Дочь стала общаться с отцом, который бросил нас, и дорогие подарки от него принимала

Моя семейная жизнь закончилась много лет назад. В один вечер муж Игорь пришел с работы, сказал, что уходит от меня.

- Мне надоела такая жизнь, - сказал он. – Ты вечно ворчишь, вечно тебе что-то не нравится. Я не могу в таком негативе находиться.

С этими словами Игорь покинул квартиру. Мы официально развелись, ему назначили алименты на нашу дочь Эллу.

Игорь получал хорошую зарплату, но алименты платил копеечные. Свой реальный доход он скрывал. А я и не боролась с этим. Я решила, что сама выращу дочь, справлюсь со всеми трудностями.

Денег у нас не хватало катастрофически. Все время мне приходилось брать подработки, чтобы не сидеть с пустым кошельком.

С 14 лет Элла работала, раздавала на улице листовки. Только так мы могли покупать какие-то вещи, обувь. Иначе денег не хватало.

Концы с концами мы научились сводить. Я даже однушку в ипотеку смогла взять. И платежи по ней много лет тянули у меня деньги.

Игорь появился в моей жизни, когда дочке было 20 лет. Она уже училась в институте и подрабатывала.

Бывший стоял на пороге с большим букетом цветов. Его он пытался вручить мне, но я отказалась. Для себя я отметила, что Игорь не выглядит помятым, побитым жизнью. Он производил впечатление успешного человека.

- Я хочу общаться с дочерью, - сказал Игорь. – Я много лет не видел ее, я перед ней виноват. Мне хочется загладить как-то свою вину.

- Ее нет дома.

- Я подожду ее, - сказал бывший и прошел в квартиру. – Как вы в такой конуре живете?

Я молчала, потому что Игоря не касалась эта информация. Мне вообще не хотелось с ним говорить, но я терпела его.

Через полчаса вернулась домой дочь. Она спросила у меня, кто этот мужчина. Я сказала, что Игорь – ее отец.

Игорь стал извиняться перед Эллой, говорил, что хочет с ней общаться. Я вмешалась, попросила его уйти. И бывший направился к выходу, но только перед этим вручил дочке свою визитку.

- И ты будешь ему звонить? – спросила я. – Он же столько лет о тебе не вспоминал. Он не помогал нам, когда тебе на пуховик и другие важные вещи не хватало.

- Не буду я ему звонить, - ответила Элла, после чего выбросила визитку.

Я успокоилась, поняла, что дочка правильно мыслит, что глупостей она делать не будет. Но через некоторое время я узнала, что Элла меня обманула.

Я увидела, как машина Игоря заехала к нам во двор. Из нее вышла моя дочь. Я поняла, что Элла общается с папой, пользуется его помощью.

- И что это значит? – спросила я у дочери, когда она поднялась в квартиру. – Ты же сказала, что не будешь общаться с этим предателем!

- Мама, я хочу жить нормально, - сказала дочь. – Мне надоело по ночам работать в этом ресторане, получать гроши какие-то. Папа дал мне возможность не считать копейки, а получать удовольствие от жизни.

- А ты забыла, что этот человек предал нас? Он же не вспоминал о тебе столько лет. Ты считаешь нормальным после всего этого с ним общаться и видеться?

- Мама, ты не перегибай палку.

- Я не перегибаю. Я тебе рассказываю, как было. Мне приходилось ночами не спать, бегать на подработки, чтобы тебе новые вещи купить. А ты их хотела, потому что без них в тебя одноклассники пальцем тыкали.

Элла не слушала меня. Она предпочла остаться при своем мнении. И она продолжила общаться с отцом. Я всячески препятствовала этому, даже шантажировала дочку тем, что выгоню ее из дома. Но на Эллу мои слова не подействовали. И на это была причина.

- Папа снял мне шикарную трехкомнатную квартиру в центре города, - сказала Элла. – Там и мебель есть, и ремонт отличный сделан. Мне уже тошно находиться с тобой в этой конуре. А еще папа машину мне купил.

- Но у тебя же водительского нет!

- А он мне и автошколу оплатил. Скоро я получу права, поэтому смогу пользоваться своим авто.

Я не могла поверить, что дочь продалась за деньги. Как только отец ей предложил что-то материальное, она тут даже забыла все обиды. Она и на меня наплевала, на мои чувства.

Через неделю после этого разговора Элла собрала свои вещи и ушла на съемное жилье. С тех пор мы общаемся только в том случае, если звоню я.

А мне все меньше хочется поддерживать отношения с дочкой. Думаю, что они в скором времени сойдут на нет. Поступаться своими принципами я не буду даже ради того, чтобы дочка жила в комфорте сейчас.