Ой, что делается
Ой, бабоньки, об чем хочу пожаловаться вам. Поисписалась я что-то, обещала вам, что 50 статей в заначке лежат, а сама забыла, что некоторые-то на бумаге были записаны. А бумажки те супружник мой в нужник уволок по незнанию. Думал, то рецепты блюд моих, которые мне достались от мамки моей, а той от ее мамки, то бишь моей бабки, а той.... Короче, не знаю, кто первый те рецепты придумал, но супруг мой, попробовав вкусняшки, по ним приготовленные, по сей день от икоты мается. Вот и вздумалось ему рецептики использовать немного по другому назначению, вместо Зевы. А это оказались не рецептики, а мои наброски о жизни деревенской, которую я так люблю. А че я там писала, не упомню, ведь жизнь у меня богатая на приключения. Намедни вон Пашка алкаш приходил. Дай, говорит, мне, Зинаида, беленькой в долг, я отдам обязательно. Я уж было хотела пожалеть его, тяжко же, когда трубы горят. И вдруг влетает в мой сельмаг жинка евоная, Элеонора Дормидонтовна. Да, имечко для наших краев непривычное, но не всем же Зинками быть. И как эта Элька (это я ее так обзываю) заорет. Ну будто труба Иерихонская, на самой высокой октаве. Ажно все петухи в округе заткнулись и удивленно в сторону сельмага вылупились. Ты, Зинка, твою растудыть, пошто моему алкашу пойло даешь? Я тебя, говорит, знаешь, куда сейчас пошлю?! Пашка притих, сидит, как гусь, под прилавком, только шею вытягивает и клювом пощелкивает. А Элеонора схватила банку с инфузориями-туфельками (рыбаки хорошо берут их), да как пульнет в меня. Я увернулась, банка в стеллаж с товарами для взрослых (да, у нас есть и такое, народ любит) врезалась, раздался звон, изделия латексные дождем вниз хлынули, а следом за ними и туфельки от инфузорий. Люди стали собираться, кто-то штуки взрослые похватал и тикать из магазина. Элька тоже прихватила один экспонат и тоже деру дала на каблучищах своих. А Пашка в это время в пузырь вцеплся и пол литра разом отпил. Короче, отобрала я у него беленькую, допила, сижу теперь, песни пою. Одно радует - тот бутыль я Пашке в долг записала, авось не вспомнит потом, что половину я выдула. Вот так и живем мы в нашей Кукушкино, но это моя жизнь и я ее люблю.