Часть 3
Geo: Hong Kong, CH
Вы наверняка видели фото из шапки статьи — это Kowloon Walled City, район с экстремальной плотностью населения, абсолютная урбанистическая энтропия, втиснутая в 2,6 гектара на 35-50 тысяч жителей. Он был снесён в 1993-м, а современная застройка Гонконга технически имеет мало общего с этой мешаниной, однако позволяет понять принципы строительства в этом регионе.
Почему так случилось?
Изначально Walled City — китайский военный форт, который после перехода Гонконга к Британии оказался вне юрисдикции обеих сторон. В XX веке сюда хлынули беженцы из Китая, которые без оглядки на нормы и инфраструктуру организовали бесконтрольный самострой. Шутка ли, иметь рост населения почти в 7 раз за пару десятков лет. Здесь на крохотных закутках жили семьи, работали фабрики, принимали пациентов стоматологи и варились уличные лапшичные.
Что случилось после сноса?
В 1993-м власти снесли Walled City, а жителей расселили по новым социальным кварталам. Но именно этот человейник дал уникальный толчок городской и архитектурной политике. Стало понятно: хаос не работает, и «по-европейски» строить невозможно. Так родился гонконгский урбанизм — сверхплотная, максимально функциональная, вертикальная архитектура, построенная не вопреки, а благодаря ограничениям. И да, эта структура может выглядеть неприглядно из-за наружных коммуникаций, а местами даже грязно, но обратите, например, внимание на транспорт, который часто мелькает на фото: вы, как и в Цюрихе, не найдёте здесь ни одной грязной машины. Начиная с 1990-х годов, Гонконг стал тестовой площадкой для новой архитектурной логики: земли мало, а спрос колоссальный, — значит, строим ввысь, кварталами и башнями. Важно отметить, что вся земля здесь — государственная (аренда до 99 лет), частной практически нет.
Почему это архитектурное чудо?
В мире почти нет городов, где настолько срослись ограниченность территории, высокие стандарты жизни, суперплотная застройка и технологическая инфраструктура. Гонконг стал примером уникального компромисса: город не стремится навести повсеместный лоск, вместо этого в абсолют возведена польза и прочность из известной формулы. При этом здесь нет хаоса Мумбаи, нет жёсткой сегрегации, как в мегаполисах Латинской Америки. Зато есть город, который работает как единый механизм — и именно это отличает его от любого аналога.
Гонконг показывает, что архитектура — это не безупречная красота фасадов, а умение решать задачи на уровне целого города: транспорт, жильё, связь между людьми и экономикой. «Чудо» здесь — не в привычной нам идеалистической широкой московской картинке, а в том, как получился работоспособный, живой, многоуровневый мегаполис на ограниченной земле с миллионами жителей. К слову, учитывая, какими темпами у нас повышается высотность, Москва имеет все шансы превратиться лучшую версию киберпанка.
PS Физически от Walled City остался парк и небольшой макет. А по сути — вся модель городской жизни Гонконга: компромисс между плотностью, функциональностью и экономикой. Walled City — не архитектурный ужас, а напоминание: при любом росте важно не потерять человеческое измерение.