Уникальные артефакты быта и мастерства, раскрытые старым снимком.
Эти фотографии были у нас всегда. Ну, по крайней мере, мне всегда так казалось. Сначала я приезжала в гости к бабушке и прабабушке на Украину. Эти фотографии жили на стенах, в рамах под стеклом и казались мне какими-то старомодными, тёмными, даже мрачноватыми. Одним словом- не цветные. Чёрно-жёлтые. Интереса к ним я вовсе не проявляла, мне гораздо любопытнее было смотреть, как прабабушка на заднем дворе лущит кукурузные початки, а бабушка кормит кур и свиней или варит варенье, или лепит вареники... Нравилось мне ещё кататься на огромном дедовом велосипеде, или сидеть на черешне с ведёрком и собирать спелые, почти чёрные сладкие ягоды, висеть на калитке, совсем как на карусели, или прятаться на чудесном таинственном чердаке…
Шли годы, прабабушки, бабы Саши, бабушки Гали давно нет на этом свете, фотографии перекочевали в альбомы. В один из приездов в Мурафу мне вдруг захотелось рассмотреть эти пожелтевшие, местами оборванные, хранящие запах прошлого снимки. Мне даже показалось, будто эти молодые, и не очень, люди - все мои прекрасные знакомые, друзья, и что я жила вместе с ними, носила такие же длинные платья, яркие вышиванки, нежные кружева… Бабушка Галя охотно раскрывала мне некоторые семейные тайны, рассказывала много захватывающих дух историй из своей жизни, рассказчица она была отменная. Но на некоторые вопросы она мне ответить не смогла. Может быть, эти вопросы её мало занимали в те далёкие времена - нелёгкой была её жизнь в молодости, может просто ей чего-то не договаривали её родители. Возможно, какие-то факты стёрлись из её памяти за ненадобностью - не могла же она предположить, что её внуки станут интересоваться прошлым её семьи, семьи её мамы и папы, бабушек и дедушек. Поэтому, некоторые тайны мне приходится теперь разгадывать почти самостоятельно. И мне удаётся пока только слегка прикасаться к ним.
И вдруг однажды, взглянув на одну из фотографий мне захотелось узнать побольше об этих людях. Какие вещи их окружали- простые и скромные или изысканные и дорогие? Какую одежду они носили - модную или не очень? Кто они сами? Какими людьми были? Где трудились? Что любили? О чём мечтали? Внешность, одежда, фон, выражение лиц людей, запечатлённых на этом фото, должны были дать ответы на некоторые вопросы. Для этого мне потребовалось изучить некоторые исторические данные, материальную культуру и костюм того времени. Сопоставляя семейные предания с событиями, происходившими в стране в те годы и рассматривая различные старинные изображения на фотоснимках из интернета, сравнивая их с данной фотографией, я попыталась порассуждать, и найти ответы на интересующие меня вопросы.
Мои предки по папиной линии – до четвёртого колена- все проживали на Украине, в Винницкой области, а до 1914 года - Гайсинском уезде – когда-то это была Подольская губерния, являвшаяся административной единицей Российской империи. Центром её был город Каменец-Подольский, и с 1914 года центром стала являться Винница.
Насколько мне известно - все они были простыми сельскими жителями, крестьянами. Если отталкиваться от выписки из метрической книги за 1904 год (многие старинные фотографии и документы мне подарила бабушка, и они находятся в моём семейном архиве) - моя прабабушка Александра «родилась 17 мая, крещена 30 мая в семье крестьянина Каменец-подольской губернии, Гайсинского уезда, Нижнекрапивинской волости, села Носовцы, Арсения Акимовича Шпиль и законной его жены Соломии Григорьевны, оба православные и первобрачные».
На одной из фотографий нашего семейного архива - по нехитрым подсчётам - фотография сделана в 1912-13 году, запечатлена маленькая девочка лет семи со своей мамой и сестрой милосердия. Судя по фото –мать и дочь нарядились в простую и удобную для поездок, но нарядную для фотографирования одежду. Зная, что самые распространённые в то время точки для фотографирования на Украине находились в Одессе, Киеве, Харькове можно предположить, что семья совершила путешествие из родного села в город, где располагался госпиталь. К сожалению, узнать в каком городе находилась эта фотостудия, не представилось возможным.
Девочку зовут Саша, Александра Арсеньевна. Она сидит на каменных перилах ажурной ограды, одетая в нарядное светлое платье. Платье сшито в складочку, по типу матроски, с отложным воротничком и галстучком. В те годы самой популярной одеждой мальчиков и девочек были матросские костюмчики. В середине XIX века появилась детская одежда, которая до сегодняшнего дня остается любимой и модной - матросский костюмчик. Само слово "матрос" (matroos) появилось у нас в эпоху Петра Великого, известного своей привязанностью ко всему голландскому и морскому. Такой фасон давал детям полную свободу движений и оставался ещё долгие годы благодаря своей практичности.
Платье у девочки длиной до голени подпоясано кушачком, концы которого она задумчиво держит в руках.
Волосы её собраны в два длинных хвоста и красиво перевязаны большими бантами. В то время девочкам принято было завивать локоны, которые носились распущенными или заплетёнными в косы и украшались лентами или бантами.
Обыкновенно девочкам к платью полагалось надевать чёрные туфли или ботинки на пуговицах либо на шнуровке, шерстяные чулки белого, коричневого, чёрного цветов. В качестве уличной обуви они так же носили обувь на пуговицах или шнурках. На фотографии можно разглядеть зашнурованные ботинки.
В ту эпоху фотографироваться было делом отнюдь не обыденным, это было целое событие, особенно для детей. Поводом посещения фотоателье становились, как правило, наиболее значимые события в жизни людей. Все, кто хотел запечатлеть себя на снимке, старались надеть лучшую одежду, продемонстрировать модные аксессуары.
Девочка Саша старательно не смотрит в камеру. Мне известно, что девочка лишилась правого глаза ещё в детстве, возможно из-за какой-то инфекции. Когда я спрашивала об этом у бабушки, она мне говорила, что такой её мама была всегда, и рассказывать об этом она не любила. Поэтому на всех фотографиях она изображена вполоборота, задумчиво смотрящей в сторону. Этим, впрочем, она не отставала от тогдашней моды- при фотографировании очень часто фотохудожники просили изображаемых смотреть вдаль, считалось, что такой взгляд мимо камеры, выражает некую одухотворенность и придаёт портрету ту самую искомую "художественность". В одиночных портретах такой приём работал, а вот в групповых и семейных - когда все задумчиво смотрят куда-то мимо, это выглядело довольно странно. Но так тоже снимали. И ещё интересно что в то время фотоаппараты могли снимать только при большой выдержке, которая длилась до 10 минут, а то и больше, поэтому улыбаться и моргать глазами не следовало и сидеть надо было без малейшего движения, дабы не получить в итоге размазанное изображение. Поэтому и выражения лиц получались несколько задумчивыми. Видно, что это лица людей, не обремененных многочисленными заботами, спокойные, открытые. Бедные, они не предполагают ещё, какие тяжёлые, страшные испытания ждут их вместе со страной уже в совсем недалёком будущем… им придется пережить революции, репрессии и войны…
Моя прабабушка и её загадочный наряд: тайны в каждой складочке.
Если внимательно посмотреть на старинные фотографии, по ним можно определить, к какому социальному слою относились люди, запечатленные на них. Стоит посмотреть хотя бы на обувь. У простых людей ботинки и сапоги, как правило, запыленные: будущие герои снимков могли идти часами по полю и пыльной проселочной дороге в фотоателье, которое находилось за несколько километров от их деревни. Ну а барышня, которая принадлежала к высшему сословию и приехала в карете, конечно, была в чистой и модной обуви.
В то время с нарядной одеждой носили обувь европейского типа: гусарики – кожаные ботинки на шнурках и пуговках, гетры – высокие ботинки с застежкой на боку и баретки – полуботинки на низком каблуке с узкими закруглёнными носами на шнуровке или пуговицах. Каблуки на дамских ботинках и туфлях были высотой 5-6 см, сужались в середине. Так же на ногах носили тонкие фильдекосовые, шелковые и шерстяные чулки, в 1912 году появились вискозные. Самые распространенные цвета чулок в 1900-1910 годы – черный и белый.
На матери Шурочки, Марии, выглядывающие из-под юбки мысочки дают возможность предположить, что это ботинки- баретки, сшитые из комбинированной кожи на невысоком каблуке- рюмочке. Край подошвы на одном из ботинок, видимо, побывал в ремонте, так как на фото виден небольшой след от склеивания.
И хоть на этой фотографии сословие по внешнему виду- одежде и обстановке- определить сложно, но всё-таки можно говорить о роде деятельности и оценить примерный достаток семьи. В конце ХIХ века после отмены крепостного права многие крестьяне имели неплохие, а то и очень приличные, доходы в городах. Одевались по-городскому и модно, но по сословию числились крестьянами. Одним из самых интересных периодов в истории моды историки считают «Золотую эпоху» - 1900-1909 годы ХХ столетия. В это время в Европе полным ходом набирала обороты индустриализация, поэтому массовое производство одежды и мануфактуры развивались стремительно, предлагая женщинам новые модели и фасоны.
В 1900-е гг. в России была широко распространена торговля по почте, чем с удовольствием пользовались жительницы удаленных от столиц городов. Высылая денежный перевод и описание параметров покупки, они заказывали и получали по почте корсеты, зонтики, шляпки, туфли и многие другие необходимые модные предметы. Таким образом столичные моды практически немедленно достигали самых дальних окраин империи – Дальнего Востока, Сибири, Средней Азии и т.п.
Скорейшему распространению модных тенденций и новинок способствовало и то, что в России 1900-х гг. издавалось более десяти отечественных журналов мод – «Дамский мир», «Парижские моды для русских читателей», «Современная женщина» и др. В этих журналах содержались не только последние модели одежды, но и советы по приобретению модных аксессуаров, выкройки, рисунки вышивок и т.п. В хранящейся в нашем семейном архиве подписке журналов «Нива» за 1910 год присутствует очень много различной рекламы, в том числе касающихся модной одежды, обуви, аксессуаров. Изучив некоторые объявления можно даже узнать стоимость вещей, ценовые категории которых могли удовлетворить спрос модниц, имеющих различный уровень доходов.
Следует ещё рассказать немного о причёске Марии. В то время ещё не пришла мода на короткие стрижки для женщин - они были тогда более чем непопулярны. На первый взгляд, аккуратная, простая причёска, делалась не очень просто. Основой прически была завивка на папильотки или горячие щипцы. Предварительно уложенные надо лбом пряди в виде волн собирали в пучок и скручивали в небольшой тугой узел на затылке и украшали декоративными гребнями, чаще всего – черепаховыми. Такую причёску носила и моя прапрабабушка.
Еще в начале XIX века ювелирные украшения стали разделять на парадные и повседневные, что соответствовало характеру и назначению костюма. Повседневные ювелирные украшения использовались в меру, чтобы подчеркнуть строгость и изящную простоту платья. Особое отношение к костюму и ювелирным украшениям существовало у сторонниц эмансипации женщин. Их активное участие в трудовой и общественной деятельности привело к необходимости создания простого и удобного костюма, применение украшений в котором было строго функционально. Закрытые платья или блузы с воротником стойкой украшали брошью с эмалью, сканью или поделочным камнем. Иногда брошь заменяли брелоком на длинной тонкой золотой или серебряной цепочке. Небольшие серьги с бирюзой, кораллом, жемчугом, янтарем, агатом и серебряное кольцо с таким же камнем в овальном или круглом щитке завершали костюм деловой женщины первой декады XX века.
На фотографии видно, что в качестве деталей, дополняющих костюм, молодая женщина применяла различные ювелирные украшения. На шее длинная, спускающаяся до талии, цепочка-жгут, завязанная в узел, в ушах маленькие круглые серьги; а также небольшие кольца на безымянных пальцах обеих рук.
Городская одежда, как и раньше, отражала социальное расслоение населения. Однако, рядовые горожане - ремесленники, мелкие торговцы, обслуга - обычно были выходцами из сельской местности, а потому и продолжали носить одежду, близкую сельской и не стремились угнаться за модой. Одевались они очень добротно, но не слишком модно. Немалую роль в этом играло и православие – господствующая в России и Малороссии религия. В соответствии с православными представлениями о морали женщинам не пристало носить вещи слишком открытые, например, очень декольтированные платья, и вообще выставлять напоказ свою фигуру.
Обычной одеждой малороссов с конца XIX в. была по-прежнему проверенная веками фасоном и кроем юбка-плахта и свободная рубаха-вышиванка. Только шить такую одежду стали чаще из фабричных тканей, а не из домотканных. Или «разбавляли» наряд модной юбкой длиной до подьёма ноги в форме колокола-годе или прямого фасона с несколькими складками по бокам, с запахом или разрезом. Такая юбка лишь приоткрывала носок туфли и практически была лишена декора.
Прогулочные юбки подшивали по низу «щеточками» - специальной тесьмой с плотной и короткой бахромой. Они не давали низу подола изнашиваться и загрязняться. На фотографии Мария одета в юбку, на подоле которой так же можно разглядеть эту тесьму. Запах юбки внизу украшен отделкой двумя пуговицами. Многие юбки тогда делались на подкладке. В начале XX в. носили лишь одну нижнюю юбку. Ее шили из самых нарядных тканей, применяли самые лучшие отделки и украшения.
Дамы и барышни, следуя новой моде, заказывали платья и блузки с высоким глухим воротником-стойкой. Английская блузка – один из самых популярных предметов дамского гардероба. Её украшали мережками, аппликацией, защипами, вставками, складочками, цветной шелковой вышивкой. Чаще всего блузки были белыми. Более простой вариант блузки, носимый с гладкой шерстяной юбкой или костюмом, в 1910 году становится основной одеждой работающих женщин. Рубаха на Марии сшита в народном стиле- а-ля «вышиванка» - с модным стоячим воротником, присборенными рукавами, на манжетах. Блузка застёгивается на потайные пуговицы спереди. Воротник, манжеты и край полочки отделаны украинской вышивкой. Ни одна нация не может похвалиться таким достоянием народной вышивки, как украинская. Невозможно представить украинца без искусно вышитой одежды, предметов бытового назначения, без рубахи- вышиванки. Кроме эстетического значения, вышивка нередко определяла возраст человека, его семейный и социальный статус. В конце XIX – начале XX столетия украинцы перешли на городской костюм, и потому, к сожалению, многочисленные черты традиционной национальной одежды были потеряны. Вышивание во все времена было для женщины радостью созидания, выражением в гамме цветов веры в лучшее будущее, оптимизма, любви к окружающему миру и к своей семье. А зачастую - вышивание становилось для мастерицы ремеслом.
Непростая судьба белошвеек: кому служили своими руками три сестры?
Вот я и дошла до того места, где должна вспомнить рассказы моей бабушки о её бабушке, точнее - бабушках.
Их было три сестры. Красивые, высокие, «породистые», каждая имела толстенную косу до пола. Все они имели несчастье быть у польских панов в услужении. Оттого, видимо, что они были красавицами, им повезло немного больше – работы у них были негрязные- в отличие от остальной обслуги они имели неплохое место для работы «наверху». В панских покоях они работали белошвейками.
Белошвейка - женщина, занимавшаяся шитьем тонкого, нежного - обычно - нижнего белья. По моде того времени изящная женщина носила в пределах 2,5 кг интимной одежды: штанишки, сорочку, "юбку приличия", корсет, нижнюю юбку, вторую нижнюю юбку, боковку... Зимой надевалось кроме того согревающее бельё. Поэтому труд белошвеек был почетен и вызывал заслуженное уважение. Эти мастерицы умели не только искусно шить одежду и аксессуары, но и вышивать. Они знали, как украсить ткань жемчугом и золотыми нитями, драгоценными камнями. Особенно ценилось в работе белошвейки искусство вышивки белыми нитями.
Не каждая женщина могла освоить это ремесло, так как оно требовало зоркости глаз, быстроты пальцев, нестандартного мышления. Белошвейка занималась не только пошивом, но и раскроем одежды. Значит, она должна была уметь считать и писать, представлять в уме образ будущей модели одежды. Но не только этим занимались девушки: они изготавливали нижнее и постельное белье, аксессуары интерьера (шторы, занавески, накидки, покрывала и пр.). Во все времена правления царей при дворе жили мастерицы, изготавливающие шикарные одежды для царствующих особ и знати. Узоры, вышиваемые ими, являлись своего рода письменами, сообщающими важную информацию для окружающих.
Однажды, приехав с родителями в гости к своей бабушке, Гале пришлось немало удивиться. Её уже немолодая бабушка Мария расплела свою «косищу», вложила в руки изумлённой и оторопевшей шестилетней девочки ножницы, повернулась к ней спиной, раздвинула пряди на затылке и повелела: «Стриги!». Потом выяснилось, что ей просто очень тяжело было носить косу. И, хоть в те 30-е годы женщины уже позволяли себе подстригаться по моде того времени, Мария считала, что это неприлично.
Из семейных преданий, во времена молодости Марии, в конце XIXвека, паны-хозяева строго следили за своими подданными. Не разрешалось ничего менять в своём облике без их на то разрешения. Паны сами решали - как одеваться, как жить и за кого выходить замуж их слугам…
Так и вышло – замуж Мария вышла не по любви, а по воле случая. Однажды мимо дома, где она работала, проезжала панская карета. И случилось так, что девушка в то время вышла за ворота и начала переговариваться о чём-то, видимо - по какому-то делу - с молодым парубком. Совсем немного - пару слов, минутку… Но этого хватило для того, чтобы хозяева их увидели вместе… «Гляди-ка! Какая красивая пара! Надо их срочно поженить!» Мария к тому времени уже была обручена с другим и у того парня тоже имелась невеста… Чуть не всем селом ходили молодые к хозяевам, падали в ноги, плакали, умоляли отменить приказ. Но те были непоколебимы и безжалостны… Помещики там были исключительно поляки, которые смотрели на своих православных крестьян, как на бесправных рабов и соответственно с этим с ними обращались.
Светлый фасад - мрачные реалии: истинные взаимоотношения господ и подчинённых.
В интернете я нашла статью о том, как жили слуги в Англии в начале XX века. Судя по комментариям, всё до мелочей очень было похоже на Россию XVIII-XIX века. Вот некоторые выдержки из правил для хозяев и слуг.
Отношение Хозяина к слугам:
Все члены семьи должны поддерживать соответствующие отношения с персоналом. Со старшей прислугой, которая работает непосредственно в семье, должны быть установлены доверительные и уважительные отношения.
Ваши слуги являются демонстрацией вашего богатства и престижа. Они являются представителями вашей семьи, поэтому выгодно, чтобы между вами развивались хорошие отношения.
Однако это не касается служащих низшего ранга.
В то время как горничные убирают дом в течение дня, они должны приложить все усилия к старательному выполнению своих обязанностей и в то же время не попадаться вам на глаза. Если случайно вы встретитесь, вы должны ожидать, что они уступят вам дорогу, отойдя в сторону и опустив взгляд, в то время как вы проходите мимо, оставив их незамеченными. Не обращая на них внимание, вы избавите их от стыда объяснения причины их присутствия.
В старых домах принято менять имена слуг, которые поступают на службу. Вы можете также следовать этой традиции. Общими прозвищами для слуг являются Джеймс и Джон. Эмма – популярное имя для домработницы.
Никто не ожидает, что вы возьмете на себя труд помнить имена всех ваших служащих. Действительно, для того, чтобы избежать обязанности разговаривать с ними, служащие низшего ранга будут стремиться, чтобы сделать себя невидимыми для вас. Поэтому их вообще нет нужды узнавать.
Правила для слуг:
Дамы и Господа в доме никогда не должны слышать ваш голос.
Вы всегда должны почтительно отходить в сторону, если встречаетесь с одним из ваших работодателей в коридоре или на лестнице.
Никогда не начинайте говорить с Дамами и Господами.
Служащие никогда не должны излагать свое мнение работодателям.
Никогда не разговаривайте с другим слугой в присутствии вашего работодателя.
Никогда не звоните из одной комнаты в другую.
Всегда отвечайте, когда вы получили заказ.
Всегда держите наружные двери закрытыми. Только дворецкий может ответить на звонок.
Каждый служащий должен быть пунктуальным во время еды.
Никаких азартных игр в доме. Оскорбительные выражения в общении между слугами не допускаются.
Персоналу женского пола запрещено курить.
Слуги не должны приглашать посетителей, друзей или родственников в дом.
Горничная, которую увидели кокетствующей с представителем противоположного пола, увольняется без предупреждения.
Любые поломки или повреждения в доме будут вычтены из заработной платы слуг.
После приема на работу новым слугам давали новые, легко запоминающиеся имена — Генри, Джон и Уильям для мужчин, а женщины становились Сарами и Эммами.
Если служанки подвергались домогательствам со стороны хозяев, то у них практически не было возможности защитить себя. Например, польский пан брал себе любовницу из деревни для – как это тогда называли - «улучшения породы» мужиков. Для панов это было нормально. Ненависть простонародья, которая проявлялась на протяжении веков, не взялась ниоткуда.
Возвращаюсь к исследованию фотографии. Итак, рядом с девочкой Александрой, на каменной скамейке присела мама девочки, Мария. На обороте фотографии можно прочитать «Дорогому Арсению на добрую память от Маруси и дочки Шуры». Но в метрике ведь её имя Соломия! Почему-то она не любила чтобы её называли так - Соломия… И, кстати, Арсения Акимовича тоже называли по-другому. Арсением Яковлевичем… Может это всё оттого, что мы прочитали выше из правил для хозяев- имена были нелюбимые, так как их давали паны?
Белоснежный образ девушки: форменное платье и неизвестное имя сестры милосердия, как вечный символ сострадания.
Итак, за оградой, и за спиной у девочки рядом стоит неизвестная девушка. Судя по одежде- это сестра милосердия. Значит, фотография была сделана в месте где находился госпиталь. В то время к фотографированию относились серьёзно, и кто попало на фото оказаться не мог. Возможно, девушка была хорошим другом семьи, возможно очень старательно выхаживала девочку при её недуге.
Сёстры милосердия - лица, добровольно посвятившие себя безвозмездному уходу за больными и ранеными.
Сестры милосердия имели нечто вроде униформы: длинное глухое серое или коричневое платье с белыми, отдельно привязывавшимися рукавчиками, глухой белый передник и белая косынка, напоминавшая апостольник монахинь, с большим красным крестом на лобной части.
Сестры милосердия отличаются костюмами в связи с принадлежностью к разным церквям и приходам. Типичным все-же остается белое одеяние. В сестры милосердия принимались девицы и вдовы христианских вероисповеданий от 20 до 40 лет. Жили они при общинах либо при военных госпиталях и больницах, служба была безвозмездной, но от общины сестры милосердия получали одежду и содержание.
На переднике сестры имели отличительный знак своего звания – нашитый на нагруднике знак Красного Креста (КК). При исполнении своих обязанностей сестры носили на левой руке повязку со знаком КК, имевшую личный номер, что должно было подтверждаться особым удостоверением (в случае войны повязка носилась беспрерывно). Женский санитарный персонал, не имевший звания сестры милосердия, носил такую же форму, но без нагрудного КК. С утверждением к концу XIX в. в медицинской практике белого халата сестры милосердия так же, как и врачи, стали использовать его во время службы в лечебных заведениях, нередко поверх надевая еще и передник. На шитье таких халатов, длинных и совершенно глухих спереди (воротник стойка, завязки сзади), уходило немало аршин отбельного полотна или бумажной ткани, в противном случае не удавалось бы полностью скрывать платье. В сущности, если сделать поправку на длину, можно сказать, что фасон медицинского халата для российской сестры милосердия – медицинской сестры, равно как и для врачей, не занимающих руководящие посты, не менялся в течение многих десятилетий.
Итак, разглядывая одну лишь фотографию, я узнала необыкновенно интересные факты из жизни нескольких поколений разных людей, живших когда-то на Украине, в Росси, Польше. Меня интересовала этническая история, антропология, начиная со времён Речи Посполитой и до наших дней.
А украинский народный и современный костюм! Я пересмотрела море старинных фотографий в интернете, сделанных во временном отрезке 1890-1915 года. Как художника, меня не перестанет интересовать костюм разных эпох. Когда я пыталась понять кто эти женщины на фото, то знакомилась с неведомыми мне, уже вышедшими из обихода названиями и предназначением различных предметов одежды, деталей, аксессуаров, украшений, бытовых вещей.
С я гордостью принимала информацию о профессии прапрабабушек- оказывается вот откуда у меня и моих дочерей тяга к прекрасному рукоделию и творчеству в целом. С горечью узнавала о жизни слуг и господ в контексте жизни моих предков, ведь одно дело - чтение обо всём этом в рассказах и романах, а переживание за своих родственников, предков, это совсем другое – более щемящее чувство.
С восхищением изучалась мною история возникновения сестричества - благодаря неизвестной скромной девушке на семейном фото, которая, видимо, сыграла какую-то роль в жизни семьи. Как жаль, что теперь никто не подскажет даже её имени…как жаль, что все эти прекрасные лица канули в лету…
Одно только пожелтевшее, старинное-престаринное фото… а сколько разнообразной, интереснейшей информации мне пришлось перечитать в интернете, чтобы найти необходимую, подходящую по времени и стилю к изображённому на нём. Много я сделала открытий исторических, географических, эстетических… Одного только открытия сделать никогда не удастся - ни с помощью самой новейшей техники, ни с помощью современного, самого всезнающего интернета… Мысли, чувства, мечты, голоса, горести, радости, привычки… Всего, что называется не фактами биографии, а душой…
Тайна жизни - неизбежная причастность к множеству бесконечных цепочек предыдущих поколений моих родных- захватывает мой дух. И я – звено одной из них. И дети мои - продолжатели рода. Хорошо бы этим цепочкам расти и быть всегда сильными и крепкими. Не обязательно им быть серебряными, золотыми… Простыми. Но - добрыми, честными и обязательно - счастливыми.