Гарольд Шипман — самый кровавый врач в истории Британии. 15 доказанных смертей, 500 возможных жертв. Добропорядочный семьянин, любимец городка и... хладнокровный маньяк, травивший пациентов.
Как „добрый доктор“ 20 лет скрывал свои преступления? Почему до последнего верила даже его жена? И что нашли патологоанатомы в телах пенсионерок, которых хоронили как «умерших от старости»?
Расследование — в этом материале.
"Добрый доктор"
В небольшом британском городке Хайд, что недалеко от Манчестера, Гарольд Шипман был звездой. Его знали как врача, который всегда найдёт время для пациента, выслушает, поможет. Пациенты любили его за доброту, коллеги уважали за профессионализм. У Шипмана была жена Примроуз, четверо детей, репутация активного гражданина — он даже давал интервью на местном телевидении! Но за этой идиллической картинкой скрывалась тьма. Никто не мог представить, что этот человек, которого называли «добрым доктором», убивал своих пациентов — одного за другим, методично и безжалостно.
Шипман не выглядел монстром. Симпатичный, с мягкой улыбкой, он умел расположить к себе людей. Его секретарша, Кэрол Чапмен, доверяла ему настолько, что отправляла к нему лечиться своих родственников. Ирония судьбы: её мать, свекровь и двух тёток позже нашли среди жертв доктора. Как такое могло случиться? Как человек, который должен спасать, стал сеять смерть? Ответ кроется в его прошлом — и в травме, которая изменила его навсегда.
Юность, омрачённая горем
Гарольд Фредерик Шипман, или Фредди, как звали его близкие, родился в 1946 году в Ноттингеме, в семье простых методистов. Умный, прилежный, он был гордостью родителей. В школе он выделялся: хорошие оценки, успехи в регби, чувство превосходства над сверстниками. Но в 17 лет его мир рухнул. Его мать, Вера, умерла от рака. Болезнь медленно пожирала её, а юный Гарольд проводил ночи у её постели, наблюдая, как морфий — единственное, что облегчало её страдания, — становится частью её ухода из жизни.
Эта потеря оставила глубокий след. Позже Шипман признавался другу, что после смерти матери он просто бежал под дождём два часа, не останавливаясь. Психиатры потом скажут: именно эта травма породила в нём чувство беспомощности, которое он позже пытался подавить самым жутким образом. Он решил стать врачом, чтобы спасать людей. Но что-то в его душе сломалось, и вместо спасения он начал отбирать жизни.
Первые шаги во тьме
В 1965 году Шипман поступил на медицинский факультет Лидского университета. Учёба давалась ему легко, и он нашёл время для личной жизни: познакомился с Примроуз, дочерью хозяина квартиры, где снимал комнату. Вскоре она забеременела, и в 1966 году пара поженилась. К 1970 году у них уже было двое детей, а Шипман получил диплом и устроился участковым врачом в городке Тодморден.
Но уже тогда тёмная сторона Шипмана начала проявляться. В 1974 году его поймали на краже наркотиков: он выписывал морфий пациентам, которые в нём не нуждались, и присваивал его себе. Суд оштрафовал его на 600 фунтов, а медицинское сообщество временно отстранило от практики. Шипман прошёл лечение от наркозависимости и, к удивлению многих, вернулся к работе. В 1977 году он с семьёй переехал в Хайд, где начал новую главу своей жизни — и своих преступлений.
Смертельные инъекции
Первое убийство Шипман совершил, предположительно, в 1984 году. Пожилая женщина вызвала его на дом, жалуясь на боли в суставах. Доктор предложил укол обезболивающего. Она согласилась, не подозревая, что в шприце — смертельная доза морфия. Шипман остался с ней, наблюдая, как она умирает, а на следующий день вернулся, чтобы зафиксировать «естественную» смерть. Чтобы замести следы, он настоял на кремации тела. По британским законам для этого требовалось заключение двух врачей, но второй врач, не вникая, просто подписал бумаги.
Так началась его схема. Жертвами становились в основном пожилые женщины — одинокие пенсионерки, бывшие работницы фабрик, секретарши, домохозяйки. Шипман обходил свой участок, навещая пациентов, и каждый раз брал с собой шприц с диаморфином (медицинским героином). После убийства он забирал мелкую вещицу — платок, брошь, сувенир — и отправлял родственникам соболезнования. Иногда он подделывал завещания, чтобы получить деньги, но нажива, похоже, не была его главной целью. С 1993 года, когда он открыл частную практику, убийства стали ещё чаще. С 1995 по 1998 год он, предположительно, убил 105 человек.
Трещина в фасаде
К 1998 году Шипман стал менее осторожным. Его последней жертвой стала 81-летняя Кэтлин Гранди, вдова бывшего мэра Хайда. После её смерти выяснилось, что она завещала доктору 350 тысяч фунтов, обойдя своих детей и внуков. Её дочь, Анджела Вудрафф, адвокат по профессии, сразу заподозрила неладное. Завещание было написано заглавными буквами, с ошибками, а подпись матери выглядела подделкой. Анджела добилась эксгумации тела, и экспертиза показала: Кэтлин умерла от передозировки диаморфина.
Полиция начала копать глубже. Местный таксист, Джон Шоу, передал список из 20 умерших пациенток Шипмана, которых он часто подвозил. Работница похоронного бюро заметила, как много тел Шипман рекомендует кремировать. Секретарша Кэрол Чапмен рассказала, что Шипман шутил про её серьги, якобы приносящие смерть пациентам. Подозрения росли, и полиция эксгумировала ещё несколько тел. Результат был однозначным: все умерли от диаморфина.
Падение ангела смерти
В 2000 году Шипмана судили. Следствие доказало 15 убийств, хотя общее число жертв оценивается от 215 до 500. Доктор отрицал всё, вёл себя вызывающе: зевал на допросах, смотрел в стену, отказывался сотрудничать. Суд приговорил его к 15 пожизненным срокам без права на досрочное освобождение. Судья сказал: «Вы предали доверие пациентов. Вы использовали свои знания, чтобы хладнокровно убивать».
В тюрьме Шипман писал письма жене и друзьям, уверяя, что невиновен. Примроуз до последнего верила в его невиновность. Но 13 января 2004 года, за день до своего 58-летия, Шипман повесился в камере тюрьмы Уэйкфилд. Его смерть стала последней точкой в этой мрачной истории, но не дала ответов на главные вопросы.
Загадка без разгадки
Что двигало Шипманом? Деньги? Вряд ли — он редко брал что-то ценное, кроме одного случая с завещанием. Месть за страдания матери? Комплекс Бога, когда он решал, кому жить, а кому умереть? Психиатры считают, что убийства могли быть для него формой зависимости, способом почувствовать контроль над жизнью и смертью. Судья Джанет Смит в своём отчёте написала: «Я не могу объяснить, почему он убивал. Возможно, это была его потребность».
Шипман унёс в могилу свои мотивы, оставив лишь боль и ужас. Его история — это напоминание, как тонка грань между доверием и предательством, между врачом и монстром. Хайд больше никогда не будет прежним, а имя Гарольда Шипмана навсегда останется синонимом ужаса, скрытого за маской доброты.