Предыдущая история:
Не видно было Анатолию без очков, что написано на бутылке. Вот хоть ты тресни! А брать ее в руки и разглядывать он посчитал неприличным.
Завгар достал из шкапчика две рюмочки, дунул в каждую для профилактики от пыли и жуков - мало ли! И принялся разливать остатки водки. Хватило как раз.
- На! - протянул он пустую бутылку Анатолию:
- Загадывай желание!
- Како ишшо желанье? - удивился Галинин муж, но бутылку послушно взял.
- Примета такая..- пояснил Кочетков:
- На чьей рюмке закончится бутылка, тому надо пошептать желание своё прямо в самое горлышко, запечатать и выбросить с моста в речку.
Анатолий слушал, открыв рот:
- С какого ишшо моста? - переспросил он, посчитав, что ослышался.
- С любого, - с умным видом рассказывал Иван Ильич, подняв рюмку:
- С какого хошь, с того и бросишь. Какой раньше попадётся.
Анатолий ничего не понимал, но ему было очень интересно. Рюмку он тоже приподнял и они с завгаром чокнулись, а потом и, запрокинув головы к потолку, выпили..
***
Закусывать им было практически нечем, если не считать малюсенького хвостика сырокопчёной колбасы. Впрочем, у Ивана Ильича Татьяны Иванны в комнате стоял холодильник и там кое-что съестное всё-таки лежало. Но делиться этим с Анатолием Кочетков не собирался. Он считал, что и так очень много для него сделал. Ведь, если разобраться, эту дорогую водку он мог бы выпить сам, один. Правда, Иван Ильич ещё ни разу в жизни в одиночку водку не пил...
***
Николай Николаевич порылся в шифоньере и вытащил из него коробку, которую торжественно протянул своей гостье (или уже не гостье, а хозяйке? 🤔):
- Что это? - спросила ради приличия Татьяна Иванна, принимая коробку и, не дожидаясь ответа, сама открыла крышку. Туфли. Черные лаковые туфельки на низком, немного стоптанном каблучке прямоугольной формы и с такой же формы носами лежали в ней.
- Это что? - переспросила Писькаева, хотя кое-какая догадка уже промелькнула у нее в голове, но она не хотела ей верить.
- А это туфли, - пояснил с улыбкой первая любовь.
- Ну я вижу, что туфли. А чьи они? - Татьяна Иванна упрямилась и не хотела верить в очевидное.
- Это моей Люсеньки туфли. Но теперь они твои, - продолжал улыбаться Николай (Татьяне Иванне показалось, что он лыбится, как дурак):
- Ну-ка.. Давай-ка сюда свою ножку! - мужчина нагнулся к ногам Писькаевой:
- У тебя какой размер?
- Тридцать шестой ..- растерянно пробормотала она, а Трусов (или Трусов) громко выдохнул:
- Ну, слава Богу! А то я боялся, что малы будут. У моей Люси был тридцать восьмой, значит и тебе в пору придутся.. А если что, то и ватки можно будет подложить...
***
Продолжение:
Мой телеграм тут: