Олицетворением всех матерей-героинь стала кубанская крестьянка Епистиния Степанова, положившая на алтарь Победы самое дорогое, что у нее было – жизни своих девятерых сыновей. Александр, Николай, Василий, Филипп, Федор, Иван, Илья, Павел и еще младший Александр – все они, кроме старшего Александра, погибшего в гражданскую войну, и Федора, павшего в бою с японскими захватчиками на реке Халхин-Гол, были призваны на Великую Отечественную. С матерью осталась дочка Валя. А Николай, единственный, кто вернулся с фронта, умер после войны от последствий фронтовых ранений.
Епистинии Федоровне Степановой выпало проводить на войну всех своих сыновей. Девять раз выходила она за калитку, держась за вещмешок сына. Дорога из хутора 1-е Мая на Кубани шла сначала полем, а потом чуть забирала в гору, и тогда человек в солдатской шинели был отчетливо виден. Так и запомнила Епистиния Федоровна своих сыновей – уходящими.
Все военные годы мать жила весточками от детей. И сыновья не забывали мать.
«Скоро возвратимся в родные места. Заверяю вас, что буду бить оголтелую сволочь за родную Кубань, за весь советский народ, до последнего дыхания буду верен военной присяге, пока в моей груди бьется сердце... Мы закончим, тогда приедем. Если будет счастье», – писал младший Саша, Мизинчик, как называли его братья. Он последним из сыновей ушел на войну.
А потом писем не стало. Их не было от Павла, Филиппа, Ильи, Ивана... Так, в неизвестности, непроходящей тревоге и ожидании, пришел 1943 год – год тяжких испытаний.
Первым погиб Саша, ему было двадцать. При форсировании Днепра у села Селище все бойцы младшего лейтенанта, командира подразделения Александра Степанова погибли. Тогда он, один оставшийся в живых, зажав гранату в руке, вышел навстречу гитлеровцам. Посмертно Александр удостоен звания Героя Советского Союза.
На Курской дуге погиб Илья. Под Днепропетровском сложил голову партизанский разведчик Василий. На белорусской земле могила Ивана. Пропал без вести один из защитников Брестской крепости, Павел. В фашистском концлагере Форелькруз замучен Филипп... Мать не сразу получила похоронки. Не надевала траурного черного платка, верила, что дети живы, просто не могут подать весточки. Но шли дни, месяцы, а они не отозвались. Мать ждала писем от сыновей, а получила извещения об их гибели.
После войны о семье Степановых узнала вся страна. О русской Матери написана книга, создан музей ее имени. И еще есть фильм. Он снят при жизни Епистинии Федоровны, когда она шагнула на свой девятый десяток. Его показывают на маленьком экране в музее. Фильм документальный. Его героиня — уже очень немолодая женщина в белом платке, повязанном аккуратно, по-деревенски. Она говорит негромко, и каждому, кто ее слушает, кажется, что она обращается именно к нему. Тихо рассказывает она о тех годах, когда рядом росли дети. И разглаживаются ее морщинки, и светлым становится взгляд, а рука, кажется, так и ищет мягковолосую голову сына, чтобы приласкать...
А потом голос Матери прерывается, и тогда становится трудно смотреть на экран из-за нахлынувших слез, трудно слушать женщину и невозможно справиться с волнением. Звучит ее живой голос: «Все сыны идут, а моих нет и нет...»
Вещи, которые хранятся в музее, трудно назвать словом «экспонаты». Каждый предмет – о материнской любви, здесь собрано все, что она берегла: скрипка Василия, тетрадка со стихами Ивана, горсть земли с могилы Саши... Обращения к матери полны сыновней любви и заботы: «Много думаю о вас, живу мысленно с вами, родная мама. Часто вспоминаю свой родной дом, свою семью».
Ещё больше вдохновляющего и уникального контента подготовили для вас в Премиум-версии. Оформить подписку можно по ссылке https://dzen.ru/podvigi?tab=premium ❤️
