Не хватает креатива? Идите гулять: секретный рецепт от великих

В 1885 году композитор Петр Чайковский в поисках уединения снял коттедж в небольшой деревушке примерно в 50 км к северо-западу от Москвы. После долгих лет скитаний по Европе 45-летний мастер музыки обрел здесь свое новое пристанище, что стало для него настоящим облегчением. В письме своей покровительнице он отмечал:

«Какая радость быть в собственном доме! Какое блаженство знать, что никто не придет и не помешает моей работе, моему чтению, моим прогулкам».

Эти прогулки имели особое значение для Чайковского. Перед началом дневной работы он совершал короткую прогулку, обычно не более 45 минут. После обеда, независимо от погоды, он снова выходил на улицу. Его брат позже вспоминал:

«Где-то он открыл для себя, что человеку необходима двухчасовая прогулка для здоровья, и строго придерживался этого правила — будто если он вернется на пять минут раньше, то заболеет и случится какое-то невероятное несчастье».

Возможно, суеверие композитора было оправдано — именно во время этих прогулок он часто останавливался, чтобы записать идеи, которые позже развивал за фортепиано.

Этот ритуал был характерен и для других великих музыкантов. Бетховен после обеда отправлялся на энергичную прогулку, всегда с карандашом и листом бумаги в кармане — чтобы запечатлеть случайные музыкальные мысли.

Густав Малер также следовал подобной практике: трех- или четырехчасовые прогулки с остановками для записи идей в блокнот. Бенджамин Бриттен говорил, что его дневные прогулки служили планированию будущих произведений. А американский композитор Мортон Фельдман в 1971 году описывал свою рутину:

«Я встаю в шесть утра, сочиняю до одиннадцати и затем выхожу гулять часами».

Самым необычным примером является французский композитор Эрик Сати. Он каждое утро шел пешком около шести миль от своего дома в пригороде Парижа до района Монмартр. Там он навещал друзей, работал над композициями в кафе и ужинал — зачастую опаздывая на последний поезд домой. В таком случае он возвращался пешком и ложился спать лишь перед рассветом, а затем снова отправлялся в путь несколько часов спустя.

Ученый Роджер Шаттак предположил, что именно эти бесконечные прогулки взад и вперед по одному маршруту формировали уникальное чувство ритма у Сати и его понимание вариаций в повторении.

Но не только музыканты практиковали длительные прогулки. Философ Сёрен Кьеркегор находил вдохновение во время своих ежедневных походов; иногда так торопился записать идеи, что возвращался домой и писал стоя у стола, не снимая шляпы и с тростью или зонтиком в руке. Иммануил Кант выходил на прогулку строго в 3:30 дня. Мильтон гулял по саду по три-четыре часа почти каждый день — настолько сильно любил эти моменты отдыха.

Многие художники предпочитали гулять в одиночестве, однако встречались и исключения. Например, Густав Малер часто брал с собой жену на дневные походы. А философ Витгенштейн просил кого-то сопровождать его во время прогулок.

«Прогулка с Витгенштейном была очень изнурительной. Он говорил о чем угодно с большой серьезностью и интенсивностью; мне было трудно поспевать за его мыслями. Он шел рывками: останавливался сделать замечание или взглянуть мне прямо в глаза, затем быстро шел дальше или замедлялся — его хождение было непредсказуемым», — вспоминал его друг Норман Малкольм.