В ресторан на Патриках Елена ехала с внутренней дрожью — не от страха быть обманутой, а скорее, от того, что слишком давно не позволяла себе роль «женщины в ожидании праздника». Снег во дворе оттаивал, в окна сытных машин стекали отблески мартовских огней. Она провела ладонью по подбородку и незаметно улыбнулась: сегодня ей позволительно быть не только хозяйкой квадратных метров, но и гостьей собственных желаний.
Артём ждал у входа, как в глянцевых фильмах,— пальто, тонкая шейная косынка, ироничная улыбка, ни капли нажима.
— Елена Васильевна, вы сегодня… как лучшая премьера сезона, — он подчёркнуто взглянул в глаза, и ей вдруг захотелось кивнуть официанту с разбега, заказав сразу бутылку вина.
Они сели в уютный уголок, заказали тар-тар и авторские котлеты (“по-детски для взрослых, особенно если день тяжёлый”, — подмигнул Артём). Через десять минут шум зала исчез: остались его мягкий голос, игра теней на белой скатерти, и один общий секрет, который, кажется, оба боялись даже подумать вслух.
— Я ведь могу предложить вам не только стандартную сделку, — негромко начал Артём поверх тарелки, легко касаясь её запястья пальцами, как будто просто хотел получить одобрение на новый план. — Мы можем переоформить документы так, что даже самый хитрый бывший супруг не найдёт лазеек.
— Вы всегда так красиво всё оформляете? — Елена решила подыграть: пусть всё идёт, как идёт, пора хоть раз не зарываться в предосторожности.
— Честно? — Артём наклонился чуть ближе, его глаза блеснули. — Только для тех клиенток, которые ценят не только проценты, но и… моменты.
— Какие моменты?
— Те, после которых появляется повод отпраздновать не сделку, а себя. Понимаете?
Это было опасно приятно — когда разговор уже не только о бумагах. Елена ловила себя на том, что специально задерживает руку на его ладони чуть дольше, чем позволяло бы правило доброго тона. Флирт был настоящим – не циничным, не грубым, а почти музыкальным.
— Я давно не позволяла себе играть, — призналась она шёпотом, когда официант принёс десерт в виде символического ключика из шоколада.
— Так давайте это изменим, — просто сказал Артём. — Я помогу вам почувствовать вкус победы. Вы заслужили его — и не только как наследница, но и как женщина.
Так закончился вечер: без громких обещаний, без лишних касаний, но с ощущением легкого триумфа. Артём подвёз её до дома, вышел из машины, подал руку и тихо шепнул:
— Вы всегда можете позвонить ночью, если будет тревожно. Помните: лучшие сделки заключаются не только днём.
Дома Елена ещё долго ходила по комнате, прислушиваясь к собственному сердцу. Неужели — вот оно, второе дыхание? Или просто… хорошая вечеринка длиною в новую жизнь?
Спать легла в три. Было трудно уснуть от возбуждения и — впервые за долгие годы — от сладкой тревоги: а вдруг теперь всё действительно станет иначе?