Всем привет, друзья!
Кто такие каратели? Слово давно стало символом жестокости, убийства, бесчеловечности. Но как же они исчезали из поля зрения правосудия? Особенно после войны, когда миллионы жизней были разрушены, а палачи просто… меняли фамилии, прятались за границей или маскировались под «жертв тоталитаризма».
За четверть века после войны кубанским чекистам удалось распутать немало сложных дел. Среди тех, кто оказался под следствием, были не только простые исполнители, но и настоящие профессионалы смерти — Вейх, Элизбарашвили, Еськов, Алещенко и другие. Работой руководили опытные контрразведчики — полковники Маракушев и Куликов. Им было что рассказать потомкам: их операции напоминали детективные истории, где каждый шаг мог стать последним.
Одной из задач советской контрразведки стало выявление бывших карателей. Не все преступники попали под трибунал сразу после войны. Многие сумели скрыться. Например, по делу Керера и его сообщников был собран материал на Георгия Цинаридзе — человек с безрадостной биографией. Его имя всплывало в разных регионах, от Ставрополья до Полесья. Уже тогда становилось ясно: речь идёт о массовых убийствах мирного населения. А спустя годы стало известно и место его проживания — Монреаль, Канада.
В 1968 году Советский Союз официально потребовал экстрадиции Георгия Фёдоровича Цинаридзе. Ответ Канады был предсказуем — отказ. Справедливость наткнулась на стену международной дипломатии. Но чекисты не отступились.
Что говорило следствие? К осени 1942 года этот человек, бывший красноармеец, уже служил оккупантам. Он принимал участие в расстреле шестидесяти заключённых ставропольской тюрьмы СД. Не просто помогал — гнал людей ногами в камеру смерти. Так начиналась его карьера предателя. Сначала он был лишь брадобреем при «Кавказской роте», но быстро обратил на себя внимание её командира — Вальтера Керера. Потом стал командиром взвода. И вот уже он в Овруче участвует в сожжении деревень, в Каменке — в массовых казнях, а вечером того же дня в Ступках — в уничтожении двухсот человек, запертых в бараке и сожжённых заживо.
Но самое страшное произошло в Яновском лагере под Львовом. Оккупанты начали сводить счёты с заключёнными, чувствуя, что конец близок. После убийства одного из офицеров каратели устроили кровавую резню. Автоматный огонь покрыл всё поле. А среди стрелявших был и Цинаридзе. Он вёл огонь до тех пор, пока на площадке не осталось живых. По данным следствия, именно при его участии там погибло более двух тысяч человек.
Ещё один эпизод — в конце 1944 года. Партизаны убили карателя Самсонидзе. На место тут же примчался Керер со своим взводом, во главе которого стоял Цинаридзе. Жителям села пришлось ответить за убийство. Тридцать молодых мужчин были выбраны лично Керером и расстреляны. Исполнителем приговора снова стал Цинаридзе. Он завёл группы в дом и убил каждую. Затем дом с телами сожгли.
Поняв, что ситуация становится критической, Цинаридзе в январе 1945 года бежит на Запад. Продолжает службу в так называемом «Грузинском легионе». Но это уже не война, а бегство. В Вене он предъявляет поддельные документы о якобы партизанской деятельности в Италии. Однако сотрудники лагеря явно ему не верят. Ночью он сбегает снова, меняет имя и скрывается под новой фамилией до 1949 года. А затем устраивается в Канаде, где живёт почти двадцать лет под чужим именем — Гелдиашвили Давид.
И вот в 1973 году он решается вернуться в СССР. Почему? Полковник Куликов позже предположил: «Думал, что всё забыто. Большинство сослуживцев уже мертвы. Некому опознать. Да и канадский паспорт защитит...»
Но судьба оказалась точнее. В Шереметьево его узнал бывший узник Яновского лагеря. За ним тут же установили наблюдение. Видимо, ностальгия сыграла злую шутку — он даже решил съездить в родной Батуми. Чекисты оказались готовы. Они привезли его бывшую жену и родственников прямо в аэропорт. Все признали его. Арест последовал вскоре.
В Батуми провели ещё одно опознание. Подобрали двух мужчин примерно той же комплекции, посадили рядом. Один из бывших сослуживцев, Куртанидзе, сразу указал на Цинаридзе:
— Это Гриша. Был взводным у Керера.
Другой, Георгадзе, добавил зло:
— Перестань притворяться, Гришка. Как всегда, хочешь проскочить?
Суд над Цинаридзе проходил в Краснодаре в 1974 году. Местом заседания выбрали Дворец культуры масложиркомбината. Зал был переполнен. Процесс длился две недели. О нём рассказывали радио, телевидение, газеты. Для международного проката сняли специальный фильм — его должны были показать в том числе в Канаде.
Приговор был суров — высшая мера. Но канадская сторона вмешалась. После долгих переговоров вместо расстрела Цинаридзе получил пятнадцать лет заключения. Что с ним стало потом — история умалчивает.
Публикация основана на рассказе из книги: Иванов А., Понизовский В., Михайлов В. Найти и обезвредить. — Москва, 1985
★ ★ ★
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!