Я родила от мужа пять детей, а теперь надеюсь, что он вернется ко мне

Мы с Ромкой познакомились, когда мне только-только стукнуло 18. Я тогда была настоящей искрой — дерзкая, смеющаяся, свободная, как ветер. Он только вернулся из армии — подтянутый, серьёзный, немного растерянный, но обаятельный. Мы начали встречаться почти сразу. Он взял меня кататься на скутере, и с тех пор мы стали неразлучны. Гоняли по окраинам, ловили ветер в лицо, слушали музыку на всю громкость, ходили на концерты. Жили на полную катушку.

— Поехали в выходные на водохранилище? — спрашивал он.

— А как же контрольная по матану?

— Да ну её! Природа — вот наш главный институт, — смеялся он.

Оба мы к тому времени закончили техникум и собирались поступать в институт. В общем, всё было впереди. А через полгода мы уже поженились, я переехала в его однушку.

Скромно, но уютно. Любовь ведь не требует хором.

Через год у нас родился Ванька. Маленький, розовощёкий комочек счастья. Ромка поступил учиться заочно, начал работать, а я окунулась в домашнюю рутину с головой: готовка, стирка, бессонные ночи. Но тогда это не казалось чем-то трудным — я была влюблена и в мужа, и в сына.

Когда Ромка закончил институт, его сразу пригласили на престижную работу. Он оказался мастером по компьютерам, и в нашем городке его буквально на руках носили. А я им гордилась. Безмерно.

Потом родился Никита, наш второй сын. А вместе с ним в мою жизнь пришли проблемы со здоровьем. Диагноз — щитовидка, операция, инвалидность, пожизненные таблетки. Было страшно. Я держалась, как могла.

Но несмотря на трудности, мы вроде как жили неплохо. Переехали в трёшку, купили машину. Правда, за границу ни разу не съездили. Моя реальность — это максимум озеро летом. Парикмахерская — дома, подружка с ножницами. О фирменной одежде я только в сериалах слышала.

— Надо копить, — говорил Ромка. — Я хочу заняться недвижимостью. Буду брать старые квартиры, ремонтировать и сдавать. Деньги — крутятся, бизнес растёт!

А потом он вдруг предложил родить ещё. Не одного, а сразу трёх детей, с прицелом на материнский капитал. Я пыталась возразить:

— Ром, ну куда нам ещё? У меня здоровье не к чёрту, сил нет…

— Ну ты подумай, — уговаривал он. — Деньги вложим — будет доход. Ради детей же.

И я сдалась. Так появились Володя, Дима и Миша. Трое сорванцов. И да, теперь я понимаю: ему были нужны не дети, а деньги. А я... я просто любила.

Малыши часто болели, особенно младший — Мишка. У него с речью были сложности, поздно начал говорить. А Ромка в это время начал "задерживаться на работе", всё реже бывал дома. Потом и вовсе заявил, что уезжает в Москву — "там больше возможностей". Мол, будет приезжать на выходные.

— Ты ж обещал — каждую неделю будешь дома, — напоминала я.

— Ну, понимаешь, загруженность… командировки…

А потом я узнала правду. Оказалось, он всё-таки приезжал. Но не к нам. А к своей маме. После разговора он сказал прямо:

— Я устал. Быт меня убивает. Хочу развода.

Я не знала, что сказать. Думала, перегорит, одумается. Но он всё меньше давал денег, мы начали копить даже на детского стоматолога — с моей пенсии по инвалидности. Дети стали нервными. Володя в школе начал хулиганить.

А летом Рома повёз пацанов на озеро. Когда они вернулись, Ванька говорит:

— Мам, а папа был с тётей. Мы спросили: "А как же ты и мама?" Он ответил: "Мне 47, я хочу пожить для себя. Вы уже взрослые."

Димке, между прочим, тогда было всего четыре года.

Я знала, где они были. Озеро, частный домик — раньше мы туда вместе ездили. На выходных отвезла детей к маме и поехала туда сама. Постучала. Дверь открыл Ромка. — Ты?.. — глаза его стали круглыми.

— Я. Привет.

За его спиной мелькнула женщина — лет на десять старше меня. В простом халате, с выкрашенными в медный цвет волосами. И смеялась. Просто хохотала, как будто это всё — шутка.

Я поехала обратно в слезах. Позвонила его маме. Подумала, она поддержит. А она мне:

— Он мой сын. А ты — инвалид. Нарожала больных детей, ничего в жизни не добилась. Неудивительно, что он ушёл.

Оказалось, у его новой — москвички — две квартиры, высшее образование, престижная работа. Детей у неё нет и не нужно. Ромке — удобно. Всё по расчёту.

А я осталась. Одна. В 44 года. С детьми.

Родственники смотрят с укором:

— Ты что, не знала, какой он? Он с родных за копейку душу вытрясет. Всё под себя подгребает. И эту нашёл — по расчёту.

Подруги качают головой:

— Хватит страдать! Займись собой! Найди хобби, мужчину, начни жить!

Но я как будто в яме. Пусто. Раньше хотелось отомстить, стать шикарной, чтоб пожалел. Даже ухажёров хватало — я, если честно, выгляжу хорошо. Но... никого не хочется. Потому что не Рома.

Иногда думаю — вдруг он вернётся? Развод он так и не оформил. Все квартиры, которые он купил, записаны на меня и детей. Может, это и сдерживает. Может, и есть шанс. А может, я просто всё ещё люблю.