Холодное вечернее солнце клонилось к горизонту, пятная длинными ломаными тенями башни и частокол Русборга. Где-то в глубине палаточного лагеря загорались первые огни, а легкий еще, вечерний сумрак, понемногу уже начал оттенять живой огонь лагерных костров. В прозрачном, холодном майском воздухе средневекового бурга ощущалось обещание ночных заморозков и запах ужина из огромного котла, в котором бурлила вкуснейшая похлебка.
Я обернулся на протестующий скрип скамьи. Молодой бородатый норвег, отложивши в сторону щит, пытался устроиться за столом поудобнее, баюкая на коленях свой любимый каролинг с пятерней на рукояти. Заметив меня, он улыбнулся, поднял руку в приветствии, набрал полную грудь воздуха и.
- А знаешь, Тимур, я могу доказать, что античные греки использовали в своих войнах бомбардировочную авиацию.
Лицо моего старого знакомого, археолога с многолетним стажем, было настолько серьезно, что мне даже как-то расхотелось сходу шутить по поводу его заявления. Я подобрался, посмотрел вокруг в надежде увидеть драккары и Ермунганда. Это означало бы, что я, разморенный нежарким майским солнцем, уснул и смотрю такой специальный сон для реконструкторов. Но ни драккаров, ни Мирового змея нигде не было, и я, решив, что хуже уже не будет, решил уточнить некоторые аспекты небанального заявления своего коллеги.
- В смысле, бомбардировочная авиация? Ты вот сейчас серьезно?
- Более чем. Понимаешь, буквально в прошлом году, мы копали в Крыму старое античное поселение и чтобы ты думал? В археологических слоях конца IV - начала III века до нашей эры нашли авиабомбу. Небольшую такую, плюс-минус пятьдесят килограмм, в хорошей сохранности. Чуть похуже, чем архитектура той эпохи, но заметно лучше, чем керамика, оружие и металлические изделия.
- Но погоди, какая бомба в античности. Это же невозможно!
- Какая, какая - будущий великий археолог пожал плечами, - обычная, похожая на немецкую SC-50, только ржавая и без маркировки. Так это и понятно, откуда в те времена приличная маркировка.
- Блин, это, конечно, смешная шутка, но мы же понимаем, что бомба эта попала к вам в раскоп исключительно по причине того, что какой-то летчик Люфтваффе в 1942 году отбомбился по позициям наших войск в Крыму. И вот эта конкретная бомба, заглубившись в землю, просто не взорвалась. Ну, очевидно же.
- Неплохая версия, - согласился со мной коллега по увлечению и, пригубив что-то темное и пенящееся из большой глиняной кружки, - но, к несчастью, недоказуемая и ничем не обоснованная.
- Ты можешь, например, доказать, что именно в том месте присутствовали позиции советских войск? Так-то окопов и укреплений не найдено. Что в то время там присутствовал немецкий бомбардировщик? Что бомба была неисправна и поэтому заглубилась в грунт? Не можешь? А у меня официально подтвержденная находка авиабомбы в археологических слоях антички. А это значит что? То, что в то время использовали авиабомбы, а значит, была и бомбардировочная авиация, потому что без нее их применение невозможно.
- Ну, выходит так, - вздохнул я, признавая свою неправоту и отсутствие валидных доказательств моей версии событий, — получается с точки зрения науки археологии ты всюду прав.
- А то, - улыбнулся мой собеседник, - наука, вообще великое дело, а правильный научный подход, так и вовсе творит чудеса.
- Ну, за науку, - каролингский кубок и норвежская кружка негромко стукнулись, пятная столешницу каплями пахнущего хмелем напитка, — за доказательную базу, находки и источники. А главное, за вменяемых коллег и оппонентов.
Лагерный костер разгорался, превращая холодные майские сумерки в непроглядную тьму. Яркое его пламя и треск сгораемых поленьев, отрезали нас от реальности этого мира, унося в те далекие времена когда по землям Ойкумены медноблещущие греческие фаланги шли войной на свободолюбивых скифов, а с воздуха их прикрывала бомбардировочная авиация. Которая у них, несомненно была