Глава первая: Нахожу тетрадь
Меня зовут Тимка. Мне девять с половиной лет. Ну, почти десять. Живу я в обычной многоэтажке, хожу во второй класс и, честно говоря, до недавнего времени думал, что в жизни ничего по-настоящему волшебного не бывает. А потом… потом я нашёл тётрадь.
Это было в пятницу, когда мы с мамой ездили к бабушке в деревню. Дача у бабули старая, с чердаком, в котором пахнет сухими травами, пылью и деревянными балками. Я туда раньше редко лазил, потому что мама всегда говорила:
— Осторожно, Тимка, там можно пораниться.
Но в ту пятницу шёл дождь, телевизор не работал, а планшет я забыл дома. Делать было нечего. Вот я и полез наверх — просто посмотреть.
Чердак встретил меня глухим скрипом. На балки садился дождевой стук, и пыль в воздухе плавала, как туман. Я нашёл старую деревянную коробку. Сначала хотел её не трогать, но любопытство оказалось сильнее. Внутри лежали: стопка писем, фото, пара журналов с чёрно-белыми картинками и… тетрадь.
Обычная, серо-зелёная, как у всех. Только на обложке от руки было выведено:
«Не рисуй без желания»
Я хмыкнул. Странная надпись, но тетрадь показалась интересной. Страницы внутри были абсолютно чистыми, будто только из магазина. Я спустился с ней вниз и, пока мама с бабушкой готовили ужин, сел за кухонный стол с карандашами.
— Сейчас нарисую динозавра, — решил я. — Пусть это будет... Тираннозавр! Но не злой, а добрый, как в мультиках.
Я долго возился: сначала рисовал тело, потом добавил большие лапы, хвост, глазки. Получился он у меня немного кривенький, но зато улыбался.
— Ну вот, — сказал я сам себе. — Здорово!
Тетрадь я закрыл, чтобы показать рисунок бабушке позже, и побежал в комнату. Прошло минут пятнадцать. Потом я услышал странный топот. Тяжёлый, но не очень громкий.
Топ. Топ. Скрип.
Из кухни донеслось:
— Тимка, ты нарисовал что-то странное?
Я прибежал — и замер.
На столе стоял... динозавр.
Маленький. Размером с кошку. Но настоящий! У него были те же кривые лапы, тот же смешной хвост и даже улыбка, которую я нарисовал. Он моргал глазками и принюхивался к вареной картошке.
— ОГО! — вырвалось у меня. — Он живой! Это же... это же мой рисунок!
— Тираннозаврик? — бабушка прижала ладонь к груди. — Тимка, откуда?!
Я не знал, что сказать. Просто пожал плечами и смотрел, как он ходит по скатерти, аккуратно переступая ножками.
— Кажется, он добрый, — сказал я. — Ну, я ведь хотел, чтобы был добрый.
В тот вечер динозаврик бегал по комнате, нюхал игрушки, тыкался мордочкой в носки и однажды попытался съесть огурец. Потом, когда я открыл тетрадь снова, он подошёл к ней, как будто почувствовал. Я перевернул страницу — и динозавр как будто втянулся обратно в бумагу. А на месте, где я его рисовал, появилась цветная иллюстрация — идеальная копия того, что бегал по комнате.
— Магия, — прошептал я.
И в тот момент понял: эта тетрадь — не простая.
Глава вторая: Пробуем ещё
На следующий день я проснулся с одной-единственной мыслью:
А что, если нарисовать что-то полезное? Или ещё интереснее?
Я сел за стол, вытащил тетрадь и открыл следующую страницу. Карандаши лежали рядом. Я выбрал зелёный и красный.
— Может, нарисую летающего змея? Или робота? — размышлял я. — А может, кого-то, с кем можно поговорить?
Я принялся рисовать. Долго. Выложился по полной. На листе появился… маленький человечек. Только не обычный, а с телом из книжек. Он был весь из страниц: туловище из романов, ножки — из сказок, голова — из энциклопедии. Я написал ему имя: Буквоход.
И — о чудо! — когда я закрыл тетрадь, а потом снова открыл, на столе появился настоящий Буквоход. Он кивнул мне, моргнул и сказал:
— Доброе утро, хозяин пера! Благодарю, что сотворил меня.
— Ты... говоришь?
— Конечно! Я собран из мудрости книг. И я знаю… всё! Почти. Если ты нарисовал меня правильно.
Я просто сел. А потом начал задавать вопросы:
— Сколько лап у осьминога?
— Восемь. Но у некоторых старых видов может быть девять — если мутировали!
— Как устроен холодильник?
— Он работает на хладагенте и цикле сжатия! Могу нарисовать схему.
Мы проговорили весь день. Буквоход знал огромное количество всего. Я даже понял примеры по математике, которые никак не мог решить раньше.
Но потом бабушка сказала:
— Тимка, с кем ты тут беседуешь?
— С Буквоходом! Я его сам нарисовал! Смотри!
Я повернулся, чтобы показать ей… а он исчез. Осталась только тетрадь, снова с цветной картинкой: Буквоход, сидящий в кресле с чашкой чая.
— Ох, Тимка, ты так живо рассказываешь… Я уж подумала, что и вправду кто-то есть.
Я ничего не ответил. Но внутри бурлило: это тетрадь волшебная, настоящая! И я ещё нарисую кого-нибудь.
Глава третья: Ошибка
В тот вечер я почувствовал, что хочу придумать кого-то весёлого. Ну, чтобы играть, прыгать, хохотать. Я взял фломастеры и стал рисовать… Обормота.
Он получился смешной: с хвостиком на голове, длинными ушами и огромным ртом. Я пририсовал ему рогатку, ботинки на колёсиках и шляпу с пропеллером. Он должен был быть супер-весельчаком!
Я был доволен. Закрыл тетрадь. Подождал. Открыл.
Обормот выскочил с гиканьем!
— У-хууу! Тимка, ты крут! Погнали!
Он начал носиться по комнате, кататься на ботинках, стрелять пластилином, гоняться за моими носками, а потом… залез в бабушкину вазу. И разбил её.
— АЙ! — я подскочил. — Ты что творишь?!
— Ха-ха-ха! Жизнь — это веселье, бро! Погнали в холодильник!
Он уже влетел на кухню. Я за ним. Он открыл морозилку, кинул кубик льда мне в штаны и захохотал:
— Ледяная атака! Хо-хо!
— Стой! Вернись в тетрадь! Сейчас же!
Я схватил тетрадь, открыл её, перевернул страницу. Обормот упал в воздухе, повис, как будто его тянет туда, и заорал:
— Эй, я не наигрался! Неееее...!
Он исчез. А на странице появилась его картинка, только уже не такая весёлая. Он был нарисован с разбитой вазой и кубиком льда в руках.
Я сел, вытер лоб.
— Надо быть осторожнее. Очень осторожнее.
Глава четвёртая: Тайный создатель тетради
На следующее утро после неудачного эксперимента с Обормотом я решил: нужно узнать, кто создал эту тетрадь. Почему на обложке написано «Не рисуй без желания»? Почему рисунки оживают? И как с этим осторожно обращаться?
Я снова поднялся на чердак бабушкиного дома. Там было темно и пыльно: паутина висела в углах, под ногами скрипели половицы, а балки будто шептали ветхие истории. Я принёс с собой фонарь и тетрадь.
— Давай разберёмся, — сказал я сам себе и сел рядом с той коробкой, где впервые нашёл волшебную тетрадь.
Я открыл коробку и достал старые письма и фотографии. Среди них была запись в дневнике — маленькая книжечка с замысловатыми буквами. Я стал её перелистывать и увидел рисунок той самой тетради. А рядом — подпись: «Мой дар миру. Кто найдёт — получит силу, но и ответственность». Дата — 1965 год.
Дневник был написан бабушкиным дедом, дядей Сергеем. Он был художником-любителем и очень любил фантазировать. Похоже, именно он и создал тетрадь.
В дневнике дальше шли предупреждения:
*«Тетрадь живых рисунков – это клад,
но только для тех, кто верит и ценит.
Каждый герой, оживший в мире,
жаждет дружбы – и безопасных границ.
Мой завет: не рисуй без силы,
не рисуй без души, не рисуй без смысла».
Я прочитал это дважды. Впервые понял, что слова «Не рисуй без желания» — сокращённая воля деда Сергея. И что он действительно хотел передать людям особую силу — силу творчества, но вместе с ней и большую ответственность.
— Так… — бормотал я. — Если рисовать не обдуманно, могут быть проблемы. Это подтверждает эксперимент с Обормотом.
Я решил, что должен действовать осторожнее. Я положил дневник рядом с тетрадью и подумал: «Надо научиться задавать намерение, прежде чем рисовать». Нужно прописать, зачем и что именно ты рисуешь, иначе оживший персонаж может пойти не по твоему плану.
— Значит, первым делом — репетиция намерения, — сказал я вслух. — Буду рисовать с точной мыслью и тёплым сердцем.
Глава пятая: Путешествие внутрь рисунка
Вечером я сел за стол, положил перед собой тетрадь, дневник деда и набор цветных карандашей. Перед тем, как рисовать, я повторил про себя:
«Я рисую то, что хочу оживить. Я рисую с добрым сердцем и ясным намерением. Я отвечаю за того, кого создам».
На листе я набросал круг — портал. Внутри круга нарисовал дверь с аркой и ручку. Портал должен был стать проходом в мир рисунков, чтобы я смог пройти в него сам и убедиться во всём собственными глазами. Словами я обозначил: «Портал ведёт в Мир Тетрадей, где живут рисунки». Закрасил линии, навёл контуры — и отложил тетрадь на стол.
Когда я открыл её снова, перед глазами появился тот самый круг с дверью, а рядом стоял нарисованный Портал-Краник — невысокий человечек с металлическим телом и краном вместо головы. Он кивнул:
— Привет, создатель. Готов исследовать мир, где оживают рисунки?
Я кивнул, хотя внутри живот зверем ёрзал от волнения и лёгкого страха.
— Веди меня, — сказал я.
Портал-Краник подавил фонарик, и мы шагнули одновременно в круг. В одно мгновение всё вокруг потемнело и закружилось вихрем, как будто нас засосало внутрь карандашных линий. В ушах звенело, глаза сверкали, а тело стало лёгким, как дым.
И вот мы оказались... на поляне, где валялись листы тетради, словно трава. Высокие деревья были нарисованы карандашами, а небо было разбито на клеточки тетради. Всё вокруг мерцало воздушными штрихами, и даже ветер звучал как скрежет по бумаге.
— Добро пожаловать в Мир Тетрадей, — сказал Портал-Краник. — Здесь оживают все рисунки, которые ты когда-либо создавал. Но запомни: каждое существо, каждая вещь здесь – это часть твоей фантазии. И ты отвечаешь за них.
Мы пошли вперёд. Вдоль дорожки, нарисованной пунктиром, стояли два персонажа: маленький динозаврик, которого я сотворил первым, и Буквоход с книжным туловищем.
— Мы так скучали! — радостно воскликнул динозаврик. — Когда ты вернёшь нас назад?
— Скорее всего, после исследования, — улыбнулся я и подошёл к Буквоходу.
— Хозяин пера, — сказал он торжественно, — это твой мир. Здесь сбываются твои штрихи. Но им нужна любящая рука, иначе мы можем потеряться или распасться.
Я смотрел по сторонам: вдоль полевой дороги стояли и другие персонажи — смешная Обормотиха с кривыми ногами, которая уже чуть улеглась, пригибаясь на траве; сложная схема холодильника; летающий змей; парочка роботов и даже робкая сова, которую я набросал раз, когда хотел проверить, как летает птица.
— Все они ждут тебя, — прошептал Портал-Краник. — Один неправильный штрих – и целый лес оживёт без правил.
— Я понял, — сказал я. — Но почему я здесь? Чтобы изучить их мир? Или чтобы исправить ошибки?
— И то, и другое, — ответил робот-кран. — Ты должен пройти к Замку Линий, там узнаешь финальную истину. А пока посмотри вокруг, узнай своих героев.
Я постарался сосредоточиться и запомнить, что здесь каждое дерево, каждый листик, каждая тень – мой рисунок. Я погладил динозаврика по голове, Буквоход протянул мне книгу: внутри отображалась карта мира, весь он разбит на листы тетради. Замок Линий находился далеко, за горами бумажных складок, но дорога туда велика: придётся преодолеть Лес Штрихов, Реку Чернил и Долину Стихающих Фигур.
Я вдохнул воздух, пахнущий воском цветных карандашей, и шагнул вперёд.