Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Читайная пауза

​​"ПАТОЛОГИИ

​​"ПАТОЛОГИИ" Захар Прилепин Действительность, что страшна в первую очередь не своей аномальной жестокостью и неистовой свирепостью, а своим наличием. Оживший кошмар наяву, от которого нельзя отмахнуться, ожидая пробуждения. Можно только прожить, встроясь кривым пазлом в нелепую  картину реальности. Которая выглядит парадоксально, неуместно в галерее людских судеб. Автор наглядно демонстрирует эту неуместность. Показывая, то мир, горячо бьющихся влюбленных сердец: "Занимались только друг другом... я воспринимал ее как яркое и редкое новогоднее украшение, трепетно держал ее руках. И помыслить не мог – как бывает с избалованными чадами, легко разламывающими в глупой любознательности игрушки – о внутреннем устройстве этого украшения, воспринимал ее как целостную, дарованную мне благость. Вели себя беззаботно;" то мир, где сердце человека в любое мгновенье может замолчать навсегда:    "Закрываю глаза, пытаюсь унять дикую дрожь в руках, понимаю, что это бесполезно, и снова стреляю. Кто-т

​​"ПАТОЛОГИИ"

Захар Прилепин

Действительность, что страшна в первую очередь не своей аномальной жестокостью и неистовой свирепостью, а своим наличием. Оживший кошмар наяву, от которого нельзя отмахнуться, ожидая пробуждения. Можно только прожить, встроясь кривым пазлом в нелепую  картину реальности. Которая выглядит парадоксально, неуместно в галерее людских судеб. Автор наглядно демонстрирует эту неуместность. Показывая, то мир, горячо бьющихся влюбленных сердец:

"Занимались только друг другом... я воспринимал ее как яркое и редкое новогоднее украшение, трепетно держал ее руках. И помыслить не мог – как бывает с избалованными чадами, легко разламывающими в глупой любознательности игрушки – о внутреннем устройстве этого украшения, воспринимал ее как целостную, дарованную мне благость. Вели себя беззаботно;"

то мир, где сердце человека в любое мгновенье может замолчать навсегда:

   "Закрываю глаза, пытаюсь унять дикую дрожь в руках, понимаю, что это бесполезно, и снова стреляю. Кто-то начинает стрелять сзади нас. На малую долю секунды я подумал, что – в нас, что – с обеих сторон, что – все на хрен. Так и подумал подумал: «Все на хрен», – и снова голову в землю вжал и землю укусил от страха".

По сюжету Егор Ташевский  командирован в Грозный. Там спецназовцы занимают здание бывшей школы, обустраиваются и начинают отсчет будней военной службы.

Отсутствие оголтелого героизма или драматичного предательства (а так же непостредственное участие самого Прилепина в первой чеченской) наделяют книгу важно необходимой честностью. Она ошеломляет, при этом являясь не гиперболизированной, органичной.

Главный герой пусть и кажется излишне терзаем рефлексиями, но, то - эмоции и переживания чуть ли не каждого сомневающегося, ищущего и стремящегося человека. Он отдается любви полностью и в тоже время, чувствуя себя несколько отстраненно, возможно, понимая подсознанием, что не достоин. О чем говорит нижеприведенная аллегория:

  "Себе я покупал черный, вне всякой зависимости от его мягкости, хлеб. На выбор хлеба Даше уходило куда больше времени. Собственно хлеба, в конце концов, я ей не покупал... полтора десятка или даже больше пирожных безобразно заполняли купленный здесь же, в булочной, пакет, измазывая легкомысленным кремом суровую спину одинокой ржаной буханки".

На войне Егор не отдается страху (хотя и боится, что естественно), чувствам праведного гнева, всепоглощающей ненависти или же, наоборот,- безликой отрешенности. На войне Егор отдаётся только одному простому, как он сам и каким должна быть жизнь,-  желанию. Он хочет, чтобы это всё поскорее закончилось. Он хочет мира.

Ссылка на отзыв "Черная обезьяна" ➡️

✨✨✨

Читайная пауза ☕️📚подписаться ⏩