Коля простоял у двери с дощечкой «Детская музыкальная школа» несколько минут. Лёня звал его идти вместе с ним, но Коля отказался. Он стеснялся Евдокии Петровны и вообще ещё не знал, пойдёт ли.
Но в последнюю минуту он решил идти. Интересно всё-таки, почему его позвали! Лёня на этот счёт ничего не мог сказать.
Войдя в зал, Коля сел в заднем ряду, на крайнем стуле. Игру малышей он слушал не очень внимательно. Но один мальчуган играл что-то очень ловко и решительно — это ему понравилось. Некоторые девочки играли как будто неплохо, но он почти не смотрел на них и слушал нехотя.
Но вот смуглый, небольшого роста учитель, объявляющий, кто сейчас будет играть, назвал Лёнину фамилию, и Коля весь встрепенулся. Ему вдруг стало очень страшно за друга: что, если он осрамится, забудет? Может, не выучил?
И тут впервые Коля подумал с сожалением: не надо было вчера звать Лёню гулять.
А Лёня уже вышел к роялю и через головы всех посмотрел в конец зала, на Колю.
Он стал настраивать скрипку, и Коля сразу отметил, что он настраивал сам, не то что малыши и девочки, которым настраивал учитель. С этой минуты Коля весь превратился в слух и зрение и замечал и слышал всё.
Вот пианистка закончила вступление, и Лёня начал играть. Вот как он играет — не чета девчонкам! Смело, звучно — наверно, даже на улице слышно. И как это у него получается? До чего же ловкие у него руки! А пальцы как быстро бегают по струнам!
Коля никогда не думал, что у его друга такие ловкие руки. И как здорово он играет! Дома Коля никогда не слушал его. Если он заставал Лёню играющим, то обычно говорил что-нибудь ядовитое, вроде: «Эх ты, пиликалка!» И Лёня сейчас же бросал скрипку и уходил с ним по их настоящим, важным мальчишеским делам. А сейчас эти дела уже не кажутся Коле единственно важными на свете.
Сейчас он с удивлением и затаённой тревогой слушает друга и следит за его умелыми руками. А вдруг с ним произойдёт то, что случилось только что с одним маленьким мальчиком, — и он остановится, забудет, как дальше играть, и смутится, оробеет на глазах у девчонок, учителей и взрослых!..
Вон там сидит Лёнина мать. Она подпёрла щёку рукой, лицо у неё раскраснелось, белый платок на плечах ещё ярче оттеняет его.
Коля вспоминает, сколько раз ему попадало от Евдокии Петровны из-за Лёни, и отворачивается.
Но вот Лёня сыграл что-то решительное и громкое и остановился. Кончил? Нет, пианистка снова заиграла одна, а Лёня стоит, опустив скрипку и глядя вперёд блестящими глазами. Он смотрит в конец зала, но Коля понимает, что сейчас Лёня не видит его. Коля глядит на лицо своего друга и не узнаёт его. Лёнино лицо строже и спокойнее, чем всегда. Глаза блестят, губы плотно сжаты. Но вот он снова поднял смычок.
Ух, как хорошо он заиграл! Даже мурашки забегали по Колиному телу. И вдруг… что же это, неужели сбился?
Да, Лёня вдруг как-то спутался, сбился, оглянулся на пианистку…
— Начни с аккорда, — негромко и спокойно сказал чей-то мужской голос.
«Учитель, наверно», — мелькает у Коли в голове. Он крепко сжал руки, даже зубы стиснул. Как хотелось бы ему сейчас помочь другу выпутаться из беды!
Кажется, всё обошлось. Лёня заиграл снова, пальцы его снова бегают по струнам, только лицо у него уже не такое спокойное.
Вот он кончил, положил скрипку на рояль и сел на своё место, опустив голову.
Учителя в первом ряду что-то тихо говорят друг другу и записывают на листочках. Коле хочется сказать этим людям, что Лёня играл всё равно очень хорошо, уж, во всяком случае, лучше девочек. А что он спутался — так это потому, что вчера мало играл.
А в это время уже объявляют фамилию следующего выступающего — опять какая-то девчонка. Коле больше не хочется слушать. Он думает: может, уйти? Но надо дождаться друга.
— Перерыв десять минут, — объявил черноволосый учитель, и Коля первым вышел из зала.
Сейчас же за ним выскочил Лёня. Мальчики немного сконфуженно взглянули друг на друга.
К мальчикам неожиданно подошёл высокий загорелый человек, держащийся очень прямо, по-военному, и протянул Коле руку:
— Коля Гриненко?
— Да, — удивлённо ответил Коля, пожимая протянутую ему руку.
Коля увидел, что друг его смутился, но он уже и сам догадался: Лёнин учитель.
— Понравился концерт? — спросил Лёнин учитель.
— Да… — ответил Коля неуверенно. (И куда его задор девался?)
— А Лёня как играл?
— Хорошо играл! — решительно ответил Коля.
Он подумал: надо защитить Лёню. Может быть, это имеет значение для учителей, когда другим нравится?
— Да, неплохо играл, — сказал Лёнин учитель, — но и не совсем хорошо. Что сбился — это ещё не так важно, а вот что в трудных местах пальцы заплетались — это похуже. Работал мало!
Учитель серьёзно посмотрел сначала на Лёню, потом на Колю и вдруг улыбнулся им по-мальчишески, кивнул головой и отошёл.
Мальчики вышли на улицу. Какой дождь! Льёт прямо как из ведра!
— Подождём здесь, — сказал Лёня и стал под навес.
— Стой-ка, — сказал Коля; он распахнул пальтишко и сунул под него скрипку.
— Да, она дождя не любит, — сказал Лёня.
Он почему-то совсем не удивился поступку друга.
(По Э.М. Эдмен*)
* Эсфирь Моисеевна Э́мден (1905–1961) — русская советская писательница, автор книг для детей, литературный редактор.
«Понимать русский» в ВК — https://vk.com/rus_with_us
«Понимать русский» в ТГ — https://t.me/rus_with_us