Канадцы свой выходной провели в отеле. Биллу Шиллу в этот день исполнился 31 год, но Шилл предложил празднование перенести на 7 марта, отметив одновременно и его день рождения, и победу над русскими. «Все верили в победу над сборной СССР», - вспоминал впоследствии Шилл. «И я не был исключением. Поэтому, именно я предложил перенести на следующий день все праздничные мероприятия. Я посчитал, что так будет уместнее. В итоге праздновать было нечего. Мы крупно проиграли, что негативно сказалось на настроении парней. Прийти в себя мы немного смогли уже во время награждения команд. Кстати, мы очень хорошо провели тогда время за одним столом с русскими хоккеистами. Эти русские оказались очень открытыми и весёлыми парнями. Совершенно не такими злобными и дикими, какими нам их описывали в Канаде». «Канадцы весь турнир держались высокомерно», - делился своими ощущениями Виктор Шувалов. «Но после финального матча общались с нами уже иначе». За несколько дней до финала, когда стал известен ближайший турнирный расклад, в Швецию прилетел советский радиокомментатор Вадим Синявский. Опекать его поручили пресс-атташе советского посольства Евгению Рымко. Комментировать финальный поединок Синявскому предстояло с самого верхнего зрительского ряда – оттуда вся игра как на ладони. Никакой кабины не было, а к комментаторскому месту, где расположились Синявский и Рымко протянули провода, установили микрофон и немного освободили пространство. Изначально, единственным слушателем и цензором этого радиорепортажа был никто иной, как сам Георгий Максимилианович Маленков, который и должен был решить, давать ли эту запись позже в эфир, или ограничиться всего лишь несколькими словами в сводке новостей. Синявский об этом знал, но особенно не волновался.
Худенький, невысокого роста человек, закутанный в несколько шарфов и пальто, «гремел» своим неповторимым голосом, как ещё совсем недавно, выпуская в радиоэфир фронтовые сводки во время Великой Отечественной. Синявский был фронтовиком, получившим тяжёлое ранение под Севастополем, и удостоившимся «чести» называться личным врагом Гитлера. Поистине – выдающийся человек! В сохранившихся кадрах кинохроники можно увидеть, как канадцы выходят на лёд показательно весёлыми. Наши – предельно собранными. Тренер канадцев выбросил на лёд всего одну шайбу, которую его подопечные с улыбками пасовали друг другу, изредка подбрасывая её в сторону своего вратаря. Выглядело это словно развлечение. Некоторые и вовсе, перешучивались между собой в центральной зоне, искоса поглядывая в сторону советской сборной. Помощник Аркадия Чернышёва, Владимир Егоров, выбросил на лёд десяток шайб. Тут же начался активный «перепас», а главное, нападающие поочерёдно стали несильными бросками разминать своих вратарей. Матч ответственный, и могло произойти всё, что угодно. А значит - оба голкипера должны быть в тонусе. Предматчевая разминка у игроков сборной СССР проходила в высоком темпе, на что обратили внимание и канадцы. Кое-то из них даже пошутил, мол, если русские так разминаются, сил им хватит только на половину первого периода. И вот, в 15:00 по местному времени швейцарские судьи Оливьери и Тоффель свистками сигнализируют командам об окончании предматчевых приготовлений. Сборные Канады и СССР выстраиваются на синих линиях. Всеволод Бобров вручил капитану канадцев Тому Кэмбеллу памятный вымпел, чем вызвал всеобщее одобрение у болельщиков. В Европе ещё не привыкли к такому ритуалу, а потому, пришедшие на «Королевский стадион» поклонники хоккея расценили этот своеобразный жест исключительно, как проявление спортивного дружелюбия. Кстати, среди 16.000 болельщиков, собравшихся на стадионе, был и будущий Президент IIHF, а в 1954-м корреспондент «Спортинформационс Динст» Гюнтер Сабецки. Спустя годы Сабецки признался, что тогда в Стокгольме он стал болельщиком советского хоккея.
Матч начался с бурных и очень грубых атак канадцев. Но для наших игроков в этом как раз не было ничего необычного. «Канадцы играли слишком предсказуемо», - делился воспоминаниями Виктор Шувалов. «От красной линии швырнут шайбу в угол нашей зоны и несутся к ней. Но наши защитники в скорости им не уступали, чаще на шайбе были первыми. Мы спокойно разыгрывали «лишнего». Главная задача наших защитников заключалась в том, чтобы как можно быстрее перебросить шайбу в среднюю зону, к нападающим». Искусством первого паса великолепно владел Генрих Сидоренков. Он видел площадку, хорошо чувствовал партнёров и эффективно «отрезал» от игры обычно сразу нескольких соперников. Сидоренков был выдающимся мастером, но и другие партнёры ему не уступали в мастерстве и желании победить. Понимая, что далеко не всё складывается в их пользу, канадцы всё чаще шли на столкновения, на силовые приёмы. Их «коронкой» считалось прижать мощным торсом соперника к борту. Однако, если в играх против шведов и других соперников это срабатывало, то в матче против сборной СССР план устрашения провалился. Когда на льду появлялась вторая пятёрка советской команды – Бычков, Гурышев, Хлыстов, с защитниками Виноградовым и Жибуртовичем, канадцы вообще не понимали, как им играть. Особенно им досаждал резкий Николай Хлыстов, который очень умело уходил от силовых приёмов, успевая грамотно распорядиться шайбой, отдавая точный пас своим партнёрам. И вот наконец Алексей Гурышев открывает счёт в матче. Канадцы обескуражены: в каждой игре именно они забивали первыми, а тут… В недоумении и зрители. Ведь их заранее убедили в лёгкой победе канадской команды. Тем не менее, канадские игроки этот гол не восприняли, как приговор. Ринувшись в атаку, заокеанские форварды совершенно позабыли, что игра судится по европейским правилам. Как итог: «кленовые листья» остаются втроём, чем незамедлительно воспользовались советские игроки. Вторую шайбу забросил Виктор Шувалов с подачи Евгения Бабича. Не смог не отличиться и Всеволод Бобров. Жажда гола, казалось, иногда отключала в нём инстинкт самосохранения, и он стремился забить «свой гол» даже рискуя в столкновении получить тяжёлую травму. Вот и в этот день очередная сольная атака Боброва завершилась вспышкой сигнальной лампы за воротами, которые защищал Дон Локхарт. 3:0!
А за 23 секунды до окончания первого периода Михаил Бычков забросил четвёртую шайбу. Настроение у канадцев было испорченным. Они понимали - отыграть 4 шайбы будет чрезвычайно сложно. Игроки отправились отдыхать, а Илья Мокрецов поспешил сообщить счёт по телефону дежурному в ТАСС – 4:0 в пользу сборной СССР. Растерявшийся от такой неожиданности дежурный переспросил: «Илья, а ты ничего не перепутал?» Но ликовать было рано – второй период начался с атак «Кленовых листьев». Это было ожидаемо, как и то, что канадцы упрямо отказывались менять свою тактику. Может быть, для них другой и не существовало? Кто знает. Но всё же удача им улыбнулась. Шла четвёртая минута, когда Мо Голлан «распечатал» ворота Николая Пучкова. Неудачное начало второго периода не оказало большого влияния на игру советских хоккеистов, что позволило нам увеличить счёт до 5:1. Канадцы со своей стороны всё равно не опускали руки и стремились переломить ход встречи силовым давлением и грубостью. Если в начале игры они выглядели растерянными, то теперь просто ожесточились. Уже тогда, в 1954-м, у нашей команды возник принцип: на ваши удары мы ответим забитыми голами. Сначала на тринадцатой минуте Кузин, а затем Кучевский доводят счёт до разгромного – 7:1. К началу третьего периода лёд постепенно подтаивал, и уставшим хоккеистам обеих команд скоростная игра давалась крайне тяжело. Однако, Билл Шилл всё же «сказал своё веское слово» профессионала. Он смог протолкнуть в сетку советских ворот вторую шайбу. Но счёт на табло «Королевского стадиона» окончательно «замёрз», оставалось лишь дождаться финального свистка. Так в историю мирового хоккея вошла победа сборной СССР – 7:2, когда дебютанты разгромили 15-кратных чемпионов мира!
«Работа Вадима Синявского на трибуне уже завершилась, когда вдруг по обратной связи раздался звонок из Москвы – плохо записались последние три минуты матча»,- рассказывает Всеволод Кукушкин. «И великий комментатор, не имея перед глазами реальной картины, произнёс комментарий по памяти! Это был настоящий радиоспектакль, слушатели «видели» игру, так образно говорил Синявский об атаке Боброва и передаче Шувалова…а перед ним был пустой стадион. Он комментировал по памяти – невероятное мастерство»! Этот репортаж в «Последних известиях» Всесоюзного радио был смонтирован, но звучал торжественно. И именно Вадим Синявский тогда впервые сказал во всеуслышание: «Хоккей стал нашим»! Над «Королевским стадионом» звучит Гимн Советского Союза. Медленно поднимается по флагштоку знамя Страны Советов. Церемония награждения победителей началась, и Вице-президент Международной лиги хоккея Джон Ахерн торжественно вручил Всеволоду Боброву кубки чемпионов мира и Европы. Пока хоккеисты в жаркой борьбе оспаривали на льду звание сильнейших, организаторы во всю готовились к вечернему банкету в стокгольмской ратуше. Там же советские хоккеисты были награждены золотыми медалями чемпионов мира и Европы. Канадцам вручили серебряные медали за чемпионат мира, а шведы получили по две медали – «серебро» за европейское первенство и «бронзу» за мировое. Чехословацкие хоккеисты стали бронзовыми призёрами чемпионата Европы. Впервые в истории проведения мировых первенств директоратом чемпионата мира и Европы определялись лучшие в своих игровых амплуа хоккеисты. Насчёт нападающего сомнений ни у кого не было – Всеволод Бобров, лучшим защитником назвали Ханса Эберга, а лучшим вратарём, совершенно неожиданно для всех стал голкипер, пропустивший в финале 7 шайб - канадец Дон Локхарт. Успех советского хоккея во многих странах был воспринят по-разному. Канадцы обрушились с критикой своей команды, предлагая, словно школьных двоечников высечь хоккеистов розгами, как это практиковалось в старые времена в английских школах. В шведских газетах главным хоккейным открытием называли Всеволода Боброва. Его нарекли «королём хоккея», а огромные портреты с добродушно улыбающимся Бобровым были напечатаны на обложках всех местных газет. Кроме того, стокгольмские улицы сплошь были увешаны афишами с его фотографией. Газета «Советский спорт» вышла с заголовком: «Триумф советских хоккеистов», а шведская «Стокгольм – тиднинген» в своих выводах о победе сборной СССР писала: «Канада – первая до сих пор нация в области хоккея – впервые потерпела поражение в международной встрече с таким счётом». Газета «Моргенпостен» опубликовала свой комментарий: «Переполненный стадион стал свидетелем того, как новички в области хоккея, кем являются спортсмены из СССР обращались с хоккеистами Канады, как со школьниками. Никто и никогда не играл так здорово в хоккей с шайбой, как команда СССР против Канады». Прошло несколько лет, прежде чем хоккейные специалисты пришли к выводу, что успех сборной СССР на Чемпионате мира 1954 года оказал благоприятное влияние на развитие всего мирового хоккея. Ведь если говорить откровенно, это было время, когда игре катастрофически не хватало свежести от новых идей. Можно смело утверждать, что с марта 1954 года открылась новая глава в истории этого вида спорта. Возвращаясь к этой исторической вехе, мы не просто отдаём должное первопроходцам советского хоккея, но прежде всего подтверждаем, что по дороге к великим свершениям пройден путь серьёзных испытаний. Как сказал один мудрый человек: «Подлинная история – не роман и не сказка – это реальность. А из реальной жизни не исключить и горьких моментов. История не терпит изобретательства. Наши дороги скорее подходят под классическое: «Через тернии к звёздам!» И любой, любящий спорт, свою страну становится любителем Истории. Она богата страстями, активными действиями, она позволяет нам сопереживать тем, кто когда-то выходил на лёд, она позволяет нам оказаться вместе с теми людьми, чьи имена доставляют радость воспоминаниями, связанными с ними, с их поступками, с их успехами». С этим трудно не согласиться потому, что, как правило, история чёрно-белой бывает редко – почти никогда. И для того, чтобы продолжить движение вперёд нам необходимо принять её во всей полноте. Не закрывая глаза на её трагические страницы и её триумфы. Потому, что в нашей истории было и то, и другое. История – она непрерывна, в ней совершенно равнозначен ход движения вперёд как достижений, так и катастроф.
Владимир Набоков