Финальный опус (если это, конечно, он) должен бы громыхать салютом, как жестяная крыша под кирзовыми сапогами старого кровельщика. А романтическое крещендо любовной сцены, когда я её придумаю - хочу, чтоб уложило моих читателей на лопату и сунуло в жерло огненной страсти. Божжже.
Но пока это случится - мне нужен достойный эпиграф! - подумала я и пошла портить настроение друзьям.
- Мне нужно красивое и умное для крутого эпиграфа - ныла я громко, но эти жестокие люди только смеялись надо мной и не хотели помочь.
Пусть теперь пеняют на себя, я кинулась в объятия к Шекспиру.
Но в его сонетах оказалось совершенно ничего не выбрать такого, чтобы соответствовало моему резиновому изделию номер одиннадцать. Еле как отыскался нужная по смыслу частушка:
К такому стиху хорошо подходит ГЛАВА номер 168 про обиды, неожиданности и разочарования.
***
- Ты знаешь, Маша, похоже что Миронька замуж собралась, назад за бывшего мужа. Уехала с ним куда-то прямо с Митькой, а на работе отгулы взяла. Темна вода в облацех, а мы, помнишь, за Федьку её хотели замуж отдать... - сестра Анна Степановна разливала чай, доброжелательно поглядывая на румяный пирог с капустой.
В новой духовке печь - одно удовольствие, спасибо Федьке за заботу. На кухне после ремонта так стало светло и уютно, жаль только некого пирогами кормить, сам Федька снова удрал в свою Москву. Спросить бы строго - чего тебе дома-то не сидится? Швырк-швырк - помчался на кудыкины горы, можно подумать там тебя ждали. Только время терять, а можно было бы вон, на автобусе устроиться, например, водителем. Или ещё куда. Женись тихонько и живи себе, а то все как с ума посходили - бизнес, бизнес. Кого ни спроси - один бизнес на языке. Деньги человек должен честные иметь с зарплаты или с пенсии, а не это вот всё, - строго думали тётушки, хотя машинку стиральную очень дорогую немецкую они оценили по достоинству и микроволновку - чудо заморское, освоили с благодарностью. Продукты, опять же теперь для всех частенько привозил хороший мальчик - Федькин друг. Сгружал посреди кухни неподъемные мешки овощей, крупы и мяса, бегло улыбался и убегал, денег не взявши. Вообще все как-то разбежались по углам даже Коля ничего толком не знал про сына. Баб Маша горько покивала сестре, откусила хрустящую пироговую корочку и вспомнила заплаканную Мирошку, которая теперь совсем перестала заходить в гости. Обидно, что все мечты о счастье дорогих сердцу детей просЫпались мимо, как сухой горох из дырявого мешка, не удержать в ладонях. И помочь никак и спрашивать без толку, правды не добьёшься. Федька вообще, как из Германии своей вернулся - злобнючий стал, что твой волчара в клетке, не подступиться. Команды только командует, так бы и дать табуреткой по лобастой башке, чтоб звон пошёл, а толку-то всё равно не будет. Кровожадная баб Маша представила, как за все свои беспокойства треплет Фёдору розовое беззащитное ухо, аж полегчало. Вот пусть только вернётся уже домой поскорее.
***
Фёдор часто думал, что у него нет дома, а после армии и не было никогда. Все слышали фразу "Твой дом там, где твоё сердце", а тут похоже что и сердца никакого не осталось, одна глупая пупырка дрыгается, как жабье горло. Фёдор безжалостно, как робот, гнал машину до самой Москвы, глотая чёрную кофейную горечь на заправках, пока машина так же устало глотала бензин. К концу дороги гуталиновое озеро разочарования наконец-то зацементировали остатки эмоций. В груди стало как будто пусто и вязко, и всё время чуточку тошнило. Зато нарисовался план действий на всю оставшуюся жизнь - заработать много денег. Говорят, что деньги - это свобода и власть, и возможность купить все, что пожелаешь. Абсолютно все... Уж богатый дом - точно. Правда непонятно как купить веточку сирени на подоконнике, стук падающего спелого яблока в ночном саду, замурзанные мороженым детские щеки и липкие конфетные поцелуи и радостный крик:
- Пааапа приехал!!!...
А ещё невозможно купить тихий разговор вечером "губами в шею". Маленький Федька иногда подсматривал, как родители вечером шушукались, сидя в одном кресле под пледом. Папа усаживал маму "на ручки" и весомо бухтел что-то успокаивающее, пока она пересказывала заботы своего дня, проведенного без него. Это у у них называлось "посмотреть телевизор", когда можно возиться под пледом, хихикать и обсуждать общую бесконечно счастливую жизнь. Мамин тихий воркующий смех летал по комнате крошечными золотистыми пузырьками и щекотно забирался в уши и в нос, как лимонад "Буратино", когда много выпьешь холодного. В ушах пузырьки начинали шелестеть и нежными голосами рассказывали малышу совершенно волшебные засыпательные сказки. Цветные. Потом, и на войне и в плену и госпитале, взрослый мужчина часто упрямо держался за этот смех, как за спасательный круг и думал - я выживу. Я знаю - зачем.
Конечно, мама - это идеал, константа, которая не повторяется, но зато понятно с какой женщиной можно жить свою жизнь и рожать детей, и строить дом и сад или что она захочет. А н̶е̶ч̶и̶с̶т̶ы̶х̶ т̶р̶у̶б̶о̶ч̶и̶с̶т̶о̶в̶ крокодилов нам не надо, уж лучше тогда одному жить. Федя грустно хмыкнул и дал себе клятву в Питер ездить только по крайней надобности, отца забрать в Москву хоть насильно. А ключ от своего сердца утопить к чертям в глубокой илистой трясине. Пусть затянет зеленовато-тошнотной ряской беспамятства то место, где целых два дня пульсировала яростной страстью огромная его любовь.
##
Все-таки зря, выходит, Мирослава упиралась остаться у свёкра в гостях. Митька наконец-то был бесконечно счастлив и звенел колокольчиком каждую секунду. Еще бы.
В саду, как по мановению волшебной палочки и только для него появился гамак под яблоней, роскошные качели и велосипед и огромный мяч и грузовик в песочнице. Всё новое, яркое, манящее и мама никуда не девалась, это ли не счастье? Ещё его тормошили добрые взрослые руки деда и бабушки Ани, подсовывали тёплые плюшки и вкусную садовую землянику и леденцы и смешную книжку.
- Я договорился с твоим начальством, Мирослава, тебя отпустили отдохнуть и не спорь! - непререкаемым генеральским тоном отрубил свекр, встретив её утром на веранде. Заспанная Мирошка только безвольно кивнула в ответ. Она как раз увидела сидящих за столом бывшего мужа и нарядную Аглаю и совершено окоченела. Издевательская змеиная улыбка и ледяной голос свекрови часто преследовали её по ночам, но в этот раз встреча была не страшной. Тётя Аня, налетела откуда-то сбоку, захлопотала, потащила готовить Митьке завтрак и собираться в "Карусель" скорее. Мирошка только слабо улыбалась такому напору, родственная искренняя благотворительность по отношению к сыну была неожиданно приятна. Аглая ненавидящим взглядом буравила невестку, трясясь от злости так откровенно, что Николай Петрович тяжело вздохнул и "взял быка за рога".
- Глаша? - позвал он, наблюдая как у бывшей жены раздуваются ноздри. Глаша, можешь мне сказать, за что ты так сильно ненавидишь бедную девочку?
- Бедную девочку? - взвизгнула Аглая, тыкая пальцем в окно, где Мирошка усаживалась с сыном в машину.
- Это она-то бедная? Неужели не стыдно тебе, Николай? Ты собственного ребёнка из дома, считай, выгнал. Жизнь ему сломал ради этой суч ки!
Николай Петрович оторопел на секунду. Он отвык от женского визга в лицо и вздувшихся на висках бугристых вен. "Выгнал из дома жену с офицером"- фыркнуло в голове голосом Чуриковой, но генерал отмахнулся от улыбки, не до того.
- Что ты мелешь, Глафира? - гаркнул он в ответ - что я кому сломал? Наш Глеб как сыр в масле катался с рождения, отказа ни в чем ему не было.
- Ты заставил его жениться на ш@юхе! - завопила бывшая жена и театрально заломила руки. Ты потребовал поселить в нашем доме тупую деревенскую стегву, заставил Глебушку воспитывать чужого вы@ляg ка, и сам, между прочим, тоже не святой! Вечно по бабам лазил, никогда тебя дома не было, я всё время одна со всем справлялась!
Аглае почудилась неуверенность в маленьких поросячьих глазках бывшего мужа, и сердце зашлось радостью, ага! Как она его приложила, солдафона! Получил? Вот пусть немного совесть посвербит у него, а то раскомандовался! Тоже мне, Господь-распорядитель нашёлся. Аглая до чего разошлась орать хамские слова базарным голосом, вспоминая надуманные обиды, что не сразу и спохватилась. Тяжёлое молчание было ей ответом, потом генерал с заметным усилием взял себя в руки и заговорил язвительно:
- Хорошо, я понял, что кухарка и личный водитель никогда тебе не помогали и ты буквально выживала в нищете под забором, но речь сейчас не об этом. Глеб? Я решил исправить то, что можно, и поставим в этой истории хоть какую-то точку. Я так понимаю, ты не хочешь признать сына?
- Папа! - оскорблённым тоном начал Глеб и точно как мать раздул ноздри.
Папа, в конце концов, не будь таким смешным, какого сына?
Ты сам меня заставил жениться! По своим коньюктурным соображениям, иначе мы бы с мамой...
-Погодь, но я ж тебя не заставлял с ней спать, в конце концов! А шанс- то есть, что Митька твой сын?
- Не знаю! - буркнул Глеб раздражённо, ну, есть, наверное, какой-то процент, что это мой ребёнок. Но ты пойми, пап, она ж гулящая была, как кошка мартовская, эта твоя "бедная девочка" - передразнил он отца, некрасиво оттопырив губу и свято веруя в то, что говорит. Николай Петрович слегка растерялся.
- Но ты же должен был с ней... Поговорить? - промямлил он, теряя боевой задор и раздражаясь. Как так, при живых родителях ребёнок растет в детском доме?
- Вот именно, папа! Она его запихала в детский дом, этого несчастного мальчика, чтоб не мешал гулять с мужиками. Я тебе говорил? Какой я вертеп застал в её конуре, когда ты меня за ней отправил, говорил? Дым, вонь, огонь, окурки, бедлам, она сама невменяемая... Зачем ты её сюда позвал? Ты прош ман довке готов поверить, а мне не веришь? Сколько я денег на неё угрохал, то есть, мы с мамой, а толку-то! Может, она вообще,н аркоманка...
Мирошка, которая почти всё время разговора стояла под окном веранды при слове "наркоманка" зажмурилась, боясь шевельнуться. Не зря говорят, что подслушивать нехорошо, но ведь она и не собиралась. Тётя Аня осталась с Митькой кататься на каруселях и есть мороженое, а Мирошке было велено поспать в гамаке. "А то лица на тебе нет, дорогая, нам вечером ужин готовить, гости приедут. Гена тебя отвезёт и вернётся за нами, не волнуйся". Молчаливый Гена отвёз, а теперь Мирошка с ужасом слушала всё это подлое змеиное шипение за окном. Вот тебе и родственные связи, вот тебе дедушка- генерал для Митьки. Свекр откашлялся.
-Ну... Хорошо. - сказал он весОмо. Тем более, парнишку надо бы забрать, раз наркоманка.. Она сказала, что вы её выставили из дома...
- Ты бы заехал к нам как-нибудь, Николаша... -заворковала Аглая медовым голосом. Заехал бы и глянул, что от твоих картин осталось и всяких статуэток, она ещё похоже и воровка... Мы уж не стали тебе ябедничать, правда, сЫночка? Аглая острой бритвой взгляда мазнула по расстроенному лицу пентюха мужа. Как хорошо-то всё сложилось, а? Можно спихнуть Глебкины шалости на эту падлюку. Сын-умница уже осознал, что не надо в ломбард тащить из дома вещи и больше так не будет делать. У каждого бывают сложные времена, мальчик не виноват, у него был стресс, что ж теперь его пинать.
Николай Петрович побарабанил пальцами по столу, задумчиво прислушиваясь к тянущим ощущениям где-то "под ложечкой". Неприятно было разочаровываться в людях, а мальчишка ему очень понравился. Из такого можно воспитать хорошего человека, а постарше станет- в военное училище пойдёт, вырастет достойным мужиком. И где Анюта бродит, надо бы с ней обсудить,как всё устроить, если что.
- Ну хорошо. Я, собственно, позвал вас сдать пробы на ДНК.
- Что сдать? -вскинулась Аглая. Такого она ещё не слышала (время действия, кто не помнит, примерно 1995 год)
- Тест на отцовство. - отрубил генерал. Я договорился в нашем ведомстве по дружбе. Глеб должен сдать образец своего ДНК и у Митьки мы взяли слюни в пробирку, это ж в его интересах...
- Вы не имеете права, Николай Петрович, брать у Митьки какие-то там образцы. Я мать, я вам не разрешаю - запищало генералу в спину. Мирошка стояла на пороге веранды и таращила негодующие глаза изо всех сил.
- Не буду сдавать никакие ДНК, ещё не хватало! - подскочил Глеб, как ужаленный. Ты долго думал, как еще меня опозорить?
Старый вояка вспылил не на шутку - неблагодарные свиньи, а не дети! И каждый норовит всё по своему делать, а потом скулят и денег выпрашивают.
Он грюкнул кулачищем по столу, аж чашки подскочили и негодующе потряс указательным пальцем.
- Сдашь как миленький всё что скажут, понял? Рраспустились, мля! Я хочу квартиру оставить родному внуку, она не две копейки стоит, между прочим!
А ты, что смотришь? - повернулся он к Мирошке. Видать совесть нечиста, есть сомнения от кого родила или почему ты против? Наоборот, радоваться должна, а не запрещать! Он хотел ещё что то добавить обидное, но не стал, а просто вышел из дома. Мирошка шмыгнула в гостевую комнату, схватила сумочку и кофту и выбежала следом за свекром.
- Николай Петрович... - позвала она тихонько.
Можно попросить вашего водителя.. Я к Митьке вернусь, они там у вокзала с тётей Аней, на карусели крутятся для маленьких...
Хмурый генерал кивнул не глядя, думая о своём, и Мирошка упорхнула в сторону забора.
- Я хочу точно знать, что Дмитрий мой внук, Мирослава, я имею на это право! - бросил генерал ей в спину. Эта бумага только для меня и Глеба, для будущего наследства, понятно?
Мирошка покивала, не поворачиваясь и ускорила шаг. Времени было немного, но если постараться, она всё успеет.
Успеет.
###
Глава под названием без номера
"Спасение утопающих - дело рук самих утопающих"
Отвязаться от тёти Ани, слегка приврав про важные дела, было делом двух минут. Обалдевший от каруселей Митька вдобавок объелся мороженым и спал всю дорогу в электричке. Мирошка за час дороги продумала все основные моменты своей будущей жизни по пунктам. Поэтому с вокзала свалилась на голову бабе Маше, чем довела её до радостных слез. Поела сама, покормила Митьку и сделала звонок домой, молясь, чтоб брат был дома.
- Илюфа... - сказала она вкрадчиво, называя брата детским прозвищем. Илюфа. Ты аттестат школьный получил? Не хочешь сюда приехать?
-Хочу... А зачем? - пробубнил брат удивлённо.
- А затем, что надо тебе поступать в путягу хорошую, а пока экзамены - у меня поживешь Потом общагу получишь, работу найдешь. Слезай с мамкиной шеи, давай, ей ещё младшего поднимать.
Потом она вдумчиво полистала жёлтые страницы справочника, нашла нужный межгород и набрала давно записанный номер. Зачем записывала? А как-то неудобно было отказать, человек помощь предлагал совершенно искренне, соседка по палате, неслучайная подружка.
- Поехали со мной, чего ты тут забыла в этом Питере? У нас дом большой, поживешь с нами...
Картонка с цифрами затëрлась, так давно было-это роддомовское знакомство. Уж Митьке три , кто ж думал, что пригодится?
Уволиться ей тоже не мешали, вещей не нажила, а денег брат привёз немножко. С тем и уехала, чтобы сберечь себя и сына,ведь кто его знает, что там на уме у сильных и безжалостных в своём желании навести справедливость. И вышло ей слушать перестук колёс, скукожившись в холодном плацкарте, пока Фёдор ломился в дверь к любимой, предвкушая безумную страстную встречу и жамкая в кармане кокетливую коробочку с кольцом.
Однако, не случилось зацеловать, затискать до помрачения ума,И до беспамятства, прижать к себе сразу всю, чтоб не могла дышать, или чтоб дышала обморочно в шею, как только она умеет в его руках, только с ним., его девочка,
Открыла ему та самая соседка, смерила насмешливо-высокомерным взглядом и покричала в глубь квартиры:
- Илюша??? Илья, Вы дома?
Мирослава??? - и выждав паузу, ехидно блеснула глазами.
- А их никого дома нету, они не ждали вас, уважаемый...а вы приперлися...
##
Ну, вроде, козьи тропы привели нашего крокодильца к финишу?
Планирую последнюю серию, катарсис с эпилогом, если не будет каких то пожеланий.