответила Инна.
- Хорошо. Проходи, присаживайся.
- А Вы? – Павел Афанасьевич поморщился. – То есть, ты?
Как и в молодости, учитель предпочитал стоять во время разговора. Но ненадолго.
-Да, пожалуй, присяду. Ну, рассказывай, какие новости?
- А что рассказывать?...
- Как она? Собирается ли в конце концов на родительское собрание?
-Ой… Этого я не знаю.
- А когда узнаешь?- учитель явно сердился. – Я уже и так и сяк пытаюсь привлечь ее внимание- делаю удивленное лицо, если в ней пересекаемся, когда она Ирину приводит, возле школы ее иногда вижу- пытаюсь заговорить… И – ноль, полный ноль…
- Не сердитесь…Но я все равно думаю, что все это напрасно! Не узнает она Вас… Тебя!
-Нет… Не верю! Не ве-рю!- вскочил Павел Афанасьевич и стал расхаживать по классу. Вика не может меня забыть!
-Я же пояснила, что она теперь не Вика. А Кристина. Кристина Апраксина!
- Все это так странно… По мужу – Апраксина. А в девичестве? Зачем она поменяла имя?
-Павел Афанасьевич! – учитель опять нахмурился. – Павел… Ну сколько можно говорить, она не имя поменяла, она память потеряла! Или, что еще более вероятно, это не Ваша Вика- а другой человек!
- Нет! Неправда! Здесь что-то иное… Не пойму пока, что именно… Но выясню! Я докопаюсь до правды! – учитель вздохнул и присел на стул рядом с Инной.
-Павел… Паша, - Инна двинулась к нему всем телом, прильнула, положила голову на плечо. – А зачем тебе это?
- Как зачем? Как это зачем?!- Павел Афанасьевич опять «закипел» и стал расхаживать по классу, громко разговаривая, энергично жестикулируя… -Ты не понимаешь… Не понимаешь! Эти Тарабановы мне всю жизнь сломали… Мне… Павлу Пересыпкину! Эта… Вика-Кристина – все из-за нее! Сначала отреклась от меня, как от учителя, хотя всеми своими заслугами она обязана мне… Не кому-то! А мне! Понимаешь! Это я…Я! ее готовил к этим олимпиадам. Это я должен был получить грант! А она… Она меня опозорила! Из-за нее я вылетел из той школы… с треском. Пришлось менять место жительство.. Эта мамаша… Ольга Игоревна! Оклеветали… Обвинили в связи с несовершеннолетней… Это я… Слышишь! Это я должен бы сменить имя! А не она! Мое-то имя опозорили… Мне даже пришлось менять квалификацию… Учитель начальной школы… А то меня не хотели допускать к подросткам, зная эту позорную историю… Физика, астрономия… Все, все полетело в тар-тарары… Черная дыра… - Павел Афанасьевич схватил себя за волосы, потом руками стал тереть виски, заметался, словно его накрыл приступ неведомой головной боли.
-Павел! Успокойся. Присядь… Я все это уже знаю, ты мне рассказывал. Но … давай уже подумаем, что мы можем сделать теперь? Все это было в прошлом… А что же здесь и сейчас? Мы так и будем бороться с призраками и несбывшимися мечтами? Или пойдем дальше? – Инна силой заставила учителя сесть. Поднесла ему стакан воды.
-Да, ты права… Давай подумаем, - сказал он, выпив воды и отдышавшись. Он нежно взял за руки свою гостью, посадил себе на колени. – Инна… Я благодарю судьбу, что вот так вот, под старость лет, я встретил тебя… Спасибо за теплые чувства. Ты словно луч сейчас в моей темной жизни… Но я от тебя ничего не скрываю!
- Паша… - Инна со страстью стала целовать учителя. Он отвечал ей, словно изголодавшийся зверь… - Паша… - она слегка отстранила его. – Я тоже от тебя ничего не скрывала… Мой ребенок… Ты же понимаешь, я ни за что от него не откажусь. – Инна погладила себя по округлившемуся животику. - Я все пойму, если вдруг ты решишь не начинать эти отношения.
- Глупая! Я люблю детей! Мы вместе вырастим из него настоящего гения! Он станет знаменитым физиком-ядерщиком! Получит нобелевскую премию! Осуществит мои мечты- добьется того, что не мог я! – Он тоже погладил Инну по животу.
-Он? А если будет девочка?
- Неважно! Или ты думаешь, что девочка не может полюбить физику?
- Нет, не думаю… Я так далеко еще не заглядывала… Что же нам делать сейчас? – улыбнулась Инна.
- Да, действительно¸ уже поздно! – учитель глянул на часы. – Может, к тебе? – шепнул он ней на ушко.
Инна встала и грустно улыбнулась.
-Ты же знаешь, ко мне нельзя… Я у Марии Даниловны проживаю… Свою квартиру сдаю… Деньги нужны…
- Ах, да… Тогда ко мне? – сказал Павел Афанасьевич.
- Ты действительно к этому готов?
- К чему? – удивленно переспросил он.- Привести в дом женщину, которую я хочу? А что мне мешает?
Ее взгляд потух.
-Видимо, не готова я… Прости. Я пойду, - она была готова выйти из кабинета.
-Погоди… Ну прости, ляпнул я, видимо, не то… не так… Ну не мучай меня… Чего ты хочешь? – он остановил ее в дверях, умоляюще посмотрел на нее.
- Мне нужно, чтобы ко мне относились как к той, которую любят, а не как к той, которую просто хотят… - гордо ответила Инна.
- Ну прости… Прости… Конечно, у нас все будет, будет! Правда!- опять начались поцелуи и ласки. – Пойдем? Ты мне так нужна сейчас!
Но Инна вновь отстранила учителя.
- Я не просто так спрашиваю, готов ли ты! У нас слишком маленький городок! Если увидят, что я пришла к тебе домой, всем станет известно…
Он умолк.
-Павел… Я не хочу скрываться. Несколько месяцев мы скрывали отношения с Мишей… Мы прятались по углам, как подростки… Он был не готов, боялся осуждения коллег… А когда решился, поздно оказалось. Я не знаю, что с ним произошло… Я искренне переживаю за его судьбу. Но сейчас я уверена, что если даже Миша вдруг вернется, я не пойду за ним. Мое сердце навсегда теперь с тобой! Но… Я не хочу тайн и недомолвок. Либо мы вместе- не прячась, не скрываясь, серьезно, по-взрослому… Либо -нет. Так что выбирать тебе…
- Хорошо. Я понял тебя, услышал! – Он отошел от двери, сел за учительский стол, достал учебник и словно погрузился в работу.
-Ты… Как это…? Скажи просто «нет», и я уйду! – Инна совершенно перестала понимать поведение этого человека. Вроде бы взрослый, состоятельный, на много лет старше.
- Инна… Признаю. Ты мне не безразлична! Но… Я от тебя ничего не скрывал. Причем изначально. Много лет я растил в себе злобу и ненависть, желание отомстить… Тарабановой. Много лет я искал ее. Слишком много, видимо… - начал Павел Афанасьевич. – Боюсь показаться грубым, бестактным, злым. Но еще раз повторюсь… Я приехал сюда, чтобы отомстить. С определенным планом. Я долго к этому шел, поставив на карту всю мою жизнь. В твоем лице я нашел сообщника. Нашел весьма неожиданно… Если б я сразу понял, что ты помогаешь мне, потому что родились чувства, крепкие, настоящие… Хотя я, конечно, понял… Но не думал, что придется класть на чашу весов мою ненависть и любовь… Ты права. Я не готов. Не готов к такому выбору. Предать то, что грело обожженную душу… Предать то, что взлелеяно годами… Я не…
- Хватит! Павел Афанасьевич! Достаточно. Не унижайтесь! Если Вы не готовы сделать выбор, его сделаю я. – Инна от двери кабинета подошла к учительскому столу.
Он вздрогнул, посмотрел на нее.
- Я принимаю тебя, такого, какой ты есть. Если ненависть и месть – неотъемлемая часть тебя, значит, мне придется разделить их с тобой. Я готова. Мы с малышом готовы! Каков наш дальнейший план?
-Инна! Ты… чудо! – Павел вскочил, подбежал к ней, обнял.
Она отстранилась слегка.
- Но у меня есть одно условие!
- Конечно! Все, что хочешь!
- Я помогу тебе, но ни о каких проявлениях чувств речи быть не может! Для всех- мы незнакомы! Никаких поцелуев, тайных встреч и свиданий. Пока… мы не победим Вику Тарабанову. Или Кристину… Хотя- какая разница!
-Хорошо, конечно, как скажешь, моя золотая! – он хотел обнять Инну.
Та оттолкнула:
- Я сказала- никаких! Слышишь?!
-Понял! Принял! Тогда за дело?
-Нет. Это еще не все…
-Эм…
Инна немного покраснела, видимо, взвешивая, все за и против. Но в конце концов решила сказать:
- Мне нужны деньги! Я должна родить здорового малыша!
Павел Афанасьевич скорчил недовольную гримасу- как будто ореол волшебной нимфы над головой Инны, куда-то исчез. «Готова разделить твою ненависть, готова ждать… Тьфу. Как все банально. Упирается в деньги!»- подумалось ему.- «А впрочем, не все ли мне равно?»
-Конечно! Все будет! Договорились.
Инна вздохнула, улыбнулась, достала из сумки тетрадь и ручку, готовясь записывать:
- Так что у нас по плану?
Он тоже улыбнулся, проговорил:
- Ты уверена, что фотографии получены? Что скандал в семье заложен?
-Абсолютно! Все зафиксировано, снято!
- Как здорово, что мы нашли этого человека!
- Конечно! Он весьма похож на описание того «Люверса», к которому Вика сбежала в Москву!
- Сколько ты заплатила нашему артисту?
- Как мы и планировали! Кроме того, он сказал, что вместе с деньгами получил несказанное удовольствие! Сказал, что Вика та еще штучка в постели!
-Хм… Жаль, что до этого дошло… - Павел Афанасьевич скорчил недовольную гримасу.
- Уж не ревнуешь ли ты? – поиздевалась Инна. - Какие мы сентиментальные… А как иначе до нее достучаться?! Она ж его стороной обходила, когда решила, что это «муж» Марии Даниловны…
- Мда… С Марией Даниловной неприятно вышло, конечно…
