Ситуация, возникшая с казахстанцами неизлечимо больными муковисцидозом после отказа ОФ «Қазақстан Халқына» в закупе для них жизненно важных препаратов, навевает на некоторые неприятные ассоциации, возникавшие в разное время в разных странах.
Из совсем недавнего.
В конце 2023 года стало известно, что российское правительство отказалось от закупа индийских лекарственных препаратов. И это в то время, когда Россия подверглась беспрецедентным санкциям со стороны стран «коллективного Запада» и судорожно искала замену рухнувшим торговым связям на Востоке, в том числе в Индии.
Индия с удовольствием закупала российскую нефть за свои кровные рупии. Что делать с индийской валютой, кроме того, чтобы горделиво трясти пачками с портретами Махатмы Ганди перед лицами бывших «партнеров», видимо, в Москве с трудом себе представляли. Кроме самих индийцев эти деньги никому не нужны.
Казалось бы, другого выхода, кроме как закупать индийские товары у российского правительства не было. И выгода, в общем-то была очевидна, ведь кроме чая и кинофильмов с плясками и босыми пятками Индия производит еще много чего, в том числе известна своей хорошо развитой фармацевтической промышленностью.
Особенно славится Индия своими дженериками – аналогами дорогих запатентованных препаратов, производимых американскими и европейскими компаниями.
Получилась бы прекрасная комбинация: Россия не только нашла бы применение вырученным от нефти индийским деньгам, но и существенно помогла бы своим гражданам, лишившимся доступа к западным лекарствам. Да еще и обошлись бы россиянам индийские аналоги по цене в разы дешевле оригиналов.
Но на пути индийских дженериков встал российский Минпромторг… Параллельный импорт лекарств из Индии «может негативно отразиться на качестве и безопасности и привести к тяжелым последствиям для жизни и здоровья», как сообщили в ведомстве.
Индийские лекарства имеют недоброкачественный характер – к такому выводу пришли российские чиновники. И их мнению, наверное, можно было бы доверится. Ведь речь идет об аналогах проверенных препаратов, которые неизвестно из чего и в каких условиях сделаны. Особенно на фоне гуляющих по сети бесчисленных роликов о вопиющей антисанитарии, царящей в Индии.
Но те российские журналисты, которые все еще сохраняют относительную независимость и не вливаются в общий «одобрямс» кремлевского пула, заметили очень важную нестыковку.
Индийские лекарства поставляются в Россию! В 2022 году доля в импорте лекарств в Россию препаратов из Индии составила целых 13% на сумму в более чем полмиллиарда долларов США. И да, Россия платила за них именно долларами, а не рупиями.
Как же так получилось? Эти лекарства же опасны, по словам Минпромторга РФ!
А дело в том, что эти препараты проходили по той части госзакупок, которые предназначались для стационарных медучреждений для выдачи льготникам…
Мрачная картина вырисовывается: получается, российское правительство пичкает лекарствами, которые могут «привести к тяжелым последствиям», своих малообеспеченных граждан.
На самом деле все гораздо прозаичнее!
«Все происходящее сейчас напоминает мне времена, когда санитарный врач Геннадий Онищенко то в грузинском вине, то в молдавском мясе находил что-то не то, и в результате мы начинали искать политические дивиденды в отношении этих стран. Одновременно надо иметь в виду: сейчас на российском фармацевтическом рынке происходит передел собственности. Чтобы наши производители могли отхватить куски пожирнее, видимо, и сворачивается индийский лекарственный импорт. Хотя наш фармрынок мало сравним с индийским. Я общался с серьезными индийскими фармпроизводителями — там полный цикл от разработки до внедрения, включая клинические испытания. А у нас могут скопировать, упаковать», — приводят слова доктора медицинских наук Дениса Иванова «Новые известия».
То есть, запрещая дешевые индийские лекарства, российские чиновники, вероятно, действуют исключительно в интересах российских фармпроизводителей. Заботятся об их прибыли. С льготников денег за лекарства взять нельзя, поэтому для них российское правительство закупает дешевые индийские препараты, чтобы сильно не тратиться.
Нечто подобное происходило и в США. В 2013 году - в разгар мирового экономического кризиса – американский департамент по контролю за пищевыми продуктами и медикаментами (FDA) запретил американцам покупать лекарства за рубежом. Не произведенные в Штатах препараты начали изымать прямо в аэропортах, руководствуясь статьей… о незаконном обороте наркотиков!
Пошли на это власти США, когда поняли, что обедневшие от кризиса американцы начали покупать дешевые заграничные лекарства, оставляя американских фармацевтических гигантов без прибыли. В той же Канаде препараты стоили чуть ли не в 10 раз дешевле, чем в США.
Насчет свободы выбора и прав человека, естественно, когда речь заходит о прибыли лоббирующих свои интересы компаний, американские власти тут же позабыли. В результате тяжело больные, но малообеспеченные американцы лишились доступа к жизненно важным препаратам.
Фарм-лобби
Но при чем тут наши? ОФ «Қазақстан Халқына» вообще отказался закупать лекарства для даже небольшого числа больных муковисцидозом – ни дешевых дженериков, ни дорогих оригиналов.
Лоббировать интересы своих фармацевтических компаний казахстанским чиновникам нет особого резона – доля лекарств казахстанского производства на рынке ничтожно мала (14,4%). В Казахстане правят иностранные фармокомпании и именно они решают, чем будут лечиться казахстанцы и по какой цене.
Препарат «Трилекса», упомянутый в письме председателя Казахстанской Ассоциации муковисцидоза Индиры Избасаровой является дженериком. Производится в Аргентине, которая не входит в число стран, подписавших обязательства по соблюдению патентных прав.
«Трилекса» - аналог оригинальной «Трикафты», чей годовой курс стоит порядка 300 тысяч долларов США. Аргентинский дженерик намного дешевле.
Вполне себе можно представить картину, при которой представители хозяев казахстанского фармацевтического рынка, то есть иностранных компаний, пришли в фонд и сказали: «Ша! Больше никаких дженериков! Закупайте наше дорогое!»
Но закупать оригинальные лекарства по огромной цене, опустошая закрома фонда, чиновникам как-то не очень хочется…
Жизни людей, страдания и мучения больных, когда речь заходит о деньгах, не имеют никакого значения. Фонд «Қазақстан Халқына» и раньше отказывал тяжело больным казахстанцам.
В 2022 году фонд отказал в помощи на лечение страдающему дилатационной кардиомиопатии 12-летнему Эмилю из Караганды. В том же году трижды получила отказ в помощи на пересадку сердца карагандинка Ольга Полянская.
В феврале 2024 года основатель и директор общественного фонда «Өмірге сен» Сабиля Шугелова рассказала, что многие родители детей с редкими заболеваниями, заручившиеся поддержкой Народного фонда, либо получали лекарства с перебоями, либо вообще перестали получать реакцию на свои обращения.
Зато фонд бесперебойно финансирует гранты для образования сельской молодежи, строительство спортивных объектов и разработку платформ по обучению казахскому языку. Это очень важные направления, но, как справедливо замечают журналисты, разве их финансированием не занимаются соответствующие министерства и ведомства? Зачем сюда еще и выгребают из фонда деньги, которые могли бы спасти жизни людей?
Коммерческая благотворительность
А сейчас немного цинизма. Финансирование этих направлений – это, скорее, не помощь и не благотворительность, а инвестиции.
Из получивших образование студентов вырастут специалисты, лучшие из которых смогут встроиться в поток утечки мозгов и послужить интересам иностранных компаний.
Спорт – это не просто соревнования, но еще и огромная индустрия товаров, брендового снаряжения, спортивного питания. Чем больше людей будет охвачено спортом, тем выше доходы околоспортивных компаний (иностранных, само собой).
Любой, кто пытался выучить казахский язык с ноля знает – без дополнительных платных курсов сделать это невозможно. Обучение казахскому языку тоже постепенно превращается в коммерческую индустрию. Разумеется, практически все платформы для обучения в основе своей имеют заграничное происхождение. И с каждым обновлением их приходится переписывать заново. Это бесконечный поток прибыли!
А с больных тяжелыми, редкими и смертельными заболеваниями взять нечего. Помощь им – расходы в никуда, за «спасибо»…