Кубышка тает довольно быстро. Власти вот-вот приступят к составлению бюджета на следующий год, а перед ними дилемма классическая: либо затянуть пояс потуже, либо продолжать черпать из Фонда национального благосостояния (ФНБ). А черпать, надо сказать, есть из чего все меньше и меньше.
Почти двадцать лет в этой самой "кубышке" копились нефтяные сверхдоходы - как в детской сказке про бережливого хомячка. Но хомячок оказался не очень бережливым. За последни три года ликвидная часть фонда сжалась почти втрое: с солидных 8,4 триллиона рублей в начале 2022-го до скромных 3,3 триллиона на 1 мая. Арифметика, прямо скажем, невеселая.
Вся эта финансовая алхимия во многом крутится вокруг одной цифры - цены отсечения нефти по бюджетному правилу. Звучит заумно, но суть простая: это тот самый барьер, который определяет, когда фонд пополняется, а когда из него приходится брать. Сейчас планка установлена на уровне шестидесяти долларов за баррель нефти Юралс. Логика нехитрая: можно тратить только базовые доходы от нефтяной ренты ниже этой цифры. Все что сверху - в кубышку.
Вокруг этих самых шестидесяти долларов и разворачивается основная баталия. Чем выше цена отсечения, тем больше можно потратить, компенсируя недобор нефтегазовых доходов за счет ФНБ.
В апреле г-н Силуанов на коллегии Минфина заявил, что цена отсечения в 60 уже "не актуальна для бюджета". Поставил задачу привести бюджетное правило в соответствие с новыми реалиями - видимо, имея в виду, что реалии эти стали заметно суровее. Но спустя несколько недель, когда поправки в бюджет уже лежали в ГД, тот же Силуанов заявил, что изменение цены отсечения бюджет на 2026 год не коснется. Классический пример того, как быстро меняются приоритеты в высоких кабинетах.
Теперь же глава Минфина предлагает понизить порог отсечения уже со следующего года. Задача, по его словам, подумать, а получится ли по планке в 60 долларов "обеспечить не только сохранение, но и пополнение" кубышки. Формулировка обтекаемая, но смысл понятен: нужно научиться жить скромнее и не ждать в ближайшем будущем высоких цен на нефть.
В этом году Минфин собирался пополнить кубышку на 1,8 триллиона рублей. Планы были наполеоновские, но нефтяные котировки спутали все карты. Бюджет этого года сверстали, исходя из средней цены за год в 69,7 доллара/барр. Но в апреле она составила всего 54,8 доллара. Свежие поправки в бюджет уже исходят из цены пятьдесят шесть долларов, что предполагает не пополнение фонда, а изъятие из него 447 миллиардов рублей.
Силуанов призывает "аккуратно относиться к новым тратам из ФНБ", когда цена на нефть ниже цены отсечения. В апреле он ставил задачу "настроить бюджетное правило для минимизации внешних рисков" и довести ликвидные активы ФНБ до уровня трехлетнего бесперебойного финансирования расходов при "стрессовом развитии ситуации на нефтяном рынке". Формулировки, как водится, академические, но за ними стоит вполне конкретная проблема: а что, если нефть подешевеет еще больше? День-то откуда брать, если запасы кончатся?
На сколько хватит ликвидных активов ФНБ, зависит не только от цен на нефть, но и от аппетитов власти. В прошлом году на инфраструктурные проекты, поддержку госкомпаний и прочие нужды потратили около триллиона рублей. Без учета этих расходов, по действующему правилу, при сохранении цен на нефть в районе пятидесяти пяти долларов ликвидной части резерва хватит на шесть лет. При пятидесяти долларах - на два года с небольшим. При сорока долларах - чуть больше, чем на год. Расчеты Центра экономического прогнозирования Газпромбанка выглядят довольно мрачно. Каждый доллар, на который снижается цена на нефть, обходится бюджету примерно в сто шестьдесят миллиардов рублей выпадающих доходов в год.
Минфин рассчитывает, что в этом году дополнительные ненефтегазовые доходы перекроют недобор нефтегазовых. Оптимизм, надо сказать, осторожный. В результате поправки в бюджет увеличивают его общие расходы в этом году на 0,8 триллиона рублей - в соответствии с бюджетным правилом. А дефицит бюджета вырастет более чем втрое, до 3,8 трлн.
Экономика и инфляция начали замедляться, и у экспертов появились сомнения в реалистичности этого плана. Силуанов и министр экономического развития уже призывали Центробанк приступить к снижению ключевой ставки. ЦБ это не комментировал - что для ЦБ вполне в духе времени - но его руководители намекают, что для смягчения политики надо убедиться в устойчивости замедления инфляции. А снижение цены отсечения, по их мнению, стало бы сильным дезинфляционным фактором.
Получается, чтобы сохранить кубышку, нужно меньше тратить. Чтобы меньше тратить, нужно снизить цену отсечения. А снижение цены отсечения поможет и с инфляцией. Вопрос только в том, хватит ли у кого-то духу сказать Хозяину, что игры в великую сырьевую сверхдержаву, где денег всегда навалом на любые "хотелки", пора сворачивать.
___________
Поддержать разовым донатом
Подписаться на неподцензурное в телеграм