Читая студентам-историкам Российского государственного социального университета курс "История стран постсоветского пространства", я с удивлением обнаружил некий политологический феномен, на который мало кто сегодня обращает внимание. А зря. Ведь он является ключом к пониманию всего того, что сегодня происходит по ту сторону Большого Кавказского хребта, если смотреть на него из России, что мы, жители России, называли и называем Закавказьем, а местное население гордо именует Южным Кавказом.
Начну с главного, но я большинства неочевидного. Каждый школьник знает, что географическая граница между Европой и Азией проходит по Большому Кавказского хребта: все, что с севера, - это Европа, а что расположено южнее - это Азия. То есть все закавказские страны - Азербайджан, Армения и Грузия - никак с очки зрения физической географии никакие не европейские страны, а очень даже азиатские. И с позиций формальной логики им в Европе не место.
Конечно, мне могут возразить, и даже, скорее всего, возразят, что в наши дни физические понятия зачастую подчиняются политическим, и поэтому с позиций политической географии закавказские страны являются в силу исторической традиции европейскими. Они входят в состав Совета Европы и Европейского политического сообщества, участвуют в работе множества их международных институтов - от ПАСЕ до УЕФА, а поэтому считать их азиатскими вопреки всем правилам здравого смысла как бы неприлично. По крайней мере, так принято говорить в России.
Жителей Закавказья мы, граждане России, не считаем азиатами только потому, что сами их вытащили из кондовой средневековой азиатчины периода ранней феодальной раздробленности, сами поставили их на европейский путь развития и почти двести лет считали их своими соотечественниками и отчасти братьями. Это мы - Россия - открыли им путь в Европу, однако они, как и все хитрые, подлые и лицемерные азиаты, сделали вид или даже на самом деле позабыли об этом. Не будь нас, они бы так и оставались бы задним скотным двором персов и османов, расплачиваясь за право существования своими девушками, отправляемыми наложницами в гаремы, или были бы сырьевыми придатками Европы и Америки как и многие прочие колониальные страны, где элита ездит на роскошных лимузинах за десятки миллионов долларов, а основная масса населения питаются макаронами и мясом птицы, считая такой рацион питания главным критерием своего социального статуса и материального достатка.
Страны постсоветского пространства были приняты в ООН весной 1992 года (за исключением России,Белоруссии и Украины, которые были в ее составе с момента ее создания в 1944 году) как фрагментированное по национальному признаку, но общее по цивилизационным параметрам целое. Однако уже с первых дней после распада СССР стало понятно, что картина далеко не такая, как ее рисовали. Титульные народы постсоветских стран почти сразу же откатились на тот уровень социального развития, на котором они вошли в состав Российской империи или СССР. Каждый народ, равно и как каждый отдельно взятый человек, должен пройти все этапы и ступени роста, созревания и развития. Поэтому народы Закавказья вернулись в эпоху раннего феодализма и феодальной раздробленности со всеми присущими ей характеристиками - как ментальными, так и социально-экономическими.
И если относиться к закавказским странам не как к европейским демократиям, а как к азиатским государствам, переполненным рудиментами средневековья, то сразу же становятся понятными те социальные турбулентности, которые в них сейчас происходят. Азербайджан проживает процесс приватизации и абсолютизации власти, который был в России во времена Ивана Грозного. Армения живет в эпоху религиозных войн и Реформации. В Грузии происходит сейчас что-то похожее на аналог русской Смуты. Так что до нынешних канонов европейской цивилизации им еще далеко, хотя, впрочем, а стоит ли так активно им следовать? Особенно если помнить, что до Крестовых походов католическая Европа была куда более невежественна Азии.
А причина тому одна: закавказские страны забыли про то лоно, из которого они вышли, и кому они должны быть благодарны, что их посадили за один общий стол с европейцами. Не будь рядом России, еще не факт, что их удостоили бы такого статуса. Ближайшее десятилетие покажет, сильно ли я ошибаюсь.