Статья Джеймса Марсии, опубликованная в 1966 году в “Journal of Personality and Social Psychology” под названием “Development and Validation of Ego Identity Status" (Развитие и валидация статуса эго-идентичности), является основополагающей работой в психологии идентичности, развивающей психосоциальную теорию Эрика Эриксона (Marcia, J.E., 1966, p. 551).
Опираясь на концепцию Эриксона о кризисе идентичности в подростковом возрасте, Марсия предложил эмпирически проверяемую модель четырех статусов эго-идентичности, основанную на двух критериях: кризисе (активное исследование альтернатив) и приверженности (принятие решений в ключевых сферах, таких как профессия, религия и политика). Статья описывает методологию исследования, результаты и их значение для понимания процесса формирования идентичности у молодых людей.
Ключевые положения и методология
Марсия выделяет четыре статуса эго-идентичности, которые характеризуют различные пути формирования идентичности
1. Достигнутая идентичность (Identity Achievement):
Индивид прошёл через кризис, исследовал альтернативы и принял осознанные обязательства. Например, студент, который после размышлений выбрал профессию врача, основываясь на собственных интересах.
2. Мораторий (Moratorium): Индивид активно исследует варианты, но ещё не сделал окончательный выбор. Пример: студент, пробующий разные курсы и стажировки, чтобы понять, кем хочет стать.
3. Предрешенная идентичность (Foreclosure):
Индивид принимает обязательства без исследования, часто под влиянием семьи. Например, молодой человек, следующий в профессию по настоянию родителей.
4. Диффузная идентичность (Identity Diffusion): Отсутствуют как кризис, так и обязательства. Пример: студент, не задумывающийся о будущем и не имеющий чётких целей.
Для оценки статусов Марсия разработал полуструктурированное интервью (Identity Status Interview), включающее вопросы о профессиональных целях, религиозных и политических убеждениях (Marcia, J.E., 1966, p. 554). Интервью проводилось с 86 студентами колледжа (мужчинами), а их ответы классифицировались по наличию кризиса и приверженности.
Результаты исследования
Исследование выявило значимые различия между статусами идентичности по психологическим характеристикам (Marcia, J.E., 1966, pp. 556–557):
- Достигнутая идентичность: Студенты с этим статусом демонстрировали лучшие результаты в задаче CAT под стрессом (средний балл 120 против 150 у диффузной идентичности), высокую самооценку (средний балл SEQ-F 45 против 38 у моратория) и реалистичные цели (D-балл ближе к нулю). Это указывает на их устойчивость к стрессу и уверенность в себе.
- Мораторий:
Высокая тревожность (средний балл по шкале тревожности 22 против 18 у достигнутой идентичности) и умеренные результаты в CAT (средний балл 135) отражают активный поиск, сопровождающийся неопределённостью.
- Предрешенная идентичность:
Характеризовалась высокой конформностью (средний балл по шкале авторитарности 65 против 50 у моратория) и низкими результатами в CAT (средний балл 160), что связано с ригидностью и зависимостью от внешних норм.
- Диффузная идентичность:
Показала низкую мотивацию (средний балл SEQ-F 35) и нестабильные цели (высокий D-балл), но не самые низкие результаты в CAT, что может объясняться отсутствием психопатологии в выборке студентов.
Гипотезы о связи идентичности с устойчивостью к стрессу и реалистичностью целей подтвердились.
Значимость и выводы
Модель Марсии предоставила эмпирическую основу для изучения идентичности, переведя абстрактные идеи Эриксона в измеримую форму (Erikson, E.H., 1968, p. 19). Исследование показало, что статусы идентичности связаны с психологическими характеристиками, такими как самооценка, тревожность и адаптация, что подтверждает их валидность. Например, студент с достигнутой идентичностью, выбравший профессию после стажировок, демонстрирует меньшую тревожность, чем студент в моратории, который всё ещё колеблется между карьерными путями. Модель не предполагает строгой последовательности статусов, подчёркивая их динамичность.
Статья заложила основу для дальнейших исследований, включая кросс-культурные и гендерные аспекты идентичности. Однако ограничения, такие как мужская выборка и упрощённое измерение идеологии, требуют дополнительных исследований (Белинская, Е.П., 2012). Работа Марсии остаётся актуальной для понимания формирования идентичности в условиях современных вызовов, таких как цифровизация и профессиональная неопределённость.
В эпоху, когда Instagram и медиа платформ обещают успех за пару кликов, молодые всё чаще мечтают не о дипломе, а о карьере блогера, где лайки заменяют зарплату, или о спонсоре, который решит все проблемы.
Это может приводить к внутреннему конфликту и снижению психологического благополучия, поскольку краткосрочные цели, основанные на иллюзорных представлениях, не обеспечивают устойчивого самоопределения.
1.Marcia, J.E. Development and Validation of Ego Identity Status // “Journal of Personality and Social Psychology” 1966. Vol. 3, pp. 551–558. DOI: [10.1037/h0023281](https://doi.org/10.1037/h0023281).
2. Erikson, E.H. «Identity: Youth and Crisis»
New York: W.W. Norton & Company, 1968. 336 p.
3. Белинская Е.П. Идентичность личности в условиях социальных изменений // Психологические исследования.2012. №5(25).