Амели Моресмо ответила на вопросы на пресс-конференции турнира.
– Вас сильно критиковали за расписание вечерних сессий.
– Вы об Онс Жабер? Что касается расписания и вечерних сессий, то здесь нет ничего нового по сравнению с предыдущими годами. Вечером играют только один матч. Это не изменилось. Соответственно, мы и не будем это менять.
Мы должны учитывать потенциальное время игры – потому что очевидно, что мы не можем планировать заранее, будь то женский или мужской теннис. Но мы должны учитывать, что на вечернюю сессию придут 15 тысяч зрителей. Поскольку в мужском теннисе играют до пяти сетов, то будет сыграно как минимум три сета. Поэтому сложно сделать что-то по-другому.
– Как вы думаете, каковы последствия того, что вы, по сути, говорите женщинам, что они этого недостойны?
– Мы этого не говорим. Я должна прервать вас прямо на этом моменте (смеется).
– Вы этого не говорите, но вы подразумеваете этот посыл, и многие девушки его считывают. Мне кажется, людям иногда стоит думать не только о том, что они говорят, но и какой посыл они передают. Как вы думаете, каковы последствия того, как воспринимается это сообщение?
– Я всегда говорила и повторюсь сейчас, что условие, что у нас может быть только один вечерний матч, не поменялось. И посыл не поменялся, и он никогда не был в том, что женщины недостойны играть вечером. Такого никогда не было. Я не позволю вам транслировать такой посыл.
Я говорю о том, и мы говорим – потому что я не единственная, кто принимает решения – мы обсуждаем потенциальную длину матча. С этой точки зрения сложно сказать... Два сета могут очень быстро закончиться, а у мужчин минимум три сета. Они могут занять полтора часа, два часа, а может и больше, я не знаю. Для меня вопрос в длине матчей. Для меня дело именно в этом, а не в уровне, которого [женщины] достигли, особенно сейчас. Я говорю не об этом. А как бы вы поступили?
– Как бы я поступил? Вы правда хотите знать?
– Да.
– Я бы решил эту проблему так, чтобы женщины не получали посыл, что они не...
– Это вы считаете, что посыл в этом. Это ваша интерпретация.
– У меня три дочери. Многие женщины в этом помещении так и воспринимают ваше решение. Я бы сначала выслушал их мнение.
– Знаете, если бы мы не обсуждали это раньше, может быть, мы бы поговорили об этом в прошлое воскресенье.
Моресмо также объяснила выбор количества матчей, которые играют на основных кортах:
– Вы спрашиваете, почему вечером играют только один матч? Я говорю об этом каждый год, но могу повторить снова. Мы решили оставить три матча в день – и проще всего поставить тогда два матча на вечер. Тогда у нас бы вообще не было этого диалога.
Но, по моему мнению, если мы не хотим заканчивать слишком поздно, то мы не можем ставить по пять матчей. Люди в Париже приходят сюда после работы в 19:30, 20:00. Если мы хотим, чтобы вечером были полные трибуны, то нужно выбирать 20:00, 20:30, это начало вечерних сессий. Если у нас будет два матча вечером, это не сработает с точки зрения того, как поздно игроки будут заканчивать. Это мое мнение.
Но если матчи будут начинаться раньше, то трибуны будут пустыми на большинстве первых матчей. Мы считаем так. Так что мы оставили один матч вечером. Это не идеальное решение. Но мы не можем угодить всем, потому что у нас есть очень много моментов, которые мы должны учитывать, когда принимаем эти решения.
